Страшилка

Вера была удивительно красива. Ослепительная блондинка с синими глазами и чувственным ярким ртом. Она всегда носила только платья и юбки и совершенно не переваривала джинсы, брюки и прочие элементы мужского гардероба. Впрочем, с такой фигурой грех было носить иное - высокая грудь, точеная талия, округлые бедра и длинные, стройные ножки, всегда обутые в туфли на высоченной шпильке - Вера притягивала восхищенные взгляды мужчин и завистливые - женщин.

Сегодня красотка немного припозднилась на работе. Она занимала должность администратора в престижном салоне красоты - великолепном здании со стеклянными стенами и вереницей зеркал между залами. Смена была закрыта, коллеги давно разбежались по домам, а Вера спешно доделывала административные мелочи, вздыхая, что завтра грядет очередной рабочий день. Она на мгновение прервалась и взглянула в окно, которое располагалось прямо напротив ресепшен. За стеклом мелькнул размытый силуэт позднего прохожего: третий день подряд лил холодный дождь, нехарактерный для середины ноября и панорама города расплывалась в серых потоках.

Двое молодых людей брели по знакомой лесной тропе. Они старались идти быстрее, но один из них недавно повредил ногу и недавнее ранение давало о себе знать с каждым новым шагом. Тот, который шел чуть впереди, старался отговорить прихрамывающего товарища от его затеи:
- Лех, может, вернемся, пока не поздно?
- Так, Лев! Это не обсуждается, я уже говорил. Если хочешь, возвращайся, но я никуда не пойду.
- Давай хотя бы подождем до утра. С чего ты взял, что эта тварь появится именно ночью?
- Там целыми днями полиция дежурила, помнишь? И чего? Нашли они что-нибудь? Черта с два!
- Тогда откуда ты знаешь, что он окажется там ночью? Может, он сбежал сразу после того случая.
- Не сбежал. Я чувствую. И вообще, успокойся! В прошлый раз мы от него отбились, не имея с собой ровным счетом ничего. А сейчас у нас по стволу в кармане. Ты ведь не забыл свой ствол?
Лев еще раз проверил сохранность пистолета в кармане брюк.
- Ты ведь хочешь отмстить за Серегу?
- Теперь уже не уверен.
- Лев, не ной. Последний раз говорю: или топай вперед или возвращайся к Никитосу с Натахой и сиди там с ними под одеялом и дрожи от страха.
Лев молча продолжил двигаться вперед. До отстроенного заново моста в парк оставалось всего несколько шагов.

Первые лучи солнца разбудили меня. Я думала, что события вчерашней ночи - лишь сон. Ничего подобного! Я, вместо того, чтобы проснуться в тёплой постельке, проснулась под тем вишнёвым деревом, до которого с таким трудом добиралась ночью. Я попыталась встать. Честно скажу, это была неудачная идея. Встать получилось, но всё тело ныло от синяков и царапин, ужасно болела левая нога. Я шаг за шагом, тихонько шла, стараясь найти выход из сада. Получалось не очень, как вдруг я заметила девушку, сидящую на полянке под деревом. Да это же та самая девушка, которую я вчера видела! Я должна всё выяснить. Нетвёрдой походкой я подошла к ней:
- Привет, я...
- Кэти, - опередила она меня, - что ты здесь делаешь? Что с тобой? Ты поранилась? Присядь, - с этими словами она подвинулась.
- Ты знаешь меня? Я просто увидела вчера тебя в этом доме, и...
- И у тебя есть вопросы, - закончила за меня она.
- Да, у меня есть вопросы.
- Кэти, - посмотрела на меня она.
Её глаза... Они были такими родными и знакомыми, вот только я не могла вспомнить их. Её серые глаза были наполнены любовью и нежностью. Девушка была старше меня на несколько лет, скорее всего, года на четыре. Она была очень красивой, милой, выглядела дружелюбно. Её волосы были тоже рыжими.
- Кэти, ты действительно ничего не помнишь, ты не помнишь меня?
- Я... я...
- Ты помнишь о том, что было до того, как тебе исполнилось 7 лет?
- Эмм, - мне нужно было подумать. А ведь и, правда, я ничего не помню до 7 лет, - нет, я не помню.
- Дай мне свою левую руку.

Через мгновение я уже перелазил через забор с добычей. В тот момент, когда я убегал домой, меня уже не волновала Мария Антоновна. Меня также не волновало то, что я отказался от дружбы, подаренной мне судьбой и то, что я поступил как мерзавец. Да, я был испорченным человеком. Но моя испорченность имела больше смысла, чем что либо другое на этой планете. Я уже достаточно нагулялся сегодня и направился домой. Статуэтку я поставил на стол в своей комнате.

Наступила ночь. Завтра нужно было идти в школу, поэтому я собрался спать. Я лёг в кровать и размышлял об этом дне. Я, конечно же, мог бы думать о том, что я подлец и мерзавец, но я не хотел об этом думать. Или всё-таки я думал об этом?

- Боже ж ты мой! Что сделано, то сделано! Я не должен винить себя. Я подло поступил, зато теперь у меня есть то, что я хотел. Хотел ли я дружбу с этой старухой? Нет. Я хотел золотую яблоню. Я получил то, что я хотел и отказался от того, чего не хотел. Всё логично.

С этими мыслями я повернулся на бок и принялся, наконец-то, спать. Мне снилась моя мама. Её смерть настолько сильно отпечаталась в моём сознании, что она постоянно снилась мне на протяжении уже четырёх лет. Этой ночью мне снилось, как мы с мамой шли по улице и разговаривали. Было настоящей пыткой просыпаться и страдать от того, что это были лишь сны. Так случилось и в этот раз: я проснулся в шесть утра и тогда только осознал, что мама была лишь сном. Я тихо заплакал.

Моими ценностями всегда были такие вещи, которые ничего из себя не представляли, которые ничего не значили. Я не знал, что такое настоящие ценности, но я уверяю, что среди нас есть тот, кто может этим настоящим ценностям нас научить.
Однажды я встретил человека, который, как выяснилось позже, оказался не совсем человеком. Мне до сих пор иногда кажется, что это был какой-то сон, но это было. Сейчас я могу лишь рассказывать об этой необычной встрече. Постараюсь рассказать всё по-подробнее и по порядку.

Началось всё с того, что был выходной день - воскресенье. Я кое-как сделал домашние задания на понедельник и уже полностью был поглощён компьютерными играми. Я мог играть очень долго, не отрываясь от компьютера. Но вот мои глаза утомились и я решил дать им немного передохнуть. Я подошёл к окну и стал смотреть на небо. Было пасмурно и пахло дождём. Мне нравилась пасмурная погода намного больше, чем солнечная, только не знаю, почему. Серые тона этого городишка успокаивали мой глаз. Мне захотелось прогуляться. Я оделся и вышел на улицу. Пока шёл, я наслаждался свежим дождливым воздухом, смотрел на изредко проходящих мимо меня людей и размышлял. О чём я размышлял? О, моя незавидная жизнь давала мне о-очень много пищи для размышления. Но мои раздумья внезапно прервал какой-то мужик.

- Парень, а у тебя закурить не найдётся? - спросил он. Мужик этот по виду был старше меня и явно в нетрезвом состоянии.
- Конечно найдётся. 50 рублей. - нескромно ответил я.
- Что? - изумился мужик. - Ты просишь деньги за сигарету?
- А как же! Бесплатный сыр только сами знаете где.
- Нет уж, я у кого-нибудь другого попрошу.
- Ну, если найдёте ещё где-нибудь людей в такую погоду, да ещё и в выходной, тогда ладно. Учтите ещё то, что не все подряд курящие.
Сегодня и впрямь было очень мало людей на улице. Мужик посмотрел вокруг и сказал:
- Да ты наглец! Ни разу ещё таких пацанов не встречал. Ладно, а то я целый день не курил.
Мужик протянул мне полтинник. Я взял у него деньги, повернулся и, не спеша, стал уходить.
- Э... парень! Ты куда?! А сигарету?! - крикнул он.
- Всё просто, мужичок. - ответил я. - У меня нет сигарет. А курить - вредно.
- Ах ты, негодяй! - выкрикнул мужик и бросился бежать за мной.

Кристина озираясь шла по пустынной, окутанной сумраком улице. Холодный ветер трепал ее волосы и хлестал по раскрасневшимся щекам. Ей было страшно...

- Ну как? - Седеющий, средних лет человек, закончил читать и обернулся к слушающей его женщине.
- Очень недурно Эдик. - женщина прикурила сигарету и выпустила в воздух тугую струйку сизого дыма. Она была уже немолода, но все в ее внешности говорило о былой красоте: большие серые глаза в, которых затаились усталость и едва уловимая печаль, полные, чувственные губы, тонкие изящные пальцы. Сейчас она сидела на продавленном диване, в одних трусиках и мужской футболке. Женщина уже успела уговорить практически две бутылки вина, но отнюдь не выглядела опьяневшей, наоборот, взгляд ее был ясным и оценивающим. Копна платиново-белых волос, непослушными прядями спускалась на плечи и продолжала свой путь до самой груди. Она внимательно смотрела на своего собеседника: высокого, худощавого мужчину, с элегантной бородкой и волнистыми волосами, забранными в небольшой хвостик. Он был одет в просторную белую рубашку, расстегнутую на чуть впалой груди и узкие темно-синие джинсы. Про таких обычно говорят "породистые". В руках мужчина держал лист бумаги, он вновь и вновь придирчиво перечитывал написанное на ней, едва шевеля губами. В этот момент, меж бровей у него пролегла глубокая складка, которая обычно свидетельствовала о неком неудовольствии.

- Все же мне кажется, что чего-то не хватает... - пробормотал он, кидая взгляд на свою слушательницу. - Все сухо, мертво, скучно! Не хватает чувства!
Женщина задумчиво посмотрела на него, выпустив в воздух очередную струйку сигаретного дыма:
- Знаешь, пожалуй ты прав. Ты конечно гениален, но тебе не хватает... натуральности что ли... Ты пишешь о страхе Кристины, но на самом деле, ты ничего не знаешь о нем. Поэтому... как бы это сказать... ее переживания выходят немного ненатуральными...
- Черт возьми Рита! Ты права! - Писатель хлопнул кулаком по столу и с яростью смял исписанный листок бумаги. - Тщетно! Все тщетно! Я бездарность!
- Эдичка! Прошу тебя, перестань! - Женщина поднялась с дивана и подошла к тяжело дышащему мужчине. - Я знаю, ты не бездарность! Обещаю тебе - ты напишешь настоящий бестселлер! А сейчас... - Руки ее поползли под его рубашку и нежно погладили по груди. - Сейчас, пойдем-ка в спальню... тебе нужно расслабиться... обещаю, со мной ты на время отвлечешься от своих проблем.

Мы шли недолго и скоро были у меня дома:
- Спасибо, что проводил. Не хочешь зайти?
- А можно?
- Конечно можно. Проходи, - с этими словами я вошла в дом и жестом пригласила его следовать за мной.
Кроме Пушка дома, конечно же, никого не было. Этот комок шерсти спокойно полёживал на диване.
Заметив меня, он даже не шевельнулся, хотя, кто бы сомневался.
Я пошла на кухню, Аластэйр последовал за мной:
- Что ты будешь: чай или кофе?
- Кофе.
- Хорошо.
Я принялась заваривать кофе, а Аластэйр как-то странно начал на меня смотреть. Опять:
- Что-то не так?
- Нет, всё в порядке. Можно у тебя спросить?
- Да, конечно, спрашивай.
- Ты живёшь здесь одна?
Лучше вопроса не придумаешь, конечно:
- Нет, я живу с тётей с тех самых пор, как моя бабушка, она... - непрошеные слёзы снова начали подкатывать к глазам, а горе, которое я так старательно прятала в глубине души, с новой силой начало терзать сердце.
- Прости, я не должен был спрашивать.
- Да нет, я в порядке. А вот и кофе.

После того, как директор ушла, урок должен был продолжаться. Миссис Льюис попыталась привлечь к себе внимание, ведь взоры каждого ученика (особенно девушек) были устремлены на новичков:
- Итак, ребята, - обратилась она к новичкам, - присаживайтесь на свободные места и продолжим. Угадайте, куда сел Аластэйр? Естественно на самое первое свободное место, то есть ко мне. Чёрт! Моё мирное, тихое и спокойное одиночество закончилось. Остальные новички расселись по двое, свободных парт не осталось, а урок химии продолжился.
- Хэй, - обратился он ко мне, - привет, как тебя зовут?
- Я - Кэтрин, но можешь называть меня просто Кэти.
- Кэти... - задумчиво проговорил он, - а я - Аластэйр.
Я лишь улыбнулась в ответ. Он спокойно достал учебник и, обнаружив, что у меня его нет, положил на середину парты. Урок проходил мирно и спокойно, вот только время от времени он как-то странно смотрел на меня. Карие глаза выражали спокойствие и всё же, я не могла не заметить, что они наполнены грустью. До конца урока оставалось около 10 минут, как вдруг у меня зазвонил телефон. Звонила тётя Лили:
- Миссиc Льюис, - обратилась к учительнице я.
- Да, Кэти.
- Можно выйти?
- Конечно.

- Ты уверена? - Молодой человек явно нервничал. Руки его заметно дрожали, отчего дымящаяся сигарета, зажатая между пальцами, ходила ходуном.
- Абсолютно. - Даша пыталась заглянуть ему в глаза, но парень постоянно отводил взгляд.
- Может, ты проверишь еще раз?
- Рома, - девушка устало вздохнула - Я сделала уже шесть тестов. Шесть! Все они положительные!
- Даша, но ты же понимаешь, что этот ребенок разрушит всю нашу жизнь!
Девушка молча кивнула.
- Послушай Даш, тебе всего семнадцать! У тебя еще все впереди! Подумай только, что скажет твоя мама!
В ответ вновь последовал молчаливый кивок.
- А я? Мне всего двадцать три! Я только что устроился к отцу на работу! У меня столько перспектив!
- Ты прав Рома, но что мне теперь делать? - На глаза девушки навернулись слезы.
- Аборт. - Молодой человек, успокаивающе обнял Дашу за плечи. - Денег я тебе дам.

Даша лежала на кровати и невидящим взглядом смотрела в потолок. Она сделала это. Она избавилась от ребенка. Несмотря на то, что девушка сама хотела этого, внутри нее образовалась неприятная пустота. "А если я больше не смогу родить?" - пронеслось у нее в голове. Даша тут же себя одернула: "Конечно смогу! Что за глупости! Многие делают аборт, а потом рожают детей!" За подобными мыслями, девушка постепенно провалилась в глубокий сон.

В тот вечер мама как всегда забирала восьмилетнего сына из школы. Мальчик очень обрадовался матери после продленного дня в ненавистной ему школе. Они шли к остановке через лес и болтали. Сын увлеченно рассказывал о том, как строгая учительница его сегодня похвалила, а мать слушала и не могла нарадоваться за свое чадо. Она пообещала мальчику, что дома обязательно угостит его мороженым после ужина.
Вдруг из темноты леса на дорожку быстрой и уверенной походкой вышел упитанный немолодой человек. Не произнося не слова, он схватил мать и потащил ее в чащу. Женщина хотела закричать, но мужчина зажал ей рот рукой. Перепуганный мальчик бросился на обидчика, но сразу же получил пинок ногой в живот, отчего согнулся, не в силах произнести не слова. Мать, испугавшись за ребенка больше, чем за себя, рывком попыталась высвободиться. Маньяк достал нож, но обращался с ним весьма неумело. Она наступила нападавшему на ногу, отдавив ему каблуком большой палец. Неудачный взмах рукой и обидчик сам не заметил, как неудачным движением отрезал себе мизинец на руке. Он взвыл от боли, а мать попыталась вырваться снова. Она толкнула его локтем под ребра, высвободившись на короткий миг. Маньяк в растерянности перехватил рукоять ножа другой рукой и, не зная что делать дальше, нанес женщине удар окровавленным лезвием под ребро. Мать коротко вскрикнула. Где-то вдалеке уже звучали крики спешивших на помощь. В панике убийца бросился бежать, не разбирая дороги. Он скрылся в лесу, а мальчик остался стоять, пытаясь запустить в легкие хоть немного кислорода. Он стоял и смотрел как истекает кровью его мать, но не мог сделать ничего. Вот кто-то подбежал к его матери. Кто-то пытается помочь, но потрясенный мальчик уже не понимал этого. Один из мужчин, придерживая обессилившую женщину, звонил в скорую. Другой пытался успокоить потрясенного мальчика, закрывая собой ужасное зрелище.
- Все хорошо, - говорил он. - Как тебя зовут?
- Сафар, - с трудом выдавил мальчик.
Тот вечер навсегда врезался ему в память.