Страшилка

Не помню, сколько мы простояли так, чуть ли не прижимаясь друг к другу. Из легкого оцепенения меня вывел телефонный звонок, прозвучавший весьма неожиданно. Я трясущимися руками вытащил трубку из кармана штанов и тут случайно поймал на себе удивленно-осуждающие взгляды друзей. В этих взглядах читалось что-то вроде: "Никитос! Какого черта у тебя был телефон и ты до сих пор им не воспользовался!". Я растеряно поднес трубку к уху.
- Ребят, где вы?!
- Серега? - в один голос спросили мы.
- Блин, куда вы пропали?
- Мы тут, в центре, на сцене. Единственное место, где горит свет. Видишь нас?
- Нет. Хотя, да. Да! Но я не вижу выхода!
- Откуда? Серега, ты слышишь? Откуда ты не можешь выйти?
- Не знаю! Тут везде... сетка...
Помехи помешали продолжить разговор. Я проверил связь - экран телефона показывал, что я нахожусь в мертвой зоне. Смартфоны друзей показывали то же самое. Вдруг где-то в северо-западной части парка мы услышали скрип. Освещая себе путь экранами мобильников, мы пошли на звук. Превозмочь страх было трудно, но оставить Серегу одного - не вариант. Света от экранов едва хватало на метр дороги впереди. Где-то рядом мы вновь услышали вой и это заставило нас ускориться. Наконец слабый лучик света выхватил из темноты часть теннисного корта. Окоченевшие пальцы Сереги судорожно сжимали сетку корта с внутренней стороны.

"Меня зовут Андрей Степанович Барсуков, 1946 года рождения. Пенсионер. Вдовец. Детей нет. Это письмо я кладу в ящик к Вам, Зинаида Ивановна, чтобы вы знали: я не исчез, я не умер и не сошёл с ума, у меня всё хорошо и что я решился войти в дверь. Как помните, мы с Вами были обеспокоены исчезновениями наших сверстников и людей немногим моложе. В нашем маленьком городе такого рода события быстро становятся известны. Помните, как боялись выйти на улицу в страхе, что какой-нибудь негодяй подойдёт, как даст по голове и не будет Андрея Степановича? Так вот, пожалуйста, не бойтесь и дочитайте письмо до конца, потому что здесь совершенно нет ничего страшного и я надеюсь, что Вы тоже сможете решиться, как и я.

Дело в том, что на одной из своих прогулок я зашёл на пустырь за Сталеварным районом и обнаружил дверь, лежащую на земле. Был прохладный тёмный вечер, накануне выпал и не растаял снег и эта белая дверь должна была остаться незамеченной, тем не менее, виднелась совершенно отчётливо. Моё внимание сразу привлекло то обстоятельство, что к этой двери вело несколько пар следов, но в обратную сторону они не шли, а как будто бы исчезали за этой дверью. Я сразу подумал, что там, возможно, находится погреб или бункер, но когда я попробовал поднять её за ручку, то увидел только мёрзлую землю и жухлую траву. Вы знаете, я человек не суеверный, но мне стало как-то не по себе. Положив дверь на место, я оттуда быстро ушёл.

Несколько дней я старался держаться от пустыря за Сталеварным подальше. В это время Вы мне рассказали о том, что куда-то исчезла ещё одна наша добрая знакомая, Зоя Никитична. Это было довольно необычно, учитывая, что последние несколько лет она не вставала с постели. Помню, Вы рассказывали со слов её дочери, что дверь в комнату Зои Никитичны была распахнута, постель не убрана и что вся уличная одежда и обувь осталась на своих местах.

По густому сосновому лесу бежал человек. На вид ему было около 45 лет, но по паспорту, который он давным-давно не видел, всего 31. Его дыхание было тяжелым и хриплым из-за одышки. Даже если бы он передвигался размеренным прогулочным шагом, одышка все равно сильно ему досаждала, так как легкие уже ни к черту. Самым большим его желанием сейчас было остановиться, лечь на сухую траву, опавшие сосновые иголки и шишки и закрыть глаза. Но это было равносильно тому, что прыгнуть в берлогу разъяренного медведя. Человек бесконечно оглядывался. Временами прислушивался. Тишина. Никаких признаков внелесной жизни. Он позволил себе остановиться и, сняв с ремня фляжку с водой, присосался к ее горлышку. Много пить было нельзя, так как запасов не хватит. Неизвестно, были ли впереди водоемы с пресной водой. Наверняка были, только где именно он не знал. Ему предоставили шанс, которым он непременно должен воспользоваться. Вчера ситуация была намного хуже, но он смог выбраться, даже раздобыл небольшой нож, который годился разве что нарезать колбасу на школьном пикнике. Но уж лучше такой, чем вообще ничего. Еще сильно хотелось есть. Конечно, за долгий промежуток времени, проведенный в карьере, он привык к постоянному чувству голода, но тем ни менее, буханкой хлеба в день и отвратительной ухой он был обеспечен. Утром он съел каких-то красных ягод, от, которых теперь жутко крутило живот и все. На этом его трапеза была завершена. Нужно было бежать дальше, иначе его жизнь скоро прервется. Он повесил фляжку обратно на ремень, на секунду замер, как можно сильнее напрягая слух и, ничего не услышав, побежал дальше. В прошлой жизни, он был фотографом-любителем. В этой он заключенный 15-52, лицо, не имеющее будущего, прошлого, имени, фамилии и прочего. Только проклятый номер 15-52, аккуратно вышитый на спине его темно-зеленого комбинезона и навечно наколотый на правой стороне шеи. Длинные волосы мешали передвигаться, поэтому вчера, когда удача повернулась к нему лицом и удалось раздобыть нож, он их срезал, насколько это было возможно. Секундная остановка - тишина, можно бежать дальше. Он слышал много историй о том, что еще никому не удалось убежать, но все-таки решил испытать удачу. На тот момент ему казалось это отличной идеей, но сейчас, когда силы были уже на исходе, он начал понимать, что лучше было бы оставаться в карьере. Если его не догонять до темноты, то ночью непременно сожрут волки или кабаны. А возможно даже и медведь. И если от первых двоих хищников еще можно было как-то спастись, то от медведя скрыться вряд ли удастся. Бегает он быстро, по деревьям лазает тоже неплохо. Короче говоря, шансов мало. Этой ночью ему просто повезло. Тело уже не хотело слушаться, ноги гудели, голова раскалывалась на мельчайшие кусочки, но нужно было бежать дальше. Ничего не вышло. 15-52 споткнулся о ветку и повалился на землю лицом вниз, больно оцарапавшись о шишки. Он перевернулся на спину и уставился в серое небо. Заставить себя встать и бежать дальше, было непосильной задачей. Он закрыл глаза. Будь что будет.

Я со своими друзьями часто помогаю в расследовании необычных явлений. Хотя чаще всего это просто совпадения, которые принимают за необъяснимое. Я расскажу об одном из наших расследований.

00:15. Раздался звонок.
- Да. - Сонно пробормотала я.
- Это вы помогаете раскрыть тайны?
- Смотря какие. Мы помогаем только, если в деле есть что-то паранормальное.
- Тогда я не ошиблась. Понимаете, недавно я купила дом. Я очень долго искала что-нибудь дешёвое и вот, наконец, нашла. Знаете, я была очень удивлена тем, что этот дом продают по такой низкой цене. Так вот, тут такое происходит. Я... - в трубке что-то загремело и девушка испуганно вскрикнула.
- Что с вами? - взволнованно говорила я.
Всё замолчало, наступила немая тишина.
Но вскоре вновь начался грохот. Послышалось чьё-то тяжёлое дыхание.
- Мне страшно, приезжайте скорее. - Дрожащим голосом говорила она.
Я не стала терять времени, сразу же спросила адрес и начала собираться.
Я радостно открыла дверь в комнату друзей.
- Так, милые мои, хватит сидеть! У нас новая тайна.
Они лениво посмотрели на меня и что-то пробормотали под нос.
- Ну, давайте. Да Саш не забудь взять аппарату. А ты Артур иди, приготовь машину.
Через три минуты мы уже направлялись к дому девушки.

Начался день. Я выхожу из дома и отправляюсь гулять по родному городу. Небо нависшее надо мной, свинцовые тучи. Хмурые и злые лица людей смотрят на меня с неодобрением, тревогой, страхом. Они смотрят на меня так, как будто я и именно я виноват в их проблемах, в их горе. Лужи на дорогах. Грязь и слякоть. Пенсионеры торгуют разным барахлом, дабы заработать на кусок хлеба или лекарства. Они не виноваты ни в чем, кроме того что родились здесь.

Идя по улице, я начинаю осознавать, что мы все обречены с самого рождения. И не важно кто ты. Офисный планктон в костюмчике, бродяга, который копается в мусорке или ребенок, весело бегающий по детской площадке. Мы обречены с самого рождения. Обречены провести серую, убогую жизнь. Сами того не осознавая, мы живем по стереотипам, по понятиям, которые сами себе и придумали.

Пошел дождь. Дождь в ноябре это нормально. Небо плачет. Небо видит грехи, которые совершают люди. Оно пытается смыть их с нас, с наших душ. Не стоит ему этого делать. Люди всегда будут грешить. Не стоит ему жалеть нас, мы сами во всем виноваты. Мы виноваты в том, что мы такие. Виноваты в том, что пытаемся оправдать себя. Свое недоверие, ненависть, жадность. Оправдать, но не исправить. Зачем? Ведь все мы такие правильные. Мы знаем как жить.

Был Хэллоуин и все подростки с детьми бегали по домам и просили конфеты как обычно это бывает: "Конфеты или жизнь". Обычно я не праздную его, но Каролина (моя подруга) уговорила меня. Когда пришла Кароль, мы долго думали, какой наряд бы мне подобрать ведь у неё уже был костюм, который она приготовила ещё месяц назад. Она была Хануко Сан (это японская девушка, которая живет в 3 кабинке туалета). Ну, а вот мне было трудно так быстро определиться и поэтому мой образ был обычный и всем известный - Самара Морган (белая простынь с мокрыми пятнами, начесанные вперед, взъерошенные волосы).

Часов в 8 вечера мы выдвинулись повеселиться и набрать конфет. Около двух часов мы бродили по улицам, шутили, пугали людишек. В принципе, очень весело проводили время. Было уже поздно, мама мне не разрешала гулять допоздна, постоянно повторяла: маньяки, убийцы схватят, изнасилуют. Ну и напоследок мы решили заскочить в один дом, про который ходили легенды, что там какая-то нечисть, в общем, никто не осмелился туда сходить и проверить, что там. Мы были не из пугливых и всё-таки решились.

Это произошло пять лет назад, когда я жил в квартире в городе. Я всегда был совой, поэтому, когда мой сосед по комнате ложился спать, я часто выходил на прогулку, чтобы скоротать время. Гуляя по ночам, у меня никогда не было причин бояться, но однажды вечером всё изменилось...

Это была ночь среды, где-то от одного до двух часов ночи и я гулял по парку, который был довольно далеко от моей квартиры. Была тихая ночь и машин почти не было. Улицы были совершенно пусты. Я повернул в небольшой переулок, который вёл обратно к моей квартире. Вот тогда, я в первый раз заметил его. В дальнем конце улицы, я увидел силуэт человека. Он танцевал. Это был странный танец, похожий на вальс, но каждое своё движение он заканчивал шагом вперёд. Можно сказать, что этот танец был похож на ходьбу и он двигался ко мне.

Решив, что он просто пьян, я отошёл к краю тротуара, чтобы дать ему достаточно место, чтобы пройти. Чем ближе он подходил, тем больше я понимал, как он изящно двигается. Он был очень высоким и долговязым и носил старый, потертый костюм. Он танцевал и приближался всё ближе и ближе, пока я не разглядел его лицо.

Его голова была наклонена немного назад и глаза были широко открыты, глядя в небо. Его рот был искривлен большой и широкой улыбкой, почти как у мультипликационных персонажей. От его дикого выражения глаз и ужасной улыбки мне стало так жутко, что меня прошила дрожь и я решил перейти на другу сторону улицы, прежде чем он приблизится ко мне. Я оторвал от него свой взгляд, пока переходил на другую сторону.

Как хорошо мне знакомо это чувство! Обида, невероятная обида... Готовность убить все и вся на этом свете. Солоноватые капли слез падают в никуда... Изо всех сил сжимает кулаки. Нет, как же так получилось?! Темным покрывалом, состоящим целиком из несбывшихся надежд ненависть накрывает душу.

Внезапно из темноты раздается голос. Упругими волнами он вырывается из твоего сознания и заполняет собой все вокруг. Ты вслушивается в него и теплая улыбка озаряет лицо. Ты понимаешь, что этот голос очень дорог тебе. Он такой родной... Ты, полный доверия идешь за ним, не осознавая полностью того факта, что ты уже не вернешься. В сознание наступает полнейшая тьма... Вот такая она... Смерть!

Началось это все в седьмом классе. Я был самый не примечательным учеником из поступивших в этой четверти. Через два-три дня они уже разошлись по группам, а я остался в полном одиночестве. Такое часто бывает... Мир такой предсказуемый... В жизни подростков происходит столько всего интересного... Но где я свернул с нужного пути? Где оступился? Ответа на этот вопрос я не находил.

В классе все сторонились меня. Ничего, я привык. Такое было в предыдущих трех школах. Во мне словно был что-то отталкивающее. И почему для участия в этой истории судьба выбрала именно меня? Я же самый обыкновенный... Высокий рост, сутулюсь, черные, как уголь волосы, сверкающие серо-голубые глаза, мертвецки бледная кожа... Разве что голос приятный. Словно шелест сухой листвы... Завораживает. Однако может это высокомерная дама, которую совершенно не интересует мнение своих марионеток наконец пересмотрела свои приоритеты?

Вечером в пятницу мы с друзьями как обычно собрались прогуляться. Обычно ходили втроем: я, Леха и Лев. Но сегодня мы решили взять с собой еще одного приятеля, с, которым до этого все вместе никогда не пересекались. Серега (так его звали) быстро влился в наш небольшой коллектив, хоть и был всегда довольно замкнутым человеком.
Недавно мы с Лехой гуляли вдвоем по лесу. Тогда мы решили дойти до реки, отделявшей наш поселок от соседней деревни и пойти обратно. Но к своему удивлению обнаружили, что за рекой, там, где еще год назад был один лишь пустырь, горит множество фонарей. Как оказалось, то был недостроенный, но уже весьма приличный парк. Я не поленился разузнать в администрации об этом месте. Как оказалось, официальное открытие парка было назначено только на следующий месяц. Так вот, пока мы были одними из немногих, кто знал об этом месте, мы решили сходить туда на разведку вчетвером.
Когда мы дошли до места, уже стемнело. Но в свете фонарей парк казался еще красивее, чем днем. Мы пересекли реку по весьма надежному мосту и огляделись. Восторгу моему не было предела. Весь парк представлял собой островок, окруженный бурной речкой. На этом островке имелось несколько кортов с футбольными площадками, велотреков, множество всевозможных тренажеров и много чего еще. Фонари освещали не весь остров, а только ту его часть, где стояли уже достроенные объекты. Поэтому берегов просто не было видно.
Вначале мы просто шли по тропинке и жадно оглядывались, расхваливая нашу администрацию.

Когда это случилось впервые, мне было пять лет. Помню, как сидел на полу в залитой солнцем гостиной и катал по полу деревянный паровозик что-то про себя напевая. А когда поднял глаза и посмотрел на зеркало, висящее на стене, то увидел как там убивают другого мальчика. На мои крики сбежался весь дом. Все пытались меня успокоить, но я плакал и указывал на зеркало что-то бессвязно лепеча. Там, в совсем другой комнате, не похожей на нашу гостиную, лежал в луже крови маленький мальчик со светлыми волосами. Пару минут назад его, беспечно рисующего, ударил огромным мечом выступивший из стены человек. Родители не понимали, что происходит. Они не видели того, что видел я. Правда, они все равно пытались мне помочь - выбросили зеркало, стали запирать на ключ гостиную. Но ужас остался со мной. Я панически боялся зеркал, кричал и бился в истерике, едва только увидев свое отражение. Однажды в дом приехали врачи и вскоре меня увезли на целых полгода. Вернулся я тихим и молчаливым, но от зеркал шарахаться перестал. Все думали, что меня вылечили. Но я просто понял, что об этих вещах бесполезно говорить.

Второй раз это случилось, когда я пошел в пятый класс. Зайдя в школьный туалет, я вылетел оттуда, задыхаясь. Одноклассники спрашивали, почему я такой бледный, почему дрожу и заламываю руки. Но что я мог сказать? Что в зеркале туалета увидел смерть моей ровесницы, девочки в белом платье, от рук все того же человека? Мужчины, словно сотканного из тьмы, с длинным мечом, с которого тягуче капала кровь? Ну уж нет, лучше промолчать. Я не хотел снова попасть ТУДА.

Третий и четвертый раз случились, пока я еще учился в школе. Один раз - в гримерке, где я готовился к выступлению. В зеркале погиб невысокий, лысоватый мужчина в круглых очках. Он пытался сопротивляться, но кошмарный человек поднял его одной рукой и сломал тонкую шею, как соломинку. А потом изрубил тело своим мечом, словно в отместку за сорванный сценарий.