Страшилка

Я разлагаюсь на куски прогнившей плоти.
Пуская дым из легких - я привлекаю многих.
Удары кулаками мне прямо в сердце,
Разбитые осколки и вырванные нервы.
С вакциною иголка - введи ее мне в душу
И рану не заклеивай,
Зашей ее мне лучше.
Набей мне рот опилками и выколи глаза.
Набей мне рот тарелками,
Чтоб я их прожевал.
Разрежь меня на части и склей потом меня.
Познай со мной несчастье,
Познай со мной себя.
Вспори ножом мне горло и ребра оторви.
Налей мне в уши ртути и тело подожги.

В барском склепе, за усадьбой,
Ночью раздавались звуки.
Там скреблись, на помощь звали,
И крестились в страхе слуги.
Погребли совсем недавно,
В склепе старом том фамильном,
Слуги своего бояра -
В саркофаг его вложили.
Не проснулся как-то утром,
Не открыл глаза хозяин.
Доктора разводят руки
Пульса нет - отжил боярин.
И жена, оплакав мужа,
Попрощалась с ним навеки.
Его в саван завернули,
Погребли. Откуда ж крики?!

Ночь настанет. Свет потухнет.
Школьный сторож ляжет спать.
Ночью в школе очень жутко.
Даже днём не страшно так.

В коридорах длинных школы
Слышен топот детских ног.
Там ночами часто бродят
Души всех учеников.

В классе химии ночами
Раздаётся жуткий храп –
Менделеев отдыхает,
Ждёт таблицу он во снах.

В классе чтения – страшнее.
Там поэтов души бродят.
Всюду выстрелы, дуэли,
И летает в парте Гоголь.

В окно сквозь мутное стекло
Пробрался луч бесстрашный,
И пламя лунное стекло
В топазовую чашу.

Кинжала рукоять - как крест
В серебряном покое;
И из людей окрестных мест
Никто не знает, кто я...

Я - ведьма, ведьма, дочь Луны,
На крыльях нетопыря -
Вам посылаю сны,
Топаз - змеиные глаза,

Да чаша - лунная слеза!
Неспешно жилу отворю
Я лезвием блестящим.
Три капли крови растворю

По лесу волком, нечеловечески диким,
Девушка-оборотень воем разбудит.
Кто-то проснётся в городе тихом,
Зная, что завтра всё вряд ли забудет.

Чёрная Роза упала на снег,
Легенду поведал мне один человек...
Девушка оборотня любила, страдала.
Волк говорил, что скоро будет расправа.
"Чёрная Роза ляжет на снег,
И я останусь навсегда человек".

Девушка верила, полнолуния ждала,
В полнолуние Волка в лес провожала.
Волк не вернулся, но Роза упала.
Чёрного Волка на свете не стало.

Разбудите меня, когда закончится сентябрь,
Когда наконец начнется октябрь.
Сгинут боль, сгинет и октябрь.
А после начнется и ноябрь!

У людей проснется совесть,
Перестанут всех кромсать.
Но напишут еще одну повесть,
Где людей будут убивать!

Будет сказка и рассказ.
У людей случится смерть.
И начнем сейчас свой сказ,
Не про жизнь, про смерть, про смерть.

Под покровом жизни,
Под покровом смерти.
Не хватает людям казни.
Не хватает им и страсти...

Я не звезда упавшая с небес
Я плоть и кровь, упавшая на камни
Я то ли ангел, то ли бес
На темных закоулках Мирозданья.

Как трудно делать первые шаги
Упав с небес и облачившись в кожу
И руки к небу вознести - понять
Летать уже не можешь.

Как больно делать первые шаги
В кровь разбивая ноги по земле
Но если ангелам обламывают крылья
Они взлетают в небо на метле.

Когда умру, не буду в небе,
Не будет крыльев у меня.
За все грехи свои отвечу.
За то что предал я тебя.

Бог не простит меня за это,
Мою судьбу решит другой.
Меня отправят в преисподню,
Я стану дьяволу слугой.

А ты узнав о моей смерти,
Захочешь встретиться со мной.
Но ты невинна, не увижу
Тебя, не прикоснусь рукой.

Бездомные псы умирают спокойно,
Без шума, без крика, приняв все, как есть,
Как будто им вовсе не страшно, не больно,
На солнце блестит их потертая шерсть...

Бездомные псы умирают так тихо,
Так грустно, как будто апрельский снежок,
И в рай попадают, где служит им гидом
Какой-то нелепый собачий божок...

Бездомные псы видят сны о хорошем,
О светлом, волшебном и солнечном дне,
Где дети, усадьба, хозяева, кошки,
И голос командует: "Шарик, ко мне!"

Он видит тёмный коридор,
Откроет предо мною дверь,
Иду и слышу громкий ор
Наверно это был лишь зверь.

Пугает темнота ночей
И весь в кровище лифт
Зайди, тупица, будь смелей -
На ручке мелкий шрифт.

На лифте я спустилась вниз,
Валялся вдалеке карниз.
Из глубины доносится одно:
Убей меня, я здесь давно.

Хочу так сильно умереть в глазах багряных слив
В глаза смотри, ведь ты ненужный мусор,
Немного поразмыслив,
Решилась в руки взять топор.