Страшилка

Спит убитая лисичка,
Спит задушенная птичка,
Обезглавленный хомяк,
Посмотри как он обмяк,

Утонув в зловонной жиже,
Спят в аквариуме мыши,
А на высохшем полу,
Рыбки спят рядком в углу,

Спят в пробирке эмбрионы.
Спят в Египте фараоны.
А в уютном Мавзолее
Ленин спит блаженно млея.

Я понимаю, что проиграла
Может не в ту игру сыграла?
Может быть Бог меня просто забыл?
Наверно метель мне станет подругой
По ночам будет стучаться в дом вьюгой,
Да мой азарт и раж остыл...

Эту войну с тобой разделила,
Свою вину я позабыла,
Но ты напомни, я же проигравшая в этом бою.
Я прошу, не дыши ты мне в спину
Сейчас ухожу, вложив в сердце обиду,
Там, где пропасть и ад, я стою!

Скрылось солнце, ночь приходит, ужас в форточку стучит.
За окном покойник бродит, еле ноги волочит.
Ветер воет, ветер стонет, мгла вокруг, хоть глаз коли.
Чей-то крик во мраке тонет, эхо дразнится вдали.

Страх мурашками по коже вдруг из сердца восстает,
А покойник корчит рожи, и за горло вас берет.
Темной ночью притаился с топором ужасный тип.
С того света он явился, волос к топору прилип.

За черную лиру возьмется рука
И Духа коснется струны,
Никто не услышит... Пронзят облака
Лучи бледноликой Луны.

Муки и боли испить ей до дна,
Увы сейчас суждено,
Не дрогнув, возьмется за кубок она
Хоть отравлено в чаше вино.

Черные крылья, как уголь душа,
Клыки обнажатся в ночи,
Охота начнется, смертельна игра,
Лишь дрогнет пламя свечи...

В бесконечность устремился стройных силуэтов длинный ряд.
Так похожи друг на друга тесною семьей стоят.
Хрупкой тишины бесценные остатки как семейные реликвии храня,
С давних пор они не отличают день от дня.

Здесь вдали от шума городов, кошмаров снов и ты нашел покой.
Здесь никто не царь, не бог, не гений, не герой.
В молчаливо-строгой тишине здесь можно только листьями шуршать,
Здесь тебе никто и ничего не сможет доказать.

Вместо глупых разговоров, жадных глаз и надоевших лиц.
По утрам тебя встречает пенье птиц.
Вместо пыльных фонарей - манящий свет от миллиардов звезд,
И лишь только летняя роса напомнит каплю слез.

Над кладбищем Луна висела одиноко,
В кустах запутался рогами старый лось.
За ним следила любопытная сорока.
Ночному сторожу сегодня не спалось.

Все как обычно, только нет ему покоя,
От жутких мыслей разболелась голова.
Там, на могилах, что-то странное такое,
Оттуда слышаться зловещие слова...

Никак живого нынче в землю закопали, -
Подумал сторож и прислушался опять.
Все так и есть - слова в ночи не умолкали.
Пойду попробую я что-нибудь понять.

Могилу свежую он сразу заприметил.
- Здесь кто-то есть? - он нерешительно спросил,
И в тот же миг из-под земли мертвец ответил:
- Хочу я выбраться, да не хватает сил!
Скорее протяни мне, сторож, руку!
В услуге мертвецу не откажи,
Хочу в село сходить - свою развеять скуку,
А ты в могиле до рассвета полежи.

Помнишь? Я дарил тебе коробку.
Деревянную крышку снимая,
Ты в нее заглядывала робко
И кричала: «Куколка! Живая!»

Я улыбку за ладонью прятал.
Ты смеялась: «Прямо как из сказки!»
Куклу вместе ставили мы на пол,
Кукла пела, открывала глазки.

Вновь коробка в доме, но - иная.
На твоих губах мираж улыбки,
Ты лежишь, ресниц не поднимая.
Как недолги радости, как зыбки!