Страшилка

Я вспомнил все, что со мной было,
В деталях смерти своей день,
Я вспомнил ключ автомобиля
И крики громкие "Убей"...

При жизни я был журналистом.
Сенсационный материал
О страшной ферме оккультистов
Я перед смертью собирал.

На ферме тайная община
Живёт уже немало лет.
В воззрениях она едина,
Лавей оставил им завет.

Очнулся я в старинном склепе,
Не помня, как попал сюда,
Но почему-то верил слепо,
Что это вовсе не беда.

Раздался голос грубоватый,
Передо мной возник старик.
Он был немного жутковатый,
Имел довольно странный лик:

Камзол расстегнут, треуголка,
И до колен его штаны,
Русалка - на груди наколка,
И шрамы страшные видны.

На планете нашей грешной
Город на земле стоит.
В нем превышены рентгены,
Счетчик Гейгера пищит.

Словно мертвые глазницы,
Окна в брошенных домах.
Не поют привычно птицы,
Улицы внушают страх.

Тихо, словно на погосте,
В этом городе большом.
Не зовут друг друга в гости,
Стал зловещим каждый дом.

Ветер стонет где-то в кронах,
Ночной город мертв давно.
Есть у всех секреты в схронах,
Большинству ведь все-равно.

Люди спят в своих квартирах,
Видя уж десятый сон.
Над пустующей могилой
Баргест воет в унисон.

Преступление рождает,
Только ненависть и гнев.
Жизни смертных угрожает.
Разверзался в бездне зев.

Однажды дождливой осенней порой
В тумане вечернем и сером
Три друга сплавлялись по речке домой
Лихим алкогольным манером.

Наловлена рыба, там есть караси
И окуни, даже и щуки,
Лишь только селедки там нет иваси,
Она не попалась им в руки.

Серега нагнулся и вдруг кувырком
Свалился из старенькой лодки.
Он только что был здесь и вот за бортом,
Конечно, все это от водки.

Дитя, поникнув головой, играет слоником
У мамы с папой много дел
Отец с бумагами корпел
А мать - швея, и ей заказ
Десяток платьев сшить за раз.
Они прибудут поздно.

На няньку же червонцев нет,
И девочка в печали -
Вновь допоздна одной, но бед
Поныне не встречали.

Ничего не осталось, кроме разочарования
Кое мы знаем, разных людей
После себя они оставляют страданья
От которых мы убегаем быстрей

В суете дней порочных
Однотипных и серых руин
Мы забыли, как можно точно
Оболгать тех, кого в своих бедах виним

Но чужое мнение не рассудит
Как и причитание людских глаз
Что суждено, то и будет
Даже если огонёк в душе этой погас

Когда меня не станет
Ветер пронесёт зелёной листвой
Глаза застынут в печали
И солнцем уходящим никто не скажет "Постой"

Глаза полные грусти некогда застыли в печали
Но опустели на этом судне
Когда нас с тобою не станет
Только одинаковы каждые будни

Когда нас не станет всем будет глубоко всё равно
Что творится у тебя на душе никого не волнует и не волновало никогда
В уголках твоей души было когда-то темно
Но пусты и неискренни близких слова

Мы друг друга не слышим
Слёзы каплями дождя по крышам
Загорались, как вспышки
Буквально принимали всё слишком

Натянуты
До предела все нервы
Неоправданы
Снова за гранью остаюсь истеричною стервой

Между нами вновь одни противоречия
Мы совершаем поступками что-то очень глупое
Но ложь между нами лишь безупречная
Нашими чувствами разрушается нечто хрупкое

Я видела небо Лондона
С просторов небесных крыш
Только душою моей будет скомкана
Именем ветров услышь

Вдали красным полусветом
Каплями дождя возле потрёпанных афиш
Оставишь снова без ответа
Те чувства, которыми молчишь

За дождливым окном так однобоко
Ночь которую у подоконника сидишь
Человеку, которому так же одиноко
Смотришь напротив и молчишь