Страшилка

Не лезь сюда! Не трогай это!
Сверкнет сквозь щели жестких век
Взор стража древнего завета,
В тебя вонзаясь, человек!

Статуи каменная стать
Покрыта вязью букв секретных
Дрожит магическая гладь
От силы древних слов заветных

Горящей ненавистью наливаясь,
Меч с красным лезвием, с узором,
Лишь глухо звякнет, вырываясь
Из тесных ножен на просторы.

Глава 1

Я ненавижу переезды. Просто ненавижу.
Меня зовут Анаша, мне двенадцать лет, и я только что переехала в дом, который выглядит так, будто он собирается меня съесть. Серьезно. Это старый викторианский особняк на окраине города Блэквуд. Облезлая серая краска, окна, похожие на пустые глазницы, и скрипучее крыльцо, которое стонало под ногами грузчиков.
— Ну разве он не прелесть? — прощебетала мама, занося коробку с посудой.
— Это склеп, мам, — буркнула я. — Настоящий склеп.
Папа только рассмеялся и потрепал меня по плечу:
— Не выдумывай, Анаша. Свежий воздух, лес рядом. Тебе понравится.
Я посмотрела на лес. Деревья стояли стеной — темные, корявые, без единого листочка, хотя был только сентябрь. Мне показалось, или между стволами что-то мелькнуло? Тень?
Я моргнула. Ничего. Наверное, показалось.

Полина, самобытный дирижёр, стояла посреди уютной кухни, где ещё витал аромат прошедшего обеда. Её руки, ловкие и привыкшие к домашним хлопотам, собирали с обеденного стола последние отголоски трапезы — пустые стаканы и тарелки, хранящие следы вкусовых наслаждений. Затем она направилась к раковине, где под струями тёплой воды, очищая кухонную утварь, мыла посуду.

Но истинное волшебство должно было начаться чуть позже, когда в её руках оказались тубы — эти изящные, миниатюрные тюбики с красками, содержащие в себе не просто кремы, а палитру вкусов и ароматов, предназначенных для украшения торта. Сегодняшний шедевр требовал не просто красоты, но и математической точности в цветовой гармонии. Задача Полины была амбициозна: украсить торт, используя пять ярких кремов — алый красный, глубокий синий, солнечный жёлтый, таинственный фиолетовый и свежий зеленый — таким образом, чтобы ни один цвет не повторялся по горизонтали, вертикали или в пределах одного ряда. Это было похоже на игру в крестики-нолики, но с оттенками вкуса, где каждая клетка должна была быть уникальной.

Он не молился – он шептал имена тех, кто сделал его таким.

Ночь висела над миром, словно прогнивший саван. Беззвездная, безлунная, лишь слабый отблеск багрового гнилья поднимался из болота Ушедших Душ. Там, где земля истекала жижей и вонью, стояла хижина, сколоченная из костей и гнилого дерева. Внутри мерцал огонь, отбрасывая пляшущие тени на стены, украшенные амулетами из человеческих волос и засушенных глаз.

В хижине сидел он – Старый Калека, чье имя давно было забыто, а память превратилась в паутину лжи и безумия. Его лицо, испещренное шрамами и язвами, напоминало карту ада. В дрожащих руках он держал чашу, сделанную из человеческого черепа, наполненную густой, черной жидкостью.

С самого начала времен, когда боги только обрели свою силу, вечное противостояние их волей и амбициями раздирало саму ткань реальности. Имматериум — бескрайняя бесформенная вселенная, где мысли и эмоции принимают зримую форму, — стал ареной для эпической схватки двух богов, чей конфликт был неизбежен. Это была не просто битва за власть, но борьба за саму природу существования. На одной стороне — Кхейн, божество войны и разрушения, полное гнева, пламенного и жестокого. На другой — Слаанеш, Бог излишеств, чувственности и соблазнов, воплощение извечной жажды удовольствий, пределов которых не существует.

Тысячелетиями пламя этой войны тлело в тени сознания существ галактики, отражаясь в нескончаемых конфликтах и амбициях их смертных слуг. Но теперь час расплаты настал. Силы обоих божеств столкнулись в финальном акте их противостояния, вершившегося среди хаоса и страданий.

Бой начался в тьме, где никто не знал, где заканчивается реальность и начинается сон. В этой безмерной пустоте, за гранью времени, ни одно существо, смертное или бессмертное, не могло выжить в вихре силы, что двигала этим конфликтом. Но эти двое не знали страха и боли, ибо были выше этого.

Эрика Хэмилтон — 19-летняя голубоглазая блондинка, первокурсница университета, наконец, дождалась каникул после изнурительной недели выпускных экзаменов. Она не хотела снова сидеть в общежитии и решила удивить свою семью. Её сестра-близняшка Алиса уже была дома и наслаждалась настоящей едой и домашним уютом. Они жили на севере штата, и девочки привыкли к довольно изнеженной жизни. Её отец Уолтер работает руководителем отдела защиты информации в крупной компании по разработке программного обеспечения. А мама Джилл — адвокат. Эрика должна была приехать домой в пятницу, но чтобы сделать сюрприз, решила поехать в четверг.  

5 часов должна занять эта поездка по межштатной автомагистрали 95 за рулём 2-летнего BMW с откидным верхом, который подарил ей папа. Она едет по шоссе с включенной музыкой. Заметив, что индикатор подачи топлива загорелся примерно через 2 часа езды, Эрика свернула на следующем съезде, предполагая, что заправочная станция будет рядом. Ей потребовалось добрых 20 минут, чтобы найти станцию, и она попросила дежурного Дилана Мёрфи заполнить её бак. Дилан — 18-летний парень. Он был чрезмерно дружелюбен с Эрикой. Из-за его флирта она немного нервничала. Девушка спросила у него дорогу обратно к автостраде, так как сигнал её GPS не работал в этой глуши.

С улыбкой на лице она помахала Дилану на прощание и направилась обратно к автостраде. Чего Эрика не знала, так это того, что Дилан подсыпал ей в бензобак вещество, что могло заглушить машину через несколько минут, а также направил её в неправильном направлении дальше от межштатной автомагистрали.

Что вершит судьбу человечества в этом мире? Некое незримое существо или закон, подобно длани господней, парящей над миром? По крайней мере, истинно то, что человек не властен даже над своей волей. Джеки Эстакадо, наёмный убийца мафии, который обладает таинственной силой под названием "Тьма", которая наделяет его сверхъестественными способностями и парой демонических рук. Он должен спасти душу мёртвой подруги Джеки, которая была поймана Тьмой в ловушку в Аду, и противостоять Братству, группе вооруженных культистов, пытающихся отнять Тьму у Джеки. 

Прошло 2 года после окончания первых событий. За прошедшее время Джеки дорос до должности мафиозного босса и ввязался в полномасштабную войну между гангстерами. И всё бы шло своим чередом, если бы личность Джеки не привлекла внимание могущественного древнего ордена, под названием "Братство", созданное тысячи лет назад и призванное охранять мир от Тьмы, но павшее жертвой собственной надменности и теперь желающее заполучить Тьму, а вместе с ней - и власть над всем миром.  

Мальчик лежал в кровати, натянул одеяло по самые глаза, не отрывая взгляда от угла комнаты. В окно светила полная Луна, и тьма в самом буквальном смысле тянула к нему свои щупальца. Мальчику чудился тихий, похожий на шелест сухих листьев, смех. А мама вот уже третий день допоздна задерживается на работе, и он не хочет беспокоить ее своим «детским воображением».
- Тебе уже скоро десять лет, милый, - говорила мама, целуя его в лоб перед сном, до того, как начала приходить домой к полуночи. – Уже совсем взрослый, юбиляр. А если уж совсем невмоготу, то я оставляю на тумбочки ночник. Просто нажимаешь кнопку – и никаких ночных страхов.
Почему она это добавляла, что за огонек при этом мелькал в ее глазах, мальчик не знал, да и рановато ему было заглядывать в подсознание взрослого. И вот теперь, буквально два часа назад, лампочка в ночке перегорела, и лишь свет Луны кое-как развеивал темноту в комнате, бросал слабые лучи на расставленные на полках игрушки и стопки школьных учебников. Но он не мог помешать Тьме, замедлял ее, но не останавливал.
Рука мальчика осторожно выдвинулась из-под одеяла и потянулась к мобильному телефону. Парнишка не кричал, ведь он был храбрым. Так говорила мама, так он себя чувствовал уверенней. Но сейчас он дрожал, пальцы плохо слушались, и нашарить заветный телефон ему удалось не с первого раза. Черные щупальца уже были совсем рядом с кроватью, когда мальчик наконец схватил искомое. Загорелся экран, включился луч фонарика и, зашипев, тьма отодвинулась. Насколько его хватит? Тяжело дыша, мальчик отключил функцию гаснущего экрана.

Я проснулся? Вроде бы, да. Дышу и вижу свои руки. Можно выдохнуть. Эти кошмары посещают уже не первую ночь. Как избавиться? Главное, снова не уснуть. Чтобы не увидеть продолжения. С одной стороны - хочется. С противоположной - вовсе нет.
В моих снах все оставались живы. Но это уже детали. Да и кому это будет интересно, когда все выживают. Тем не менее, продолжу. Хотя бы для того, чтобы кто-то еще помимо меня это узнал.

Открыл я глаза, когда меня колотила дрожь. Обнаружив, что лежу на сырой земле с редкой порослью травы, пришел еще в больший ужас. Где я?
Свинцовое небо и слева забор из сетки-рабицы. В ней есть дыра. Кто и как ее сделал — размышлять некогда. Нужно двигаться. Пополз к ней.

В нос ударил ужасающий запах, от которого передернуло все тело. Воняло полевыми удобрениями. Но таким амбре и коня свалить можно. Что уж говорить о человеке, который даже не помнит, кто он. И где.
Руки погружались в мягкую почву, от запаха тошнило, и мне пришлось оторвать от рукава часть ткани, чтобы обмотать лицо. Не сказать, чтобы стало прям сильно легче, но хоть что-то.
Я обернулся. Позади виднелась деревня. Только она была какая-то странная, будто подернутая дымкой (жарко не было, время года определить оказалось затруднительно). Некоторые дома будто плоские, за окнами виднелись улицы и редкие лишенные листьев деревья. И на краю деревни стояли фигуры. Фигуры детей. Казалось, что они не сводят с меня глаз. Не понимаю, как, но я расслышал их шепот.
«Следи за тьмой. Смотри вверх».

Предыстория.
На кладбище каждый год на Хеллоуин люди наблюдают возле гроба одной женщины появляется абсолютно черная статуя ангела. Это явление называют "Ангел из тьмы". Он появляется всегда возле гроба женщины по имени Жанна. Потому что именно эта самая Жанна была единственная, кто видел этого ангела живым.

Страшилка.
Один мальчик не верил в существование этой истории. Однажды в 1:00 на Хеллоуин он пришел к этому гробу, но никакой статуи не обнаружил. На обратном пути эта статуя появилась из земли прям перед его лицом. В этот момент он не мог двигаться.
Он мог лишь только наблюдать за этой статуей.