Страшилка

Смерть везде, она повсюду
Не спасёшься от неё.
Заберёт тебя с собою
Не опомнишься ещё.
В царстве смерти
Не увидишь ты ни радости, ни счастья.
Только боль и страх окутывает мглу.
Лунной ночью в полумраке
Распахнёшь глаза свои
И увидишь ты прекрасно
Как люди гибнут в царстве тьмы.

Эта история не имела бы никакого отношения к компьютерам в целом и высоким технологиям в частности, если бы ее начало не было напрямую связано с моей привычкой сидеть по ночам в аське, общаться со знакомыми - ночные разговоры я всегда считала более плодотворными. Ну и откровенными, не без того. Когда Сеть на ночь пустеет, у собеседника появляется куда больше времени на разговор с тобой, чем днем, когда его в любой момент могут отвлечь - работой, телефонным звонком или предложением пообедать. Ночью такое маловероятно, поэтому я выбрала ночное общение и стала намеренно приходить в сеть поближе к полуночи, оставаясь на связи до утра. Это продолжалось до тех пор, пока не произошло следующее...

Несколько лет назад - точнее сказать не могу, помню только, что тогда у меня еще не было кошки (о чем я жалею - с кошкой все это было бы перенести легче) - я, как обычно, сидела за компьютером. В сети осталась всего одна собеседница, другие давно убежали спать - по московскому времени было почти четыре часа утра. Я только что кинула знакомой забавную картинку, ждала на нее реакции и совершенно не ожидала, что на дверную ручку кто-то надавит - в тишине.

Я соскочила с компьютерного кресла, с опаской посмотрела на дверь, но подходить к ней не решилась...

На третьем курсе я, наконец-то, ушёл из общежития и снял комнату у одной старушки (отец договорился через знакомых за недорого). Я был идеальный квартирант: безвылазно сидел у себя в комнате за компьютером, музыку слушал через наушники, не ругался с соседями и чистил после себя унитаз ёршиком. Даже курить я выходил на улицу, так что этот грех мне прощался. Два месяца я прожил у бабки безо всяких происшествий. А потом случилось это...

Была зима, ударили морозы, и, как-то засидевшись допоздна в Интернете, я пошёл покурить перед сном. На улицу выходить не хотелось. И я решил по-быстрому покурить в подъезде. Стоя внизу, возле двери, я достал сигаретку и начал чиркать зажигалкой.

Коротко опишу обстановку: обычный подъезд пятиэтажной хрущёвки, грязный, воняющий мочой и подвальной сыростью, с разбитыми дверьми и обожжеными почтовыми ящиками. Ночью там стоит непроглядная темнота: лампочки вывернуты, а фонари у нас на улице гасят после полуночи. На лестничной площадке первого этажа, где висят почтовые ящики, дверей нет, потому что первый этаж занимает продуктовый магазин.

Было около двух часов ночи. Я почти на ощупь спустился с третьего этажа по лестнице вниз. Была кромешная темнота. К лестнице, ведущей на площадку первого этажа, я стоял вполоборота, прислонившись к стене. В подъезде был только я один.

Чирканье зажигалки разорвало тишину и сноп искр на мгновение высветил исписанные стены лестничного пролёта, ступени и площадку первого этажа. Пламя не загорелось. Похоже, заканчивался газ. Я на всякий случай потряс зажигалку, выждал пару секунд. Чиркнул снова - и меня как будто током ударило, а спину обдало ледяным холодом. Краем глаза я вдруг заметил, что на лестничной площадке кто-то есть.

Макс проснулся от окутавшего его ледяного холода. На локтях приподнялся с постели. Осмотрелся. Ничего... Вокруг пустая непроглядная тьма. Не увидев в темноте ничего примечательного, он откинулся на подушку и закрыл глаза. Уснуть не получилось. В тщетной надежде уснуть он пролежал около часа, затем, дотянулся до лежавшего на тумбочке мр3-плеера и погрузился в мир музыки. Он чувствовал себя на удивление бодро, несмотря на то, что часы пробили два.

В наушниках очередной рэпер читал свой текст, как вдруг голос в наушниках замолк. Макс в недоумении взглянул на плеер. Он был отключен. Попытки его включить не привели ни к чему. Странно - подумал он - вечером зарядил батарею. С этой мыслью он положил плеер обратно на тумбочку, которая находилась как раз за его головой.

Макс закрыл глаза и принялся мысленно перебирать варианты того, чем он будет заниматься утром. Внезапно за его головой появилось какое-то сияние. От неожиданности Макс немного растерялся. Потом, резко обернувшись, он увидел включившийся мр3-шник. Дисплей горел очень ярко. Едва Макс взял его для того, чтобы отключить, в наушниках на максимальной громкости заиграла музыка.

- Что за... - он прислушался. В наушниках играл "Похоронный марш".
Максу стало страшно. Он отбросил плеер и, соскочив с постели, попытался включить свет. Щелкнув выключатель, он обнаружил, что свет не загорелся. Внезапно все электроприборы, находящиеся в комнате, начали включаться сами собой. Максу сдавило горло, он не мог ни кричать, ни пошевелиться.

Девчонка по лесу бежала
Бежит, бежит и вот упала.
Ревет, кричит, от боли стонет,
Споткнулась девочка о колья.

Спаси меня о пресвятой,
Я не хочу судьбы такой.
Пусть за меня другой страдает,
Другой пусть больно умирает.

Ах, сатана, ах дьяволица,
Ты как могла с судьбою льститься!
Подохни тварь, воды напейся,
И на спасенье не надейся!

- Хиллсли хочет есть.
Киваю с самым серьезным видом, хотя жутко хочется захихикать: Дашка вечно придумывает своим игрушкам дурацкие имена. Откуда только берет такие? Вот и потрепанный одноглазый медведь у нее - Хиллсли, розовый пластиковый пони - Аббррук, а кудрявый щенок - Блумгейт. На мой вполне резонный вопрос: почему бы ей не назвать их по-человечески Васей, Петей, Бармаглотом или, на худой конец, Радугой и Бобиком, вразумительного ответа я так и не получила. То, что они сами представились ей подобным образом при знакомстве, было весьма интересной версией, которая при ближайшем рассмотрении все же не выдерживала никакой критики. Но во мне, как и во всякой наивной мамаше, все ж таки еще теплилась надежда на то, что дочурка решит открыть секрет возникновения столь необычных кличек.

А пока у нас проходило традиционное вечернее чаепитие: мы дружно сидели на крошечных стульчиках вокруг столика и прихлебывали воображаемый чай из пластмассовых чашечек. Последний глаз медведя болтался на ниточке, готовый в любой момент потеряться на просторах детской. В который раз дала себе обещание, что вот «в ближайший выходной, достану волшебную рукодельную коробочку - и все-все будет». Пора уже крестики на лбу рисовать.

Барсик, скотина такая, запрыгнул на стул с Хиллсли и начал целенаправленно точить об него когти. Дашка подтянула пижамные штаны и молча ринулась спасать свое достояние. Обняв взъерошенного медведя, она мрачно зыркнула на рыжего обидчика:
- Хиллсли хочет есть!
- А давай положим ему еще этих чудесных пирожных! - бодро предложила я, протягивая пустое блюдце. - Ммммм... вкуснятина!

Не так давно у одной моей знакомой случился обморок прямо в школе и ее увезли в больницу. Месяц назад я пришла ее навестить - и вот что случилось.

Больничные коридоры были похожи на лабиринт. Я бы не удивилась, если бы заблудилась на обратном пути. Когда я вошла в палату, Ира лежала на кушетке с закрытыми глазами. Она очень сильно похудела с нашей последней встречи. Сейчас подруга была больше похожа на мумию без бинтов, чем на человека. Лицо ее было такого синюшного оттенка, который обычно изображают художники на лицах висельников.

Я с ужасом продолжала разглядывать полу-покойницу. Вдруг ее веки дрогнули и это непонятное существо заговорило голосом моей подруги: "Зло грядет. Оно уже близко. Ты никого не спасешь Странница. Смирись, уже поздно".

Тут она слегка наклонила голову и я смогла заглянуть в ее глаза. Холодные, с зеркальной радужкой, иссиня-черного цвета. А ведь еще недавно Ирка хвасталась своими изумрудно-зелеными глазами! Я не смогла снести тот ужас, хлынувший из глубин этих дьявольских глаз, и выбежала в коридор.