Страшилка

Я иду дорогой в мрак -
Каждый говорит дурак.
По дороге паутин,
Где блестит только хитин.

Знаю автор полотна
Мне поможет без труда:
Восемь глаз все доброта,
Но пока путь пустота.

Так бродил, что далеко -
Сзади видно ничего.
Память наизнанку
Считал за самозванку.

Свежим взглядом,
Светлым взором
По просторам
Новостроя
Чёрной плесенью под горем
Плыть вперёд с скулящим воем.
Без надежды на причалы
Для грибницы и печали.
Чёрной завистью к себе
Плыть обратно, но во мгле,
Не найдя маяк в душе -
Завесь спор, ума меже,
Руша всё, что было там,
То, что знаю только сам.

Полиция ищет покойника,
Который с кладби́ща сбежал.
Неделю назад ночью знойною.
О трупе поведал сержант.
Приметы: лицо бледно-яркое,
А синие губы его
Раскрасили будто фломастером,
Придав лику неестество.
Глаза постоянно закрытые,
Протянуты руки вперёд.
В следах от земли свежевырытой,
Весь грязный мертвец-обормот.

Средь ночи громкий слышен стук.
Крадется робкое «Кто там?»
Но тишина стоит вокруг.
Нет ни души. Не верьте снам.
Держите ухо начеку.
Не закрывайте глаз один.
На растревоженном боку
Ликуют шелесты гардин.
Разбилась тишь. Взревела дверь.
Окно поймало вдруг мандраж.
И негде спрятаться теперь.
Сломался острый карандаш.

Есть в мире неизведанный недуг -
Подобие китайской древней пытки.
Представь, однажды ты заметишь вдруг,
Что сон твой обрывается, как нитка.

И будто бы всем телом ты устал,
Смыкаются неимоверно вежды,
Но сколько бы "снотворных" не глотал,
На сон спасительный мертвы надежды.

Там что-то "отключилось" в голове.
И ключ для сна потерян безвозвратно.
Наркоз и кома не погасят свет.
И, как приговорённый к смерти завтра,

Я вновь погибну молодым
И буду счастлив навсегда,
Но промолчу своим родным,
Когда исчезну без следа.

Родные просто не найдут,
Когда на кладбище придут,
Дубовый крестик в стороне,
Оградку с порослью извне.

Пусть греет косточки земля,
А чернота мои глаза,
Под крики-стоны журавля,
Ведь в крыльях будет егоза.

Искусства хранитель веками,
Я каждую новую ночь
Себя норовлю превозмочь,
Жаль, к этому - не привыкают.
Пульс пулей стреляет – в висок.
Покойники чувствуют всё,
Как правлю я тени на пятнах,
Чтоб смерти был облик – опрятен.
Когда я стою к ним спиной,
Себя ощущаю неловко.
Сквозь веки закрытые, словно
Они наблюдают за мной!

Я заплутал в лесу под вечер
С надеждой тщетной на ночлег.
Вдруг вышел из листвы навстречу
Ко мне престранный человек.
Сквозь надвигающийся сумрак
Подарком будто бы судьбы,
Он распростёр худую руку
По направлению избы
И так сказал: «Коль не боишься,
То на ночлег ступай в избу,
Туда...». Добавив еле слышно:
«Но там лежит мертвец в гробу».

Прохладный воздух ночью дышит,
И лес окутан тишиной.
Играет ветер еле слышно
С густой зелёною листвой.
На небе звёзды мирно светят,
Как миллионы светлячков.
Плывёт по звёздам лунный месяц
По океану сотен снов.
Разлилось пенье лесных пташек,
Песнь для любимой соловья.
А вдалеке горят гирляндой
Столбы, дороги и дома.

Тихо в ночи, когда все спят,
Тварь за окном начинает шевелиться.
Она выходит из темноты,
Чтобы напугать тех, кто не спит.

Она крадется бесшумно,
Смотрит на тебя своими глазами,
Которые светятся в темноте,
И ты чувствуешь, как страх охватывает тебя.

Тварь за окном не остановится,
Она будет преследовать тебя,
Пока ты не убежишь или не спрячешься,
Или пока она не достигнет своей цели.