Страшилка

Под городом глубоко,
В огромном подземельи
Гробы штабелями стоят,
А в них мертвецы
В жутком мраке могильном
Зубами от злости скрипят.

Хотят страшной мести
Земле и народу,
Клыками пронзая гробы,
Хотят на планете
Устроить уроды
Кошмарное царство чумы.

В лесной дремучей глубине,
Где всюду рыщет зло,
Покой не знает в старом пне
Ворчливое дупло.

В нём пчёлы воют по утру,
Пронзительно жужжа,
Нетопыри в нём в вечеру
Над деревом кружат.

А в полночь ухает сова,
Глаза её горят,
Взмывает в воздух из дупла,
И всех клюёт подряд.

Бандиты там фрагменты тел
Упрятали зимой,
Снаряд фашистский залетел
Военною порой.

Однажды в полуночной тьме
Звук разбудил меня,
Как хрип покойника в мешке,
Когда его членят,

Я понял - это голос мой,
И он - это сам я,
И холод льётся гробовой,
Могильная струя.

Как уголь чёрным мертвецом
Фигура поднялась -
Кощунственнейшее лицо,
И дырки вместо глаз,

Как на рентгене голова,
Зловещий череп пуст,
И сатанинские слова
Идут из его уст...

Труп разложённый, череп костлявый,
В пасти раскрытой обломки зубов,
В тьме над кладбищем мёртвым свеченьем
Фосфор отравленный прёт из гробов.

В саване белом тумана могилы,
Тёмные тени застыли впотьмах,
Заупокойно ухает филин,
Нет ни души тут, один только прах.

Дремлют могилы, на памятных досках
Мёртвые лики бездушно глядят,
Призраком смерти светится фосфор,
И почерневшие листья летят...

Вдруг багровеет небо над лесом,
Грома раскаты в небе слышны,
Чёрные крылья над мёртвым тем местом
Призрака смерти несут с вышины.

Она - там, она - там, в кладовке,
Упакована нежно в коробке,
Со дня смерти прошло больше года,
Гроб спалили в печи уроды.
Но он любил ее и сжечь не мог, как тряпье,
И теперь, приходя, видит прежней ее

Плохо лишь - разложилась немного,
Запах гонит друзей прочь с порога,
Поцелуй на прощанье, движение губ
И остался на память лишь труп.

Ночь. Морг. В здании находится один дежурный санитар. Длинный коридор, освещённый неоновым светом, темнеет в отдалении и ведёт к двери, за которой покоятся те, кому уже не суждено проснуться. Дежурный совершает обход. Дойдя до середины коридора, он останавливается от неожиданности. В самом конце коридора, за дверью он явно различает странные звуки. Они слышны там, где никого не должно быть...

Не ведом страх при свете дня,
И не страшны под солнцем тени.
Но ночь окутала меня,
И лезут призраки сомнений.

Ловлю я жадно каждый шорох,
Стараясь даже не дышать.
Рассвет придёт совсем не скоро
И остаётся только ждать.

Неона свет, подобный яду,
И монотонный гул от ламп
На разум мой упрямо давят,
Парализуя сотней лап.

Ты двигаешься в здании пустом,
Окутанном туманом темноты
Забыт, заброшен этот старый дом
И непонятно, что в нем ищешь ты

Бредя по коридорам корпусов
Пролетами сменяешь этажи
Ты замер и дыханье затаил
Звук преисподней будто уловив

Но любопытством далее гоним
Ты движешься по комнатам пустым
Страх поселился в разуме - увы...
А тело гложет холод пустоты...

Луна той ночью задремала,
Деревня мирно отдыхала,
Лишь лёгкий дым из труб избушек
До звёзд лениво протянулся.
Но в миг один прервалась тишь -
Петух как громко закричит!

Ты что кричишь, дурная птица?
Ведь ночь ещё, чего не спится?
Ты разбудил деревню всю!
Ну и "скотина" ты, петух!

Люди с руганью во двор -
У кого петух орёт?
Ведь в сарай забраться мог
Дикий лис или хорёк.
Странно дело - вот дела,
Ведь в сараях тишина!
А петух тот, "сатана",
Бежит с криком по дворам.

Танцую я на лезвии ножа,
В груди трепещет девичья душа.
Шаг вправо - смерть, шаг влево - жуть,
Обратно мне не повернуть.

Сквозь грань миров иду я вечно,
Я знаю, путь мой бесконечен.
Но повернуть назад нельзя,
И я танцую, чуть скользя.

А за плечами сзади - Смерь,
Всё громче за спиной хохочет.
И я боюсь, наступит тот момент,
Когда Она косу свою заточит.

Взошла над кладбищем луна -
Подруга верная одна,
Что освещала вору путь
И предвещала смерть и жуть.

Грабитель свеженьких могил
Меж плит с лопатою бродил,
Ища усопших побогаче.
Чем краше памятник, тем паче.

Лопата жадно в землю впилась.
Грабитель рыть стал, будто крот.
Могила вскоре растворилась.
На глубине виднелся гроб.

Раздался скрип в ночи противный.
Грабитель крышку с гроба снял.
Пред ним мертвец смердящий, синий
Во всей "красе" своей лежал.