Страшилка

Старинный дом,
На нём чердак,
На чердаке
Сгустился мрак.
А в гуще мрака
Тьма таится.
Из Тьмы на свет
Глядят глазницы.
В глуби глазниц
Горит искра.
Из Тьмы на свет
Глядят глаза.
Глядят и ждут
Лишь одного,
Когда вокруг
Станет темно.

Скитаясь одинокой, хищной тенью
Под песню грустную, полночного дождя
Я понимала то, что прежней
Уже не буду больше никогда.
Разрушит лишь рассвет мое заклятие,
Во мраке ночи находиться навсегда.

Я снова вспомнила тот вечер,
Когда в софитах клубных ламп,
Я танцевала и не думала о встрече,
Что превратила жизнь мою в бедлам.

Когда покинув шумные застенки
Со сцены, где казалось, нисходила тьма,
Средь фонарей на улице мерцавших,
Среди теней - я встретила тебя.

Лежим с тобою мы в кровати,
Закончив весь трах-тарарах,
Вдруг из угла зелёный дядя
Подходит с головой в руках.

Ты к выключателю - не светит
Зажечь испорченную бра,
А тот напильником бередит
Железный угол топора...

Срываешь ты с меня простынку
Одним движением руки,
А там лежит скелет в косынке,
На нём резвятся пауки.

Безмолвен вечный упокой,
Стоял туман во тьме,
Я шёл чрез кладбище домой
В давящей тишине.

Как вдруг на пол-пути возник
Среди могильных глыб
Под балахоном бледный лик,
Весь сморщенный, как гриб.

Из белых тапок по траве
Мослы костей хрустят,
В седой косматой бороде
Опарыши кишат,

Укладывала сына спать мамаша,
Ребёнка убаюкивая вслух:
"Пускай тебе приснится Чебурашка,
Приснится Хрюша, Филя, Винни-Пух,

А завтра утром ты возьмёшь совочек,
Что в "Детском мире" куплен был тебе,
И будешь в паски насыпать песочек,
Играя с малышами во дворе..."

Но лишь была закрыта дверь на ключик,
И в детской спальне был погашен свет,
Тотчас по видаку ужасник включен,
Где всех мочил кровавый людоед,

Пролог.

На улице торосы
Дороги занесли,
Пришли компрачикосы,
Ребёнка унесли.

Не ярость и не скотство
К садизму их влечёт,
Создать шедевр уродства -
Вот главный их расчёт...

Часть 1.

В дом возвратилась несчастная мать,
Стала ребёнка повсюду искать,
Вдруг раздался телефонный звонок,
Слышится в трубке садистский смешок,
И прорычал ей охрипший фальцет:
"Сына вернём, как наступит рассвет,
Сто тысяч баксов пока собери
И положи у церковной двери.
Если не будет приказ исполнён,
Бросим ребёнка в кипящий гудрон!"

Часть 1. Нисхождение.

В обледеневших погребах,
Где эхо голосит,
Упрятан вход в таящий страх
Крамешный лабиринт,

Где бесконечно древний тлен
Укрыт могильной тьмой,
Блуждают стоны среди стен
И безутешный вой

Всех замурованных в потьмах
В бездушнейший гранит
И в блин раздавленных в углах
Сжимающихся плит,

Глухой удар по твёрдой крышке
И шебуршение песка
Верёвка с биркой на лодыжке
И погребальная тоска,

Крамешный мрак сырой могилы
Но в морге был ты ещё жив,
И вскрытие тебя убило,
Из сердца на пол кровь пролив.

Бухой патологоанатом
От мёртвого не отличил,
И, плюнув в чрево от досады,
Сгрёб части в брюхо и зашил.

Ты сгинешь в бездне мрака,
Вселенной всей нелюб,
Голодная собака
Найдёт твой бренный труп,

Где ледяные кости
Поверженных рабов
На брошенном погосте
Среди семи ветров,

Среди болотной гари,
Между прогнивших пней.
И тучи всякой твари
Сгущаются над ней.

Под городом глубоко,
В огромном подземельи
Гробы штабелями стоят,
А в них мертвецы
В жутком мраке могильном
Зубами от злости скрипят.

Хотят страшной мести
Земле и народу,
Клыками пронзая гробы,
Хотят на планете
Устроить уроды
Кошмарное царство чумы.