Страшилка

В старые советские времена жила-была семья: отец, мать, брат и сестра. И однажды получили они по блату новую квартиру. Ночью отец проснулся и услышал, что что-то капает в туалете, и пошел проверить. Затем проснулась мать и тоже пошла в туалет, а за ней - брат.
А время было уже к утру. Сестра тоже проснулась и пошла в спальню к родителям, их там не оказалось, затем пошла в спальню к брату, его там тоже не было. Потом услышала, что что-то капает в туалете, подошла осторожно к двери и стала подсматривать в затворную щёлку.
Она увидела на занавеске страшное жёлтое пятно, из которого стал проявляться человеческий облик. Она испугалась и убежала. Но потом, никому не сказав об этом, решила проследить что там творится. На следующую ночь она легла под диван, но на этот раз ничего не произошло.
А потом прошло много лет. И всё было тихо и спокойно. Все были живы и здоровы. Девочка стала врачом и работала в детской поликлинике. У неё росла дочь, которой было семь лет. Мама отпустила погулять её в парк вместе с подругой. На стволе берёзы дочка увидела страшное жёлтое пятно и не успела закричать - тут же исчезла, с её подругой случилось то же самое. После исчезновения дочери и её подруги мать стала догадываться в чем дело и решила заявить в милицию.

– Фильм совсем не страшный! – заявила девочка с косичками, которая поедала попкорн.
– Кому как, Ангелина. – мальчик, который обнимал своего медведя, был явно напуган.
– О! Да ты, наверно, и демона побоишься призвать, как в фильме, трус? – Ангелина начала его дразнить.
– Да ты сама побоишься это сделать!
– А вот и нет. Я вообще дома каждый день это делаю. Давай у тебя в комнате вызовем. Хотя, ты же боишься.
– Давай! – мальчик смело встал с дивана, отбросив плюшевого медведя. – Я не трус...
– Хорошо, Максик, тащи свечи, бумагу и нож. – глаза Ангелины заблестели.

Через десять минут в комнате Максима дети сидели друг напротив друга. Полная луна отражалась в лезвии ножа.
– Давай свою руку. – Ангелина схватила нож со спокойным выражением лица.
– Но...
– Смотри, Максик, – девочка показала свои детские ладони, что были в многочисленных шрамах. – я делаю это постоянно. А ты не можешь один раз?
– Ладно, держи. – мальчик зажмурил глаза и протянул пухлую ладонь.

Однажды мама сказала мальчику:
- Купи приемник. Бери только белый, черный не бери.
Мальчик не послушался и купил черный.
Мама была умная и когда уходила на работу, то сказала мальчику:
- Не включай приемник.

Когда она ушла, мальчик включил приемник. Оттуда вышла черная женщина с красным длинным зубом и говорит:
- Мальчик, мальчик, принеси мне тазик.
Он принес. Она говорит:
- Мальчик, мальчик, дай мне нож.
Он дал. Она говорит:
- Мальчик, мальчик, дай мне воды.
Он дал.
Женщина выпила, стала большой-большой, раздулась, потянулась к нему руками, вонзила в него зуб, разрезала на куски, сложила в тазик.

На далекой американщине жила-была Сандра Смит. Однажды пожилая женщина из Флориды совершала шоппинг и, вернувшись к своей машине, обнаружила четырёх чернокожих парней, сидящих внутри. Она бросила свои сумки наземь и вытащила пистолет, зло прорычав: «У меня пистолет, я знаю как им пользоваться! Вон из машины!".

Четверо парней решили не дожидаться второго приглашения страшной бабки. Они выскочили из машины и побежали, как сумасшедшие. Пожилая леди, недовольно ворча, загрузила свои пакеты в багажник машины и села на место водителя. Она была так взволнована, что не смогла вставить ключ зажигания.

Она всё пыталась и пыталась, пока не обнаружила, что это не ее машина! Ее собственная тачка была припаркована через четыре или пять машин. Она загрузила свои сумки в правильную машину и поехала в полицейский участок.

«Блин!» — раздражённо выругалась девочка и кинулась вслед за мячиком. По пути она заглядывала под каждый куст в надежде найти его. Внезапно позади неё раздался голос: «Не это ищешь?». Девочка вздрогнула и тут же оглянулась. То, что она увидела, заставило её отпрянуть в сторону. «Опять он...» — подумала она, не отводя взгляда от мужчины, в руках которого был её мяч.
— Д-да... С-спасибо... — заикаясь, девочка уже потянула тоненькие ручки, чтобы схватить принадлежавшую ей вещь. Однако мужчина на вид средних лет не собирался просто так отдавать мячик. На секунду руки девочки похолодели. Кроме них в этой части двора никого не было. В голове уже были мысли просто забыть про мяч и убежать куда глаза глядят. Из этих мыслей её снова вытащил голос.
— Милая девочка, подскажи мне, пожалуйста, как пройти на Измайловскую улицу? — тепло улыбнувшись, будто разговаривая со своей дочерью, мужчина поправил галстук на рубашке. Поначалу девочка стушевалась, так как родители всегда запрещали ей разговаривать с незнакомцами, но поняв, что мужчина дружелюбен, она наконец взяла мяч в руки и робким голосом объяснила маршрут.
— Спасибо. — мягко произнёс мужчина, вновь улыбнувшись девочке, которая уже стояла спиной к нему и собиралась уходить.
Казалось бы, ещё минуту назад он был таким страшным, высоким человеком в глазах маленькой девочки. Но сейчас, после приятного диалога она, изменив своё мнение, хотела поблагодарить его в ответ за «спасённый» мяч. Сделав два шага, она хотела было обернуться, но услышала голоса, выкрикивающие её имя: «Лизка! Лиза! Ты где?». Они настырно продолжали звать её. Лизе ничего не оставалось кроме, как побежать во двор к заждавшимся подругам. Напоследок она всё же повернулась, чтобы посмотреть, ушёл ли этот мужчина. Но никого позади не было. Лиза удивилась: как он мог так быстро уйти? Учитывая, что на дорогу можно выйти только через их двор. Девочка, чуть встряхнув головой, шутя подумала: «Пф, глюк» и, быстро откинув все мысли, уже была во дворе.

В старые-престарые времена жила-была одна семья, в ней был один самый вредный на свете старикашка. Он всем говорил:
- Кто из вас наступит на одиннадцатую ступеньку на лестнице, тот непременно помрет!
А они так долго жили с ним рядом и даже не догадывались, что этот старик - самый настоящий колдун.

И вот как-то раз сыночек ихний возвращается домой из армии, смотрит: а дома совсем никого нет. Тогда он сразу понял, что все они на ту ступеньку сдуру наступили. Недолго думая, взял и тоже наступил. И так удачно пролетел между ножами, что они его почти не задели. Стоит внизу и видит: там человеческие туши висят всюду, пузыри с кровью, и негры в набедренных повязках и с опахалами мух от всего этого хозяйства отгоняют. Вылез сыночек наружу и пошел милицию вызывать.

Приехали милиционеры и тоже встали на эту ступеньку с самого краю, и пролетели рядом с ножами, и они их не задели. Перестреляли насмерть там всех негров и пошли дальше подземелье зачищать. Смотрят: старикашка там этот сидит и мясо человеческое лопает. Увидел милицию - и бежать. Те за ним.

В одной деревне жила семья: мать, отец, сын. Купили они занавески белые.
Настал вечер. Все легли спать. Вдруг белые занавески заговорили:
– Отец, отец, проснись! – Отец проснулся.
– Отец, отец, встань! – Отец встал.
– Отец, отец, надень тапочки! – Отец надел тапочки.
– Отец, отец, встань на стул! – Отец встал.
– Отец, отец, встань на подоконник! – Отец встал, и белые занавески задушили его.
Занавески заговорили снова:
– Мать, мать, проснись! – Мать проснулась.
– Мать, мать, встань! – Мать встала.
– Мать, мать, надень тапочки! – Мать надела.
– Мать, мать, встань на стул! – Она встала.
– Мать, мать, встань на подоконник! – Мать встала, и занавески задушили ее.

Было у нас в деревне двое парней — дружили шибко, вместе с пеленок, как говорится. Вместе шалили, вместе ремня родительского за проказы отгребали, вместе на дискотеках девушек тискали. Ребята выросли статными, завидными женихами — пол деревни девок за ними бегало. Вместе решили и в армию идти. Вот только вернулся из армии только один — второй погиб от непроизвольного взрыва боеприпасов вместе с танком. Притом вернувшийся очень часто за бутылкой рассказывал одну и ту же историю...

Они, еще зеленые танкисты после учебки, попали в одну часть, только в разные экипажи. За полигоном был лесок, о котором местные говорили очень много и плохо. Мол, нехорошее место, старое кладбище для некрещеных и самоубийц.

И вот начались учения. Хочешь не хочешь, а танк с его другом был отправлен в лес маскироваться. Танки стоят, ждут, пока пехотники на полигоне отучатся, чтобы потом вступить со своей задачей. Члены экипажей на траве валяются да анекдоты травят.
И вдруг выходит из леса его друг, медленно, шатаясь. Подходит ближе...
Батюшки! Глаз нет, весь в крови, изувечен.

Работаю я помощником машиниста на просторах сети железных дорог России. Работаем мы парами — собственно машинист и его верный помощник. Как-то раз мой напарник заболел, и меня отправили в рейс с другим машинистом. Познакомились перед поездкой, поболтали, ну я и спросил:
— А твой помощник где?
— Медкомиссию не прошел, руки затряслись, — ответил он мне.

Ну, затряслись и затряслись, чего в жизни не бывает. На этом тему и замяли. Поехали. Сдружились, можно сказать — тем для разговоров нашлось предостаточно: он, как и я, ходил в тренажерный зал и представлял собой мускулистого дядю. Вот и проболтали мы с ним всю дорогу в одну сторону. В конечном пункте отдохнули и поехали обратно. Поезд достался с взрывоопасными материалами, поэтому с нами поехал еще и охранник. Для перевозок опасных веществ есть удаленная от основного пути ветка, которая проходит через поля и леса. Вот туда-то нас и завернули.

Дело было поздней ночью. Едем мы, болтаем, а в рации слышны непонятные шорохи и шепот. Ну, я и взял трубку, чтобы послушать, поднести динамик поближе к уху, как вдруг машинист изменился в лице и почти криком велел положить трубку.

Был один случай у моего товарища, достоверность вышеизложенных сведений оценивать не берусь. Дело было так.

Отбыл в мир иной дедушка моего товарища. Дедушка при жизни имел обыкновение заводить ровно в 00.00 напольные часы с боем. Ну, по обычаю покойник должен переночевать дома, в морг деда забирать не стали, воспользовались услугами местных бабок (вот интересно мне, откуда они берутся-то такие, и в каждом населённом пункте), одели его, соорудили одр из табуреток и досок, да и уложили тело.

Ночь. Близкие да и вышеупомянутые бабки сидят на стульях рядом с покойным. В 00.00 раздаётся бой часов, и дедушка по обыкновению начинает протягивать руки и медленно вставать. Родственники в глубоком шоке, племянница в шоке потеряла сознание, а вот те самые бабки и говорят покойному: "Лежи-лежи, дед, ты уж помер!!". Ну и усадили усопшего.