Страшилка

В овальном зеркале твой вижу бледный лик.
С висков опущены каштановые кудри,
Они как будто в золотистой пудре.
И на плече чернеет кровь гвоздик.

Искривлены уста усмешкой тонкой,
Как гибкий лук, изогнут алый рот;
Глаза опущены. К твоей красе идет
И голос медленный, таинственно-незвонкий,

И набожность кощунственных речей,
И едкость дерзкая колючего упрека,
И все возможности соблазна и порока,
И все сияния мистических свечей.

Я - путешественник простой.
Приехал в затхлую деревню
И попросился на постой,
Зайдя в ближайшую харчевню.

Корчмарь недобро озирнулся,
Затем промолвил: "Комнат нет",
Но тут же мигом улыбнулся,
Когда услышал звон монет.

К: "Ты извини меня, парнишка,
Сегодня просто сам не свой.
Сейчас найдём тебе домишко,
Уж погоди часок-другой".

Радиостанция...
Столько лет...
В моей голове...
Шумит:
"Спасения нет",
"Надежды нет".
И это ответ,
Но где же вопрос?

Страх...
Белый шум...
Ужас и отражения волн...
"Капля"
"Дятел"
"Дуга"
Сигналы молчат,
А мысли кричат.

"Я знал, что не останусь "пьяным".
Я знал, что больше не умру.
Все тайное однажды станет явным
И мир раскроет мне мою судьбу".

Средь полок и витрин забытых
Вдыхает пыль история моя.
Я там один. Среди врагов убитых.
И нет того, кто здесь убьет меня.

"Конечное, да повториться циклом"
Бумажный пленник - истинный герой.
Мое сражение покажется лишь мигом:
Кому то дом, но многим раны гной.

Ночью ужас беспричинный
В непонятной тьме разбудит;
Ночью ужас беспричинный
Кровь палящую остудит;
Ночью ужас беспричинный
Озирать углы принудит;
Ночью ужас беспричинный
Неподвижным быть присудит.

Тик-так, часики тикают.
Медленно-медленно будешь убит.
Тик-так, часики тикают.
Скажи мне, а это вот сильно болит?

Тик-так, часики тикают.
Вырежем глазки и вспорем живот.
Тик-так, часики тикают.
Снимем мы скальп, отключим кислород...

Тик-так, часики тикают.
Кукла смеётся, и мы вместе с ней.
Тик-так, часики тикают.
Что ж, поиграем ещё один день.

Грядет война. Сойдутся в битве короли –
Беда минует мимолетной тенью,
Если Кентавр не поддастся искушенью,
Найдя земли спасение в разрушенной любви.

Давным-давно, в те времена чудные –
В долине майской, средь великих гор,
Листвою шелестел дремучий бор,
Журчали мирно реки голубые.

Бор очаровывал спасительной прохладой.
В кристально-чистых капельках росы,
Гуляла девушка невиданной красы,
Средь ароматных гроздей винограда.

Летит, кружась и падая на землю,
Пушистый бархатисто-белый снег.
Не руша тишины, погост ведь дремлет,
Приняв окончивших им отведенный век.

Заботливо усопших укрывая,
Тихонько шепчет матушка-Зима...
Пусть тихо спят. Хранят снежинок стаи
От холода их вечные дома...

Пролито горьких слёз людьми немало,
Ужасным бедам символы - кресты,
Жизнь многих схоронила, поломала -
Под гнётом каждодневной суеты...

Звёздная ночь. Тихо падает снег,
На земле он узоры рисует,
Тёмной точкой ползёт по нему человек,
Провалиться в сугробы рискует...

Дикий холод, как будто прилипший к костям,
Не щадит никого страшный север,
Смерть и голод несёт он забредшим гостям,
Он безжалостен в праведном гневе!

Экспедиция, вторгшись в владенья его,
Что-то пристально, рьяно искала,
Все под коркой лежат, трупы их замело,
Лишь девчонка судьбы избежала...

Мое имя звучит,
Но я не иду..
Зря накрыли на стол
Для меня еду.
Голос слышен другим,
Но не слышен мне
Я сижу у огня -
В полной тишине.