Страшилка

Часть первая. Кукольных дел мастер

1.

Елене было тридцать восемь, когда она наконец решилась. Развод — слово, которое она годами прокручивала в голове, но боялась произнести вслух. Виктор, её муж, был из тех мужчин, что улыбаются на публике и сжимают кулаки за закрытыми дверями. Его небольшой бизнес — сеть автомастерских «Витязь» — приносил достаточно денег, чтобы он чувствовал себя хозяином. Всего. Всех. Её в том числе.

Годы, проведённые в этом браке, оставили на женщине невидимые шрамы. Она научилась улыбаться, когда хотелось плакать. Научилась молчать, когда хотелось встрепенуться и всё бросить. Научилась сжиматься в комок и ждать, пока гроза пройдёт стороной. Но однажды она поняла: гроза не пройдёт. Никогда. И тогда она собрала вещи, взяла дочь и ушла.

Описание: Её никто не ждал в большом спорте. Девчонка из неблагополучного района, без связей и спонсоров, с дерзким характером и колючим взглядом — она была чужой среди золотой молодёжи. Но когда Арина взяла ракетку в руки, все поняли: эта девочка будет биться до последнего. Даже когда весь мир ополчился против неё.
Слоган: Ты можешь отнять у неё всё. Кроме воли к победе.

Предисловие

Когда ты привык рассчитывать только на себя — на свою силу, нескончаемую злость и старую ракетку. Теннис становится для тебя не просто спортом, а единственным способом выжить. Но путь наверх оказался вымощен не только победами, а ещё предательством, подлостью и болью. Кто-то очень хочет, чтобы идущий к цели сломался.
Какой ценой стоит воля к триумфу?

Часть первая. Буря в стакане

1.

Студия «Оберон» располагалась в перестроенном цехе на окраине города — огромное пространство с бетонными полами, стеклянным потолком и вечным сквозняком, от которого дрожали софтбоксы. Здесь пахло верхними нотами: мандарин, бергамот, грейпфрут. Свежий, игривый аромат, где цитрусовая яркость мандарина смягчается бархатистой теплотой амбры вперемешку с кофе и лаком для волос. Здесь всегда было шумно: звукарь перекрикивался с осветителем, стилист бегал с плойкой наперевес, а фотограф — лысеющий мужчина в растянутой футболке с надписью «I Shoot People» — колдовал над настройками камеры, как алхимик над ретортой.

Девочка смотрела на наклейки в виде шариков на зеркале и грустно рассматривала свои рыжие волосы. Нурия и её родители переезжали в другой город, девочка не особо хотела ехать туда и прощаться с подругой. Взглянув в окно, Нурия спустилась вниз и села в машину. Персик мяукал, не хотев ехать. Но родители всё-таки смогли рыжего кота, усадить в переноску, а после в машину.

- Мам! А нам долго ехать?
- Всего лишь 6 часов. Но есть повод радоваться! Там живет наша тетя Рита, она спасла тебе жизнь в 7 лет. Когда тебя пытался украсть ненормальный.
- И мне нужно радоваться? Вдруг там он до сих пор бегает!
- Не говори ерунды, тебе уже 15 лет. Этого психа уже давным-давно поймали.
- Уверена?

С чего всё начиналось.

Воздух в кабинете капитана Ванга был густым, пропитанным запахом дорогого табака и едва уловимой ноткой сандалового дерева. Он стоял у окна, спиной к Оливии, и его силуэт, вырисовывающийся на фоне вечернего города, казался высеченным из камня. Его голос, обычно ровный и властный, сейчас звучал с едва заметной, но оттого более зловещей ноткой раздражения.
— Она постоянно суёт свой нос в дела, которые её не касаются. — Слова слетали с его губ, как осколки льда, царапая тишину. Он обхватил левое запястье, потирая его с такой силой, будто пытался стереть невидимую рану.

Оливия, сидящая напротив, в кресле, которое казалось слишком большим для её хрупкой фигуры, ответила мягко, пытаясь смягчить острые углы его слов.
— Она всё ещё молода.

Серебристый внедорожник, подобно стремительной птице, рассекал полотно шоссе. День клонился к вечеру, и солнце, пробиваясь сквозь густые кроны высоких деревьев, обрамлявших дорогу, рассыпало по асфальту золотистые блики. Впереди, живым потоком, спешили другие автомобили, каждый со своей историей и со своим пунктом назначения.

За рулём сидел Дэймон, его пальцы уверенно лежали на руле, а взгляд был прикован к дороге. Рядом, нежный цветок, примостилась Кэти, его девушка. Её светлые волосы, подхваченные лёгким ветром, ласково касались его плеча. На приборной панели, магический компас, переливался сине-голубым свечением навигатор, его стрелки и метки на циферблате в виде чисел мигали зелёным, указывая путь.

Помню тот день, когда я сел в лодку и отправился обратно на материк. Лодочник, местный парень с острова Сент-Томас, всю дорогу молчал и только испуганно косился на береговую линию, стремительно таявшую за кормой. Я думал, он боится полиции, ведь я заплатил ему за молчание. Но теперь-то я знаю: он боялся не закона. Он боялся того, откуда я только что приехал.

Меня зовут Артём, и я бывший военный инженер. В 2023-м, когда волна интереса к «острову педофилов» немного спала, а новый владелец, миллиардер Стивен Декофф, ещё не начал перестройку, я решил, что пришло время проверить слухи самому. Декофф купил Литтл-Сент-Джеймс в марте 2023 года за 60 миллионов долларов с планами превратить его в роскошный курорт. Но в тот момент остров был в запустении. Охраны почти не было — только ветхая изгородь и пара камер на въезде, которые давно никто не включал. Я переплыл короткий пролив ночью, оставив лодку в скалистой бухте, и выбрался на берег.

Часть первая. Находка

Запись #001

Октябрь в Пейтон Холдс всегда пах сыростью и прелыми листьями. Городок, затерянный среди холмов и старых дубрав, жил своей тихой, размеренной жизнью, где самым громким событием недели был пятничный матч школьной команды по регби да редкий заезжий кинотеатр на колёсах. Но для Кейтлин, Евы, Майкла и Брайана этот октябрь обещал стать иным. Они ещё не знали этого, но в воздухе уже висело что-то — смутное, неоформленное предчувствие, какое бывает перед грозой.

Всё началось с коробки.

Пролог. Улица без свидетелей

Загородный посёлок спал. Было то глухое, вязкое время после полуночи, когда даже собаки перестают лаять, а фонари, кажется, светят только для самих себя. Их жёлтый, мертвенный свет разливался по пустым тротуарам, выхватывая из мрака аккуратные фасады коттеджей, припаркованные автомобили и голые ветви деревьев, что тянулись к небу, как скрюченные пальцы.

Тишина здесь была обманчивой, густой, какая бывает только в местах, где за высокими заборами прячется благополучие. Но благополучие это было хрупким, как тонкий лёд в оттепель.

Пролог. Город туманов и теней

Брэдфорд тонул в сентябрьской мороси. Дождь не лил стеной, а именно моросил — мелкой, почти невидимой взвесью, которая оседала на ресницах, забиралась за воротники пальто и превращала свет уличных фонарей в размытые акварельные пятна. Город, некогда гремевший станками ткацких фабрик, ныне носил свою индустриальную историю как поношенный, но дорогой сердцу сюртук. Викторианские трубы из красного кирпича пронзали низкое небо, а в лабиринтах мостовых, отполированных до блеска бесчисленными шагами, отражалась серая вата облаков.

Именно в таком городе, где каждый переулок дышит тайной, а тени кажутся гуще, чем где-либо, должна была родиться эта история.