Страшилка

Мне повстречался дьяволенок,
Худой и щуплый — как комар.
Он телом был совсем ребенок,
Лицом же дик: остер и стар.

Шел дождь... Дрожит, темнеет тело,
Намокла всклоченная шерсть...
И я подумал: эко дело!
Ведь тоже мерзнет. Тоже персть.

Твердят: любовь, любовь! Не знаю.
Не слышно что-то. Не видал.
Вот жалость... Жалость понимаю.
И дьяволенка я поймал.

С хрустом ломает суставы,
От боли срываюсь на визг,
Игнорируя все уставы,
Он надо мной навис.

И игнорируя крики,
Плач, всхлипы или мольбы
Он выворачивал руки,
Обращаясь ко мне на Вы:

"Я когда Вас увидел,
Знал, что Вы лишь моя.
Я хотел видеть Ваши муки -
И следил с самого сентября.

Нет силы в старческих ногах,
Колхозный сад большой!
С тяжёлым вздохом на губах
Кузмич спешил домой.

Зачем ему идти домой?
Его никто не ждёт!
Живёт в саду он день - деньской
И ночи напролёт.

Колхозный сад он сторожил
Уже порядком лет
Его он всей душой любил
Ведь ближе сада нет!

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа
Вчера я сидел у окна, выставив ухо
Земля говорила дереву: произростай
Дерево медленно росло — но всё же заметно глазу
То голым стояло, то прятало ствол в зелёную вазу
На солнце читая значёк своей радости
Планеты порой шевелились меж звёздами
А дерево гнулось, махая птичьями гнёздами
Семь радуг над деревом возносилось
Я видел доски ангельских глаз
Они глядели сверху на нас
Читая годов добрые числа

Ветер развевал мои волосы;
И взлетные полосы;
Притянули мой взор
Услышала я разговор
Шум стихий;
Сигналы бедствий
И как хорошо, когда без последствий
Но если бы все было так просто
Не прыгал с моста бы подросток
На каждом шагу не дрались бы ребята
Пуля, не брала бы солдата
Дождались бы ответа от лётчика
Что всё хорошо, посадка закончена;

Январский холод стужей злится
Метель над елями кружит
Царь мух сквозь снег со свитой мчится
В ночь за невестою спешит

На нем кафтан, как саван вьется
Расшитый черной бахромой
Взмахнет рукой и обернется
Крылатой тройкой вороной

Копыта скачут легче ветра
Клубится пар от жеребцов
Звучит раскат в замерзших ветках
Нетерпеливых бубенцов

Солнечным днем, на пустынной дороге
Я повстречал колдуна как-то раз
Если быть точным - запнулся о ноги
Старца, что лег тут в полуденный час
Может быть, вы и видали когда-то
Чтобы под солнышком грелся юнец
Но не волшебник, седой, бородатый
Вывод был прост - предо мною мертвец
Пальцы уже побелевшей ладони
Крепко сжимали бумаги листок
Свиток волшебный, что создали тролли
Имя заклятья того Горклин Глок
С детства сверх мер любопытным я не был

В голодной глуши бескрайнего леса,
Таящего много недобрых картин,
Слышен был вой ужасного беса
И сотен подвластных желудку скотин:

Кто же виновник всех наших бед?
Почему же нет в печке огня?
Снова запаздывает наш обед,
А без него не прожить нам и дня. -

Покинули звери давно это место,
А люди обходят его стороной,
Скоро им тоже станет здесь тесно,
Пора ему встать огромной стеной.

День догорел на сфере той земли,
Где я искал путей и дней короче.
Там сумерки лиловые легли.
Меня там нет. Тропой подземной ночи
Схожу, скользя, уступом скользких скал.
Знакомый Ад глядит в пустые очи.
Я на земле был брошен в яркий бал,
И в диком танце масок и обличий
Забыл любовь и дружбу потерял.
Где спутник мой? - О, где ты, Беатриче? -
Иду один, утратив правый путь,
В кругах подземных, как велит обычай,
Средь ужасов и мраков потонуть.

***2
Знаешь... я ведь не эмпат.
Сломав тебе колено
И бедренную кость,
Я был безумно рад.
Прости... Сухая злость.
А ты визжишь нелепо,
И извиваешься, как свин.
Хотя... Это довольно смело.

***1
Мой палец откусив,
Ты попыталась убежать.
Но вот откуда тебе знать,
Что боль - словно наркотик