Страшилка

Подруга бабушки рассказывала нам про жизнь свою в послевоенные годы. Была она тогда совсем маленькой, голодно было очень, и дети иногда просили хлеб у прохожих. А бывало, что и родители специально их попрошайничать отправляли. Вешали на шею детям что-то вроде сумочки, чтобы туда они хлеб собирали.

И был у нее такой случай.
Стоит на улице с котомкой, подходит к ней мужчина и говорит:
- Пойдем, я тебе хлеба дам.
Она и пошла. Долго он ее вел, пока не пришли они к землянке. Ну, знаете, есть такие вроде погреба, где соленья-варенья хранят. Открыл дверь, спускается вниз и ей говорит, чтобы за ним спускалась. А она почувствовала какой-то запах мерзкий, испугалась и бежать.

Страшную историю вам расскажу! В три часа ночи я валялась на диване и читала страшилку от Стивена Кинга. Дело было очень давно и рядом стоял магнитофон (не все уже знают про такую звукозаписывающую технику) и воспроизводил-переписывал кассету "Нирваны", которую дал мне друг. Песни закончились, но пленка еще продолжала мотаться, а так как на той кассете, на которую записывалось, была какая-то старая запись, я решила - пусть туда тишина запишется.

Вот лежу, читаю, слышу обычный шум пленки. И тут!!
Голос из магнитофона:
- У, ха-ха! Ты меня слыхать?!
Поворачиваю голову и ошалелыми глазами таращусь на магнитофон, а оттуда продолжается:
- Ну, че смотришь, я тебя спрашиваю?!

Сидите вы на остановке, трамвая ждете...
Вдруг боковым зрением замечаете какое-то движение.
Поворачиваете голову и видите зомби!

Зима, гололед.
Это значит, что сцепления с дорогой почти нет.
На тебя несется огромная дура с бочкой, которую заносит на твою полосу.

Часть первая: Лес

Городок Миллфилд был из тех мест, о которых не пишут в туристических буклетах. Он затерялся среди холмов, поросших густыми лесами, и жил своей тихой, размеренной жизнью: почта, школа, церковь, пара магазинов на Мейн-стрит, заправка с вечно ломающимся насосом. Люди здесь знали друг друга в лицо, здоровались на улицах, а по вечерам собирались на крыльце у бакалейной лавки мистера Хопкинса, обсуждая погоду, урожай и редкие новости из большого мира.

Но был у Миллфилда один недостаток. Лес. Не тот лес, куда ходят за грибами или на пикники, а другой — тёмный, дремучий, начинающийся сразу за заброшенной мельницей на северной окраине. Местные называли его Рейнольдс. Никто толком не помнил, откуда взялось это название. Одни говорили, что так звали первого поселенца, пропавшего в этих чащах без вести. Другие шептались, что Рейнольдс — это не имя, а предупреждение, искажённое временем слово из какого-то старого, забытого языка. Третьи и вовсе предпочитали не говорить об этом лесе, а если и упоминали — то коротко, вполголоса, крестясь или сплёвывая через левое плечо.

Мстя будет ужасна!
Все как один на баррикады!
Щас мы покажем этим дальнобоям!

Жутко агрессивная белочка загрызла мужика и его собачку.
Соскочила с дерева и накинулась, острыми клацая зубами.
И нет от нее спасения!

Глава 1: Известия

1

Ариадна Бьюмонт стояла у окна своей маленькой лондонской квартиры и смотрела, как дождь барабанит по стеклу. Серое небо, серые улицы, серые лица прохожих — всё это навевало тоску, от которой не спасал даже горячий чай с бергамотом. Ей было двадцать один, она работала в рекламном агентстве, и её жизнь была размеренной, предсказуемой и, честно говоря, довольно скучной.

Телефонный звонок раздался в тот самый момент, когда она поднесла чашку к губам.
— Мисс Ариадна Бьюмонт? — голос в трубке был сухим и официальным. — Вас беспокоит мистер Скрайвенер, нотариус из Эпплтона. У меня для вас новости. Боюсь, не самые радостные.

Глава 6: Прекрасная девица

1

Раннее утро окутало город мягким, золотистым светом. Солнце только-только поднялось над горизонтом, и его лучи, ещё неяркие, но уже тёплые, заливали улицы Нью-Йорка, обещая погожий воскресный день. Воздух был по-осеннему свеж, пах прелой листвой и близкой рекой.

Церковь Святого Августа возвышалась над окрестными домами, словно корабль, плывущий в море городской суеты. Она была великолепна. Построенная в неоготическом стиле, из светлого, почти белого известняка, она сияла в утренних лучах, и её стены, казалось, излучали собственное, тёплое солнечное сияние. Высокие стрельчатые окна с арочными завершениями были украшены искусными витражами, которые переливались сапфировым, рубиновым и изумрудным цветами. Над главным входом, в самом центре фасада, красовался круглый барельеф среднего размера — искусно вырезанная из камня сцена Благовещения: архангел Гавриил, склонившийся перед Девой Марией. А над ним, ещё выше, сияло огромное витражное окно в форме арки — роза, собранная из десятков цветных стёкол, которые в лучах восходящего солнца горели, как драгоценные камни.

Глава 5: Круг сужается

1

Дорога до старой спасательной станции заняла несколько часов. Служебный автомобиль с аббревиатурой «Д.О.Р.» на борту мчался по прибрежному шоссе, и шины мягко рассекали влажный асфальт. За окнами проплывали тёмные силуэты деревьев, а вдалеке, за песчаными дюнами, серебрилась гладь океана.

Когда детективы наконец добрались до места, был уже поздний вечер. Побережье встретило их прохладным бризом, пахнущим солью и водорослями. В отражении спокойного озера, раскинувшегося неподалёку, дрожала полная луна — огромная, желтоватая, она висела низко над горизонтом, и её свет заливал окрестности призрачным серебром. Вода в озере была неподвижной, как ртуть, и в этой зеркальной глади отражались не только луна, но и редкие облака, проплывающие по ночному небу.