Страшилка

Сейчас я сижу в углу в холодном поту и молюсь. Хоть я и не верила в Бога. Но сейчас это единственное что мне остается. Сейчас это НЕЧТО рыскает по дому и ищет меня, вынюхивает. Я не сомневаюсь что рано или поздно он найдет меня. Сейчас ты задаешь себе все возможные вопрос. Что случилось со мной? Кто я? Сейчас все расскажу.

Я известная воровка в городе и на меня объявили розыск. Но это мне нипочем. Того дня серые тучи закрыли ярко-голубое небо и солнце, которое своими лучами резало глаза утром. В тот день я готовилась к очередной краже. Моя цель - дом мадам Бордос, которая жила недалеко от моей заброшенной фабрики. Я протирала свою коллекцию ножей, которую я купила, будучи воровкой. С раннего детства я занималась воровством маленьких вещей. Но я что-то отклонилась от темы.

Протерла я ножи, а самый большой, мой любимый я положила в сумку. Затем положила туда спецключи и шпильку. Затем, дождавшись ночи, я двинулась в путь. Я, как положено злодею, пугалась от каждого шороха и пряталась за каждым кустом/деревом/машиной. Затем я добралась к мадам Бордос. Ходили слухи, что она очень старая, богатая вдова. То что она старая, я убедилась собственными глазами. А то, что она богатая, мы сейчас проверим. И прихватим с собой "несколько" вещей. Я достала шпильку и спецключи и принялась открывать дверь. Наконец я справилась с дверью и я зашла внутрь.

От удивления и восхищения мое сердце чуть не остановилась. Все стены были покрыты дорогими серебряно-белыми обоями с орнаментом. В почти на каждом шагу можно встретить дорогие картины. Даже наткнулась на собр самой мадам Бордос. Он был сделанный из золота. У меня чуть челюсть не отвалилась. Я с открытым ртом ходила-бродила по дому. Затем, мое внимание привлекло огромный сундук, который нужно открыть с помощью ключа. Он выглядел очень старым, был среднего размера. Он был как обычный сундук из фильма про пиратов - из дерева и железа. Я принялась взламывать замок. Вставила шпильку, ключи... Повернула...

Я щелкнул выключателем, лампочка, секунду помедлив, тускло загорелась, создавая причудливый полумрак. Комната была аккуратная и старая, в шкафах, как мумии в саркофагах, стояли книги, погребенные под толстым слоем пыли, а кресла были заботливо укутаны паутиной. Пока в грязное окно за мной скромно подглядывала полная луна, иногда опасливо прячась за облаками, я искал свиток. Все, что я о нем знал, ограничивалось только одним словом - свиток. Что за свиток, как он выглядит и что в нем - я не знал. Хотя за это мне и платят: максимум дела при минимуме информации. Обычно мне приходилось добывать книги, иногда - рукописи, но свиток... это что-то новое. По собранным мной данным, квартира пустовала несколько лет, ее обитатель, обычный мужчина тридцати восьми лет пропал без вести, но счета продолжали оплачиваться. Двигаться я старался крайне аккуратно, так как боялся разрушить пугающую и, в тоже время, интригующую атмосферу квартиры. Одна комната, кухня и туалет - немного места, чтобы спрятать какой-то свиток, поэтому начать я решил именно с комнаты.

Я лучший в своем деле, потому что я чувствую книги. Они меня зовут, манят, они говорят со мной, как бы глупо это не звучало. Эта своего рода аура позволяет мне найти искомое, так было и сейчас, причем свиток со мной не просто говорил, он кричал. Тем не менее, искать свиток оказалось сложнее, чем я думал: Это было похоже на игру "горячо-холодно", только вместо "горячо" было нарастающее чувство тревоги, которое и мешало мне.

Я шел вдоль шкафа, чувствуя, насколько быстрее начинает колотиться мое сердце, я обливался потом, но продолжал медленно и аккуратно идти по хрустящему старому ковру, вопреки желанию бросить все и просто пуститься в бегство. Наконец, я сделал еще шаг и пульс едва заметно замедлился, но этого "едва" мне хватило, что бы я кое-что понял: я сделал лишний шаг. Слегка отступив назад, я снова почувствовал изменение пульса. Он ускорился. Решив начать с нижних полок, я присел перед нижним этажом шкафа, но мне стало легче. Конечно, сердце не пришло в норму, но на этот раз биться оно стало заметно медленнее. Так я понял, что свиток наверху.

Галина не спеша шла по залитому солнцем парку, наслаждаясь долгожданным весенним теплом. До конца обеденного перерыва оставалось еще двадцать минут, так что можно было особо не торопиться. Женщина умиленно разглядывала мамаш с колясками, осадивших скамейки и оживленно болтающих друг с другом.
Галина любила детей, но к сожалению, она была стерильна. Когда она узнала о страшном диагнозе - бесплодие, ей казалось, что мир рухнул. Но со временем, боль и обида отступили и Галина смирилась с мыслью, что у нее никогда не будет ребенка. Теперь, всю нерастраченную материнскую любовь, она дарила двум своим племянникам. В минуты, когда она брала их на руки или когда читала им книжки, она вновь чувствовала себя полноценной женщиной.
Галина работала обычным офисным клерком и пожалуй, жизнь ее была до безобразия скучна и однообразна. У нее не было лучших подруг, не было постоянного мужчины, да честно признаться и не постоянного тоже. Она была типичной старой девой, с избыточным весом и маниакальной любовью к детям. По вечерам, обув ноги в мягкие, заношенные тапочки, она садилась перед телевизором, включала свой любимый сериал и с аппетитом поедала целую гору бутербродов. Иногда, когда у нее было хорошее настроение, Галина садилась вязать. Вязала она непременно детские вещи для обожаемых племянников: шапочки, шарфики, носочки, свитера. В общем, Галина была человеком, без определенной цели в жизни. День за днем, она как заведенный механизм, повторяла путь от дома до работы, с работы домой на обед, из дома с обеда на работу и, наконец, с работы домой.

Неожиданно, внимание женщины привлекла девчушка, лет семи.
Ребенок сидел на лавочки и закрыв лицо руками горько плакал.
Галина поспешила к девочке.

Кристина Белоногова рассеянно вертела в руках пригласительный. Ее одолевали сомнения - стоит ли идти? Она не видела своих одноклассников уже почти десять лет и в принципе, не сильно расстроилась, если бы не видела их еще столько же. С другой стороны, в ней постепенно просыпалось любопытство. Она хорошо помнила свой класс, своих учителей, свою старую, ветхую школу - интересно, как они изменились за это время?

От нахлынувших воспоминаний, ее отвлек телефонный звонок.
Кристина посмотрела на имя, высветившееся на дисплее:
- Таня... вовремя однако... - задумчиво произнесла девушка, поднося телефон к уху.
Из трубки послышался жизнерадостный голос подруги.
Таня была единственной ее одноклассницей, с кем она не потеряла связь.
- Привет, Крис! Ты уже получила пригласительный?
- Да. Сегодня утром.
- Здорово, правда? Увидим ребят!
- Боюсь они давно уже не ребята. - Кристина улыбнулась, Таня как всегда была полна энтузиазма. - Ты хочешь пойти?
- Еще бы! Это же классно! Я практически никого не видела с нашего выпускного! Только не говори, что ты не пойдешь!
- Я еще не решила. - Хотя Кристина уже чувствовала, что от Тани она просто так не отделается. - Кстати, кому вообще пришла в голову идея, собрать нас снова, через такое количество лет?
- Если честно, то я понятия не имею. - Голос в трубке был явно разочарованный. Таня привыкла всегда быть в курсе дел. Не зря, еще в школе, она умудрялась быть не только старостой в классе, но и посещать сразу несколько кружков подряд. - Зато я пробила адрес, указанный в пригласительном!
- Правда? И что же это? Какая -нибудь столовая?
- Круче! - Таня выдержала театральную паузу и продолжила с придыханием. - Это бывшее здание танцевальной школы! Круто, да?
- Странно... - Крис нахмурилась. Она всегда хмурилась, если что-то казалось ей странным. - И все-таки кому понадобилось собирать нас через столько лет?

Семен, вернувшись домой, как обычно уселся перед телеком. Весь вечер мужика прошел за поеданием полуфабрикатов под сериал "Бандитский Петербург". В темной комнате Сема наспех нашел подушку, открыл окно и улегся на теплую кровать. Страх пришел не сразу. Лунный свет начал пробивать тьму в спальне. Вскоре, Семен замер. Сердце билось пулемётом, а мужик, лежал прислушиваясь к тишине. Сема слышал не шаги, кто-то скорее двигался на цыпочках, дабы не пробудить хозяина квартиры. Мужик, будучи махровым гуманитарием, не придумал ничего рациональней, чем использовать старый армейский прием. Вот, еще чуть-чуть. Теперь, по расчету Семена, пришелец находился в метре от спальни. Мужик включил свет и стал топать ногами на месте. Помаршировав где-то минуту, Семен решил, пора выступать. Спустя пару секунд, мужик уже включил свет по всей квартире. Не найдя никакого чудища, бдениям пришел конец. Семен практически уснул в гостиной, когда услышал шуршание кровати у себя в комнате, в этот момент свет по всей квартире выключился, что заметно добавило страху. И теперь, подходя на цыпочках к своей спальне, мужик понял, теперь он - незваный гость. В комнате Семена, начался топот.

Мужчина спрятался в кладовке, когда пришелец начал метаться по квартире и включать повсюду свет. Теперь Семен, ведомый чем-то свыше, отправился в спальню. И снова, история повторилась вновь. Мужчина сидит в кладовке, уже второй раз. Сейчас он снова пойдет в спальню, но на этот раз, с мотивацией защитить себя и свой дом.

Мужик собрался с силами, он сидит и ждет. Ждет когда "нечто" на цыпочках подойдет к его комнате.

Часть 1. "Девушка ждёт письма".

Давно- давно в одном селе жила красивая девушка Марина лет 15. Голубые глаза, чистые- чистые, румяные розовые щёчки, длинные золотистые косички чуть ниже пояса, шикарная улыбка и "осиная" талия - всё это сводило парней с ума. Многие бегали за ней с открытками и цветами, думая что девушка их примет. Но не нужно было ей подарков и других красивый мальчиков. Ждала она одного - Алексея, друга с детства и любимого. Ждала с армии. Год ждала. Исполнилось ей 16, а Лёшке 17.700 писем накопила и хранила их в небольшом бабушкином сундучке. А фотографии из конвертов в рамку вставляла и по всему дому развешивала. Бывало, заскучает, затоскует по жениху своему, открывает сундучок и весь день письма, лучше всяких мелодрам для неё это было. Да вот наступил тот день, когда любимый должен был приехать, письма ждала. Просидела у окна, проскучала весь день, пол ночи не спала.

Часть 2. "Почта".

Так и неделя, и вторая... Забоялась Маринка, не найдёт ли он себе другую, ни случилось ли там чего страшного, утром вскочила с кровати, привела себя в порядок и помчалась ветром на почту. Там работала тётя Люда, соседка её через дорогу. И вот заходит...

Что-то сжималось внутри меня, мурашки бегали по всему телу, сердце бешено стучало разрывая мою грудную клетку, дыхание сбилось и было невыносимо больно бежать дальше. Тоннель не заканчивался.
"Как так? Почему я должна бежать? Разве не логично будет сейчас развернуться и пойти обратно? Страшно. Я успею его догнать. Я должна! Мне страшно! Старый!" - кричал мой внутренний голос. Ноги несли меня все дальше в темноту и становилось понятно что я возможно не вернусь к родителям, в любимому мужу, к своей хаски. Отчаянье меня поглощало не жалея своих сил. Оно окутало меня почти полностью, когда я наконец увидела вдалеке крошечный огонек.
- Старый! Дурак стой! Подожди меня! - неожиданно громко я крикнула, чему сама удивилась, ведь до этого я могла только хрипеть от бега.
Огонек метнулся ко мне. Чем ближе он становился тем спокойней становилось. В мои ноги ударили клубы странного дыма. Я остановилась рядом с щитом "Осторожно, напряжение". Напрягаться тут было нечему, разворовали все давно, так что можно теперь посчитать что напрягалась только я сейчас. Дым в ногах стал обволакивать мои берцы и вот уже он по щиколотку, а маленький огонек достиг размера бейсбольного мяча и все еще приближался. И только тут я поняла что я не слышу шагов. Совсем. Стояла глубокая тишина, разве лишь только кое-где были тихие покапывания воды со старых канализационных труб. Так что же приближалось ко мне? Думаете у страха есть предел? Хрен бы там! Второе дыхание открылось через долю секунды и я дала деру. А так как я решила во что бы то ни стало догнать Старого, то естественно побежала на свет. Уши начали заполняться шумом. Казалось что я бегу навстречу поезду. Гул стоял невыносимый, да такой что хотелось согнуться пополам. Становилось все холодней с каждым метром, туман стал гуще, в глазах пелена от бега, дышать тяжело. Я споткнулась и упала не добежав десяти метров до огонька. Растянувшись по тоннелю я зажмурилась и ждала своей участи. Прошла минута, а я все еще была в стоянии нестояния. Да и не хотелось мне подниматься! Ну и пусть эта вещь меня сожрет, разорвет, все что угодно лишь бы это прекратилось. В голове стало сразу спокойно и я упала во мрак. Последнее что я слышала и чувствовала, это как из носа хлынула кровь, а вокруг меня собирались тихие голоса.
- Я спасу тебя... - кто-то шепнул мне на ухо.
Чувства растворились к клубах серого дыма и темнота.

9 лет назад.

Маленькая зеленоглазая рыжая девочка, укрывшись пледом, лежала в кровати. Хотя и не скажешь, что она маленькая, ведь ей уже 7 лет. Ей не удавалось заснуть, поэтому малышка, выйдя из комнаты, побежала маленькими ножками по коридору в комнату бабушки. Бабуля ещё не спала, она читала, а рядом с ней мирно дремал котёнок, Пушок. Несколько дней назад бабушка нашла его возле дома. Ему сильно досталось от собаки, кажется, ему ещё и года нет. Но бабушка сделала невозможное и котёнок выжил. И вот теперь это создание смотрело на девочку такими же зелёными глазами. Бабушка, увидав внучку, с милой улыбкой на лице оторвалась от чтения:
- Кэтрин, дорогая, почему ты не спишь? Уже поздно.
- Мне не спится, не могу заснуть. Расскажи мне сказку.
- Хорошо, милая, но это не совсем сказка. Слушай внимательно.

Кэти устроилась возле бабушки в кровати, немного потеснив Пушка. Котёнок, недовольно мурлыча, всё-таки подвинулся и взобрался девчушке на колени, наслаждаясь поглаживаниями.
- Я расскажу тебе одну историю. Ты же видела в нашем городе сад, огороженный забором, а на калитке висит замок. Эти вишнёвый сад. Когда я была молодой девушкой, мне рассказали, что в этот самый сад может войти каждый, но не все выходят оттуда. Тогда мне было где-то 19 лет. И однажды я всё же решилась войти туда...

Было хмурое ноябрьское утро. Иван вышел с подъезда. Он стал распутывать наушники, которые будто бы каждый раз завязывали причудливыми узлами человечки, обитающие в его кармане. Увлеченный манипуляцией со шнуром Иван не заметил лужу, в которую угодил одной ногой, сходя с бордюра. Выругавшись про себя, а может быть и вслух, но негромко, парень снова встал на бордюр. Промокший носок доставлял небольшой дискомфорт. Иван поднял голову вверх, как часто бывает, если ты раздражён.
На крыше дома сидел человек, свесив ноги вниз. Одет он было во всё черное.
- Что вы там делаете? - Крикнул Иван.
Ответа не последовало.
- Эй! Вы меня слышите?
И снова тишина. Мужчина не обращал никакого внимания на крики парня.
Мимо прошла девушка в красном плаще, бросив недоумевающий взгляд на Ивана.
Парень, раздраженный происходящими событиями, перевел взгляд с мужчины на часы. Он уже и так опаздывал на работу, а если ещё потеряет время, то опоздает по полной. Начальник, который и так его недолюбливает, не упустит возможности выразить эту нелюбовь в форме вербальной взбучки, которая непременно отразится на заработке.
Иван постоял ещё пол минуту, а потом, прокляв этот день, повернул к подъезду.

Вооружившись фонариком, который очень слабо светил, я двинулся в темноту, навстречу судьбе. Желтое мутное пятно осветило мне стену, на которой висели фотогргафии и что-то вроде театральных масок. Моля всех всемогущих, чтобы свет от фонаря не пропал, я двинулся по коридору. В конце его я увидел зеркало и, признаться, немного испугался отражения себя и фонаря в нем. Если бы сейчас дома были родители, они бы проснулись и наругали меня за то, что я так поздно не сплю - и страх бы вытеснила злоба, я бы пошел спать и все бы забылось. Как жаль, но я не знаю где мои мама и папа. Я в доме один.
Или нет, я не один? Ахах, ну да, я же это и выясняю сейчас.
Фонарик потух.
Внутри все оборвалось. Я как бы остался без защиты, без мутно-желтой пленки-щита. Глаза мои были выпучены, хоть мне не хотелось смотреть и видеть, они таращились в темноту, беспомощно ища спасения. Нутро затряслось так, что захотелось в туалет, чтобы выблевать содержимое ужина.
Но со мной ничего не случилось. Никто меня не трогал, не цеплялся за ноги, не толкал, не таскал за волосы, не грыз пальцы на руках. Мое тело осталось нетронутым. Трясущимися руками я похлопал по фонарю, пытаясь привести его в чувства. О, а вот и свет! Осмотревшись я удивился, как еще не оставил лужу на линолеуме. Двигаться дальше не было никакого желания, но вот на кухне что-то снова брякнуло и засвистело на подобии "Ух, ну нифига себе!". Проглотив последнее мужество, маленькими шажочками, я направился в сторону кухни.
Моя трясущаяся рука уже тянулась к двери. Я тяжело дышал, я чувствовал холодный пот на спине и от этого всего вокруг непроисходящего было очень страшно. Не знаю почему, но с Геркулесовской силой я резко открыл дверь и осветил помещение фонариком. Никого там не было, все кухонные приборы были на своих местах, поблескивая от света. Я начал немного успокаиваться, внутри стало очень легко и сразу захотелось спать. Облегченно вздохнув, я уже развернулся, но вдруг услышал смех. Не детский, как в ужастиках, нет. Он был довольно взрослый и что самое странное, смех был приятельский. Будто я рассказал другу шутку и он одобрительно посмеялся над ней. Застыв на месте от ужаса, я боялся даже повернуться. И тут я почувствовал падение. В ушах зазвенело, голова потеряла рассудок. Последнее, что я помню, были слова "Вы слышали?". Я упал в обморок.