Страшилка

Чернеет парус одинокий среди бушующих морей,
На судне страшном в путь далёкий отходят тысяча детей,
Пустой причал, в тиши ни слова не скажет старый Капитан,
Лишь молча смотрит в даль, сурово - как будто серый истукан.

Он слышит стоны и биенье их заблудившихся сердец,
Не понимают, что мгновенье! И вот безжалостный конец
Улыбок милых материнских, сиянья солнечных лучей -
Жизнь оборвалась, лишь начавшись, а судно мчит ещё быстрей!

Он слышит мысли, что витают над чёрным судном в облаках,
Они не здесь, они не знают, куда плывут - сковал их страх!
Ах если б знали, что тот берег такой желанный для него,
Там нет ни боли, ни сомнений, там лишь свобода и добро!

Лежал он неподвижный, бледный,
И кровь вампира-Короля,
Как яд для жизни, темный, вредный,
Сочилась с борта корабля.

Циклон в неистовом порыве,
На море в смерч образовался.
И видно в облаках, в разрыве,
Как сильно ветер взбунтовался.

Упав на клин грудною клеткой,
Вампир пронзил им сам себя.
И это судно черной меткой,
Вдруг оказалось для тебя.

Его глаза как два колодца,
В них разум тонет, сердце - сталь,
Суровый профиль полководца,
И жертв ему своих не жаль.

Он безобразный демон Ада,
Его дыхание, словно яд.
Предсмертный крик ему награда,
Дрожание тел - его заряд.

И обезумев в дикой страсти,
Он рвет на части душу вам.
От этой пагубной напасти,
Поможет лишь молитва, храм.

В старинном городке
Под сводом крепких стен
Где в каждом уголке
Мелькает шустро тень

И под защитой свечей
Живу я день за днём
Но взгляд кошмарный чей
Пылает там огнём

Стоит он за окном
Нет сил чтобы войти
И обреченной Злом
Судьбы уж не найти

Безумие воздвигло мир иной
Здесь каждый шаг окутанный дурманом
Вдруг обретает сразу смысл свой
А разум наслаждается обманом

Прекрасный мир исполненный уродством
Высоты, дали и глубины без предела
С реальном миром есть такие сходства
Лишь населенье все меняет дело,

Кто слаб душой иль сомневается в судьбе
В свою стихию окунется без сомнений
Кто ищет свой покой найдет его везде
Кто ждет последствий тот найдет и приключений

Опять я вижу вдалеке
Смотрю на звезды в стороне
Шепчу прекрасной серой тьме
Пусть заберёт меня к себе.

Хочу туда где боль и смерть
Хочу смотреть на это век
Хочу сама уйти туда
Где души плачут и кричат.

Давно идти устала я
Хочу уйти туда где страх
Хочу нести всем боль и мрак.

Как больно, как мерзко сейчас умирать.
Мне нравилось жить и людей убивать.
Да-да! Вы, подумаете: "Псих! Идиот",
Но нет, дорогие. Все наоборот.

Невинных не трогал и не обижал,
Детей я любил и всегда поощрял,
Любимых берег и от бед избавлял.
Вы спросите: "Для чего я людей убивал?"

Представьте себе на минуту, на миг!
Образ любимых и их нежный лик.
Почувствуйте, как щимит ваше сердце,
С теми, кто вам помогает согреться.

Он в муках жертвы не виновен,
То лишь работа палача.
Затянет петлю, иль из бревен,
Зажжет костер он, сгоряча.

Он не один, над ним есть Сила,
Что жаждет крови и греха.
Она людей давно давила,
Сама же куталась в меха.

Его лицо скрывает маска,
Но то ирония Судьбы.
Труд палача совсем не сказка,
Крик слышать, стон или мольбы.

Один цветок стоял у дома,
Как будто сжатый кулачок.
Я с ним давно уже знакома,
Но вот не цвел он, дурачок.

Мы долго ждали и смотрели,
Когда же все же он зацветет?
Увидеть красоту хотели,
Но было все наоборот.

Казалось, меньше стал размером,
Стоял упрямо, средь других.
И вот таким своим примером,
Он плохо действовал на них.

Плачь, палач - ты обречён,
Преследуем ты будешь нами,
Наполним мы кошмарами твой сон
И наяву готовься быть терзаем.

Помнишь как ты, занося топор,
Смеялся над стенающим невинным?
Так знай, что ты с тех самых пор
Вкушаешь кровь, добавленную в вина.

Рыдай, палач, проси пощады!
Мы будем непреклонны как и ты.
При жизни ты пройдешь все муки Ада,
Почувствуешь всё то, что мы.