Страшилка

- Альбина-а! - закричала мать с окна.
- Что мам? - откликнулась дочь.
- Поедешь со мной в супермаркет, поможешь затариться?
- Конечно!
- Тогда иди одевайся! - крикнула мать и Альбина понеслась в дом кидать в стирку домашнюю одежду, которая вся запачкана пеплом. Девушка оделась и они с матерью подошли к остановке. Спустя 15 минут подъехал автобус. Елена встала на ступеньку и, не удержавши равновесия, рухнула вниз. Окружающие позабыли о своих делах и столпились вокруг женщины. Она не могла подняться. В считанные минуты кто-то вызвал "скорую" и вот Альбина и Елена мчались в больницу. Альбине нужно было позвонить Мише.
- Чего надо? - огрызнулся брат.
- Миша, мама ногу подвернула, мы уже подъехали к больнице, нас не жди, пожарь яичницу.
- Когда вы вернетесь? - мальчик сразу сменил тон.
- Не знаю... Пока... Мы к врачу... - ответила Альба и отключилась.
Спустя три часа Альбина с матерью уже были дома. У женщины было растяжение, ей назначили мази и посоветовали лежать. Через несколько дней боль должна была утихнуть. Альбина навела уборку, приготовила еду и упала на кровать с больной головой. Она не могла простить себе того, что она натворила. Альба позвонила начальнице и попросила отпуск из-за болезни матери. Та была явно недовольна, но все-таки дала отпуск. Теперь все хозяйство в доме целиком и полностью легло на девушку. С каждым днем Альбине и ее матери становилось все хуже.

По разбитой старой дороге в давно забытой богом деревушке шагала Юля. Из-за вчерашнего ливня под ногами, обутыми в новенькие ботиночки, смачно хлюпала грязь. Девочка старательно обходила каждую лужу, стараясь не запачкать обувь, но получалось плохо. С того самого момента, как Юля вышла из дома, обновка уже считалась безнадежно испорченной, только вот надежда о том, что это еще можно будет смыть никак не хотела отставать от "храброй путешевственницы". Ни смотря на грязь, слякоть и жуткий мороз она все же решилась выйти за хлебом. В конце концов, сидеть в холоде - это противно, а сидеть в холоде, да еще и голодной - еще хуже!

С грустью шагая и вспоминая о теплом пледике и родной кроватке, она с отвращением смотрела на гадкую жижу, что было почти невозможно обойти. Вдруг неподалеку послышался женский голос:
- Что делает здесь столь юная особа? - спросил он.

Девочка обернулась. На перекрестке под старым светофором стояла красивая дама. Именно дама, ее светлые как колосья волосы, миловидные черты лица и необычные глаза цвета вишни, все это придавало ей какой-то особый шарм, не говоря уже о гордо выпрямленной спине и тонкой изящной талии. Юля сразу подметила, что она одета совсем не по погоде: совсем тоненький красный плащ, казалось мог спасти лишь от крохотного ветерка, а о теплосохраняющих способностях капроновых колготок, пожалуй, знают все и в дополнение к столь прелестной картине на ногах незнакомки были одеты туфли. Казалось, дама просто появилась здесь из неоткуда, никаких следов или там частиц грязи на обуви не было вообще.

- Кто ты?! - дрожащим голосом спросил я и стал очень медленно отходить от неё назад.
- Денис, это я - Гемма. - спокойно пояснила она. - Мы раньше с тобой уже встречались.
- Нет... Нет... Ты что-то страшное... - с такой же дрожью в голосе сказал я.
- Денис, просто посмотри мне в глаза и попытайся вспомнить, где ты меня раньше видел. - настаивала Гемма.
Я отошёл от Геммы довольно далеко и уже собрался убежать, как вдруг Гемма расправила свои крылья и всё вокруг нас с ней стало наполняться каким-то необычным светом. Может быть, это очень странно, но когда меня тоже объял этот свет, я перестал бояться. Мой страх просто куда-то исчез, как будто бы во мне вообще никогда его не существовало!
Дальше - больше. Когда я ещё раз посмотрел на Гемму, моему восхищению не было предела. Её расправленные крылья, казалось, стали ещё больше и излучали очень много различных цветов. Но я просто невообразимо удивился, когда среди всех этих цветов радуги разглядел ещё один цвет, которого не существовало! Это был не новый оттенок цвета! Это был новый цвет! Я не могу найти слов, чтобы описать его.
Сама Гемма стала ещё красивее, чем была раньше. Она была в зелёном сарафане, на ней не было обуви, волосы её местами завивались в косы, в её ушах красовались большие серьги, а зелёный цвет её глаз стал ещё насыщенней.
На этот раз я стал очень медленно подходить к ней. Я не чувствовал страха, я чувствовал только неописуемое восхищение. Кроме Геммы я не видел больше ничего, абсолютно ничего. Были только я, Гемма и этот объявший нас загадочный свет, в котором было приятно тепло. Когда я достаточно близко подошёл к Гемме и посмотрел в её глаза, я чётко и ясно увидел всю свою прошлую жизнь, как будто она была у меня не в памяти, а прямо на ладони.

Сафар лежал лицом вниз на холодной земле. В спину ему смотрели четыре пистолетных дула.
Грудь нестерпимо жгло, но Сафару запретили шевелиться. Над ухом у него переговаривались четверо:
- Блин, Никитос, ты зарядил ружье солью?!
- А где, по-твоему, я должен был за столь короткое время найти дробь?
- Ты мог хоть предупредить!
- Когда? Вы этого подонка с собой привели!
- Ладно, надо что-то решать. Давайте пристрелим его и просто уйдем.
- Не знаю. Полиция потом может выйти на наш след.
- Может, его к дереву привязать и оставить волкам на растерзание?
- С этим уродом делайте что угодно, а волчатника мы должны убить сегодня!
- Леха, уймись! Мы уходим. Прямо сейчас. Или ты готов рисковать нами ради мести непонятно кому?
Леха шумно вздохнул. Ему явно не нравилась складывающаяся ситуация, но он не мог не подчиниться большинству. Вдруг со стороны леса донеслись звуки быстрых шагов. Маньяк приближался в сопровождении еще четырех волков. Все четверо стали отступать назад в парк. Лев сделал два неприцельных выстрела, но маньяк даже не сбавил шаг.

Элис стояла перед дверьми огромной усадьбы, которая когда-то была детским приютом. После того как все маленькие жильцы выросли, здание запустело, но девушка смогла его выгодно приобрести. Алекс и их маленькая дочка Мари бегали по двору, восхищаясь каждой мелочью, что невольно вызывало улыбку на лице Элис.
- Мама, мама! Давай уже зайдем! - малышка закружилась вокруг матери.
Девушка улыбнулась и отворила дверь стареньким, немного заржавевшим ключом.
Все трое закашляли.
- Ох... Сколько же пыли, - Алекс закрыл нос рукой, оглядывая мебель. - Что ж, придется нам всем вместе убираться.
До самого вечера они вытаскивали все и выбивали на улице, мыли полы, окна. Даже маленькая Мари нашла себе дело, прыгая на большом диване.
Лишь к 12 часам семья освободилась, малышку уложили спать в ее новой просторной комнате. А Алекс с Элис продолжили распаковывать вещи. Пока в коридоре на втором этаже не послышались шаги.
- Мари проснулась? - с недоумением спросил Алекс.
- Ничего... Я посмотрю. - с этими словами Элис поднялась с пола, на котором они распаковывали ящики и направилась вверх по лестнице.
- Мари! - тихо позвала девушка. Вокруг было темно, но различить маленькую фигурку, стоящую у двери в ванную, было легко. - Мари, почему ты не спишь? - ответа не последовало, а детская фигура закрыла за собой дверь. Раздался шум воды.
- Мари! - Элис, испугавшись, начала колотить в дверь.

"Если не ты, то кто? Если никто, то я..." - пела девушка в наушниках. С тех пор как Маша решила следить за этой странной девочкой, единственным развлечением стала музыка. Скучно вот так стоять за деревом, когда Настя просто читает книгу сидя на качелях. Машины ноги уже затекли и ужасно замерзли, а объект и не собирался уходить с качели. Тут шпионка заметила, что к Насте подходит Антон Юрьевич. Девочка достала наушники и выключила музыку в плеере, чтобы наступила полная тишина. Она услышала, как дорогие ботинки Антона Юрьевича хрустят по снегу и попробовала подобраться ближе. Сев за старой деревянной будкой на колени, Маша прислушалась, стараясь не обращать внимания на холод. Вот, что она услышала:
- Феликс, - говорил Настин голос, - а я уж думала, что ты не придешь. Долго же ты собирался.
- Извини, Настя. Сложно изображать человека в таких условиях. И как ты здесь не окоченела?
- Я здесь жила. Ты забыл, что я переехала к вам только года два назад? У тебя ноги до колен мокрые, ты что сквозь сугробы пробирался?
- Неудачно приземлился. Да еще крылья замерзли. Ужас!
- Не ной, Феликс. Зачем ты устроился учителем истории в школу?
- Я следил за тобой. Правительство заподозрило тебя в том, что ты хочешь быть человеком и обрезать себе крылья.
- Значит они узнали? Да, я действительно собираюсь подать заявление, чтобы мне отрезали крылья, но только летом. Сейчас холодно.
- Но зачем? Ты же самый сильный боевой ангел! Ты убила столько демонов и людей, которые вели грязный образ жизни! Армии будет тебя не хватать.
- Именно. Я стольких убила. Я не желаю быть маньяком. Они действительно были достойны смерти, но...
- Ты - ангел, произошедший от людей. Даже если ты обрежешь себе крылья, ничего не изменится! Пойми это. Твои силы Земли останутся при тебе, потому что ты избранная, как и другие три. Ты - ангел стихии.
- Феликс, не отговаривай меня. Я знаю, что даже если обрежу крылья, моя стихия останется со мной до самой смерти, как и регалия, если я не ошибаюсь.
- Да! Твоя регалия. Она так же предана тебе, как и стихия. Зачем тебе все это, если ты будешь человеком?
- Я посажу сад, в котором будут все растения этого мира, а может и вселенной. Люди будут покупать мои фрукты, потому что они будут самыми вкусными на свете. Я буду приносить людям счастье, а не смерть.

Холод... Одиночество... Страх... Боль...
Кроме этого в мире мертвых ничего нет...
Дин очнулся после пожара посередине какой-то незнакомой ему улице. Лежал в лужице собственной крови и тихо стонал. Кожу сильно жгло, не было сил встать. Вместо слова помогите вырывался лишь хриплый стон. Вокруг расстилается густой туман, что аж вокруг не было ничего видно, кроме деревьев по бокам дороги. Внезапно на дороге появился силуэт. Дин не сразу его увидел. П-помо... Помммогиииите... - с трудом прошипел Дин. Силуэт, будто услышав из такой дали, двинулся к нашему герою.
- Тсс... Не напрягайся... - сказал он и внезапно его глазные яблоки почернели. - Ты нужен мне здоровым.
Дин не верил в паранормальное и подумал, что это игра воображения. Но где-то в глубине души чувствовал, что это не так. Он лежал и смотрел на силуэт с недоумением, а он, тем временем, наклонился к его груди. Будто начал высасывать из Дина жизнь. Все тело парализовало и в горле пересохло, он даже не мог ударить негодяя или просто закричать.
- Что ты... черт возьми... делаешь? - еле-еле выдавил он, ощущая сильную боль, темнело в глазах... Жизнь уходила из парня...
- Не трогай его! - раздался голос. Это последнее, что Дин услышал...

Альба старалась плести аккуратно, но клиентка каждую минуту выражала свое недовольство и оскорбляла девушку. Альбина уже оканчивала прическу и держала в руках лак для волос, как вспомнила про наведение порчи. Девушка намотала себе на палец несколько волосков и резко потянула на себя.
- Ай! Ты там что, совсем обнаглела?! - закричала женщина и подняла голову к Альбине. Злобный взгляд чуть не снес девушку. Альба засунула пряди в карман джинсов, клиентка вертелась перед зеркалом, проклиная Альбину.
- Криворукая... Сама всю жизнь на голове с таким ужасом ходила бы... Да чтоб сгорел весь ваш салон... - бормотала про себя женщина. Она пренебрежительно кинула на стол купюру в тысячу рублей и ушла. Альбина знала, что она будет делать...
Вечером, вернувшись с работы, Альбина перерыла все свои шкафчики и нашла металлическую шкатулку. Она достала куски угля с камина и нарисовала черный крест на крышке. Внутрь Альбина поместила вырванные волосы, похоронила все это на заднем дворе. Легко и просто. И теперь ту жабу будут преследовать неудачи и болезни. Девушка вытерла рукавом пот со лба и пошла заносить в дом грязную лопату. Из окна на нее смотрела мать.
- Альбин, ты чего это там делала? - недоверчиво спросила мама.
- Не могу объяснить, скажу лишь одно - я похоронила зло! И если его откопать - оно проснется и будет преследовать того, кто его пробудит! Я спать. - оттараторила Альба и унеслась в свою комнату.
- Хмм... Чего же она там захоронила? - с улыбкой сказала мама, глядя на Ксюшу.

Эта история произошла с 8-ми летней девочкой Сабриной. Она была очень общительна и любила заводить новых друзей. И она никак не ожидала что такое когда-нибудь случится в её жизни. А приключилось с ней вот что...

Однажды вечером, как обычно возвращаясь с мамой с прогулки, она заметила у себя в комнате что-то странное, это была то ли ваза, то ли какая-то фигурка. Она напоминала Сабрине змею. Она много повидала змей, так как летом они с бабушкой уезжали на дачу. А там ей их ого-го сколько приходилось видеть. Сабрина тихонько дотронулась до статуи, медный силуэт был холодным и отдалённым от жизни... Какой-то иной... Не похожий на все обычные статуи, вазы и т.д. Но Сабрине эта "Змея" чем-то приглянулась. И она поспешила показать её маме. Мама была удивлена странному предмету, возникшему в комнате дочери. Но она лишь улыбнулась, подумав что эту статую занесла в подарок бабушка или тётя Люда (консьержка, которая очень заботилась о Сабрине). И Сабрина счастливая пошла ознокамливаться с новым предметом.

Сабрина уселась поудобней на табуреточку и начала рассматривать странный предмет. Она заметила маленькую дырочку размером с её палец. Так как девочка была очень любопытна, она без страха засунула палец прямо в дырку и тут же громко завизжала что-то сильно укололо её палец. На крики прибежала мама. Девочка выронила из рук статую и заревела. Из пальца текла кровь. Она всхлипывая рассказала обо всём маме. Но та ничего не поняла. В конце концов мама разозлилась: "Что ты мне тут истерику устроила?! Хватит реветь, иди ложись спать! Не размазывай сопли!" Девочка заревела ещё сильнее. Когда мама вышла из комнаты и выключила свет, у Сабрины мурашки побежали по коже. Она была в ужасе. Хоть она сама не до конца понимала что происходит. Она тихонько включила настольную лампу и легла в постель.

1 июня, 11:24
Джесси проснулась и сразу же вспомнила, что сегодня не нужно в школу. Сегодня первое июня! Отдых ждёт её! Три месяца свободы! Она подскочила и подбежала к окну. Солнце светило в её голубые глаза. Она улыбнулась. "Как же всё-таки я устала!" - подумала она и направилась на кухню, там она поставила чайник, затем вернулась в свою комнату и переоделась. Переодевшись, она пошла, почистила зубы, потом сделала несколько бутербродов. Чайник к тому времени уже вскипел и она села завтракать.
Только сейчас она заметила, что дома родителей нет. "Но, ведь у них отдых всё лето! Куда они делись так рано?" - подумала про себя она. Но вот ей на глаза попалась записка на холодильнике. Она, к сожалению, не могла разглядеть что там написано. Джесси подошла к холодильнику, нервно жуя бутерброд и взяла записку.
"Джесс, сегодня утром (а точнее в 6 утра!) нам позвонил начальник и сказал чтобы мы срочно отправлялись в долгую командировку... На всё лето... Прости нас, но работа всё таки... Деньги лежат на карточке. Там четыреста тысяч. Как снимать деньги ты знаешь. Мы будем тебе звонить. Не огорчайся. Мы любим тебя".

Джесс расстроилась, ещё вчера перед сном она мечтала, как проведёт первый день лета с родителями, а тут командировка..." Что ж, ничего уже не изменишь. А вот прибраться дома не мешало бы" - подумала она, прекрасно понимая что даже уборка не отвлечёт её от этих мыслей, но как никак убираться всё равно надо было.
Она взяла тряпку и начала вытирать пыль на кухне. Сначала она вытерла шкаф для посуды, затем стол, раковину, подоконник. Затем она почистила газовую плиту. Тут ей на глаза попалась гора посуды. "Уехали, даже посуду не помыли!" - сердито подумала про себя Джесс.