Страшилка

Есть во Франции далёкой территория одна.
Первозданная природа проволокой окружена.
1200 километров, где поля или леса.
В прошлом веке в месте этом шла жестокая война.

И на картах в месте этом теперь алое пятно,
То, что в прошлом здесь творилось, нам представить не дано.
Весь ландшафт, за год сражений, стал как зрелый эмменталь.
Где пшеница колосилась, там в земле свинец и сталь.

И теперь зверей здесь мало, скудно флора там растет.
Прежде люди в гости звали, а теперь никто не ждёт.
Лишь таблички есть местами там на месте деревень.
И сейчас, спустя столетье, той войны заметна тень.

Веруют обещаниями обманными
Свободы не было для чуждых дороже
Заманили — фальсификат — действиями странными
Говорили, что так же сможешь

Конфликт подлежащий — тот же поддон
Под ноги острым лезвием исполосовал нож
Для предателей не писан будет закон
Ты спрячешь слёзы под обнажающий дождь

Освети же в мире людей
Ангел заблудший в душе узревшего враль
Чтобы дни из чёрных полос стали светлей
Посему он возвращение домой ждал

Она мертва
И словно труп стоит жених,
Бледнея и теряя разум
Копирует мертвецкие черты

Ещё вчера давали клятвы
У алтаря цвели пионы
Теперь сложили их на бархат,
На красную обивку гроба

"Твоё решенье и твоя судьба
Стоишь с другим у алтаря
Теперь умри и встреть меня"
Звучали в голове слова

А после смерти будет боль?
И люди распуская слухи
Вернут тебе самоконтроль
И холодея вянут руки
И сердце медленно стучит.
Звенящим шумом обещанья
И тихий плачь...
Нет, кажется рыданья
Уже не слышу...
Только боль и всё сильней
А пред глазами -
Холодный свет и пелена
Лучами лезвий рвёт сознанье.

На неё устремлён его взгляд:
Она тихо сопит на кровати,
Искрятся глаза её, щеки горят.
Последнее время он думал о яде,
Но нет; не поймут, не простят.

«Отпусти!» - шепчет она, - «Уже не твоя!»
Парень молчит стиснув зубы,
Эмоциям бурным противостоя.
Он подошёл к шкафу и, облизнув губы,
Достал пыльную книгу из груды старья.

Лежу на обрыве мрака и света
Отрёкся от заповедей и завета
Глаза не открою, их режет и жжёт
Могильная пропасть внизу меня ждёт

Там души, фантазии сломанной дети
Воскреснут, опять утопившись в крови
Но может, милее мне дьявольский лепет
Чем грустные речи другой стороны

Холодным и острым предстанет мне рай
Души усомнившейся тонкие струны
Разрежет блестящая грубая сталь
Укрывшись надеждой на доброе в людях

Не забыть мне глаз её чёрных.
Не забыть мне локоны её волос,
Трепыхающиеся во всё стороны,
В порыве ветра, вразнос.

Изгибы её тела свели бы любого с ума,
Не сомневаюсь я в этом ни капли.
Холодна её кожа, словно зима,
И руки кривые, будто бы грабли.

Не забыть злосчастной мне ночи
Когда в мой дом явилась она –
Лохматая, старая, чёрные очи
Белесая кожа, кривая спина.
Желая порвать меня в клочья,
Покойная бабка вдруг ожила.

Так часто говорят о роде манипуляций
Перед нами дешёвые слёзы актрисы
Глупо в круге замкнутом оставаться
Как в дымке из слов в пепле сизым

То горячо, то холодно
То слишком на том конце занятой
То сами отрицают и не дают повода
То оставляют шрам изнутри тебя пустой

Кто бы как не хотел
Переросла с эмоциональных качелей
Сколько предательств да измен
На какие только обещания не ведутся с верой

Мы бросали мертвецов
В деревянные гроба
Изнывающих льстецов
Бестолковая гурьба

Так проклятье
За проклятьем
Так заклятье за заклятьем
Мы услышали тогда...

Звезды глянули игриво
Закипело гроба пиво
Там тоска
Всегда

Взошел на княжеский престол антихрист черный,
С небес низвергнутый, лишенный пары крыл,
Хулу творящий, на устах неизреченный,
На оскверненные святыни ополченный,
Всеядный идол, господин Сатаниил.

Простер вокруг свое всевидящее око
Сквозь камень, землю, тын железный, божью шаль.
И в честь его вершили зверства и пороки
Небожьи твари, мракобесы, лжепророки,
И кровь невинная стекала на алтарь.