Страшилка

В одной из стран, где нет ни дня, ни ночи,
Где ночь и день смешались навсегда,
Где миг длинней, но век существ короче.
Там небо — как вечерняя вода,
Безжизненно, воздушно, безучастно,
В стране, где спят немые города.
Там все в своих отдельностях согласно,
Глухие башни дремлют в вышине,
И тени — люди движутся безгласно.
Там все живут и чувствуют во сне,
Стоят, сидят с закрытыми глазами,
Проходят в беспредельной тишине.

Улыбнувшись вслед
Уходящей даме,
Улыбнулся дед
В пёстренькой панаме.

Взяв с собою хлеб,
Положив в корзину,
Дама бежит в степь
Прочь из магазина.

Булочек витает
Сладкий аромат.
И манит теплотою
Огонь из старых хат.

У каждого своя дорога к смерти
С рождения открыты все пути
И куда б не завели нас бесы
Мы увидим взмах её косы

И нещадна жизнь порой бывает
Только смерть может нас спасти
А в умах людей страх обитает
Перед неизвестностью пути

Как много у неё сейчас работы
Развелось дебилов не считать
Другие были у неё заботы
А с ней решили дети поиграть

Что будет в сердце, в мыслях и в уме,
Когда, любя таинственно и нежно,
Вампира ты увидишь в полутьме
С глазами, полными, как океан безбрежный?

Я вижу женщину. Она бросала страсть
Глазами чудными и страшными, как пламень.
Казалось, вся земли и неба власть
Таилась в них — а сердце было камень.

Она смеялась смехом сатаны,
И этот смех отталкивал и жалил.
Глаза сверкали, радости полны,
И каждый в них хоть часть души оставил.

Демон смотрит на людей,
Изучая их как зверь
Окровавленную пищу,
Что мечется средь степей.

Он записывает в строчку,
Все грехи запрятав в бочку.
Искушает ото дня,
Если воля есть своя.

Наблюдает он за нами,
Интересны мы ему.
Ведь когда-то между нами
Он ходил на сём свету.

Колким и едким назло языкам,
Что подло про крах отношений вещали,
Любовью влекомый влачился я к Вам,
На бури, метели и град не взирая.

Ночами я тёмными строки слагал,
Крепкий наш с Вами тандем воспевая.
О Вашей красе я чудесной писал,
О Вашей красе, что мой мир озаряет.

Мне с Вами чудесной казалась сирень.
Из-за Вас я влюбился в туманный рассвет.
Теперь же Вас нет, Вы на свете другом,
И денницу ту я сейчас ненавижу.

Я, в Вас влюблённый безответно,
Страдаю пуще Прометея у скалы.
Забыть я Вас пытался, только тщетно.
Как и забыться в куче алкоголя и травы.

С другими мне девицами не спится.
Я с ними глух, я сух, я нем.
А Вы же, свет очей моих, давно уж спите.
А Вы в гробу, Вы под землёй, и нет проблем.

Я к Вам взываю еженощно,
Я у могилы Вашей ночи провожу.
Но ночью этой ночь сама меня проводит
В мертвых царство, где, свет очей моих, я Вас найду.

Спи, моя гадость, усни.
В морге погасли огни.
Трупы на полках лежат,
Мухи над ними жужжат.
Рыбки протухли в пруду,
Птички подохли в саду,
Спи, моя гадость, усни
Скоро там будешь и ты.

Спи, мой милый, спи хороший,
А не то с кровати сброшу.
Баю-баюшки-баю
Спи спокойно, мать твою.

Жил человек. Без греха. Без изъяна.
А рядом с ним тот, кто в порче порос.
Меж ними однажды смерть пробегала.
Выбирала, кто же сегодня умрет?

Ей бы послаще, посытнее душонку,
Чтоб разом насытить сущность свою.
Чтоб радостью светила она в распашонке.
Светила лазурью она на свету.

Ведь даже алмаз без огранки - пустышка.
А смерть... Она еще тот ювелир.
Лишь только заметит стекляшку в глазницах
Уходит. Без мысли с собой утащить.

Ребра наружу, суставы внутрь,
Кожу клочками, не дав уснуть.
Улица сзади, квартал пустой.
Дверь, что граничит с пустотой.

Молча руками - давно уж сгнил,
Клялся вчера, что все простил.
Печень в корзину, сердце в пакет -
Ты уже слышал мой ответ.

Старые счёты, чужие счета,
Из ржавого крана течет не вода,
Сосед и подруга, я думала, муж,
Для лучшего друга у сердца уж.