Страшилка

Мы те, кто никогда не узнает, что такое любовь
И счастье.
Мы те, которых преследуют одни лишь беды
И ненастья.

И, возможно, мы
Так и не раскроем кандалы,
В которые заковали нас
Эти черти.
И, возможно, что
Нас не спасет никто,
Разве что мы сами
Победим.

Здесь лишь молчание, увы...
Зачем слова? Они излишни,
Когда сочится кровью вишня
В зелёном облаке листвы.

Чуть слышно каплет алый сок
На землю дьявольской посылкой,
И каплям в такт уставшей жилкой
Твой отзывается висок.

Царапал воздух скрип двери,
От старости засохло масло.
И, как вампир, звезда погасла
В лучах пылающей зари.

Я горжусь, за то, что я есть,
Я горжусь, хоть я и не плотник.
Я горжусь, забываю я месть,
Я горжусь, и совсем я не модник!

Я горжусь, хоть и нету ноги,
Я горжусь, вот она появилась!
Я горжусь, из земли две руки,
Я горжусь, что вам это не снилось.

Я горжусь, а не хвастаюсь вовсе,
Я горжусь, не люблю восхвалу.
Я горжусь, не напьюсь ведь я кровью,
Я горжусь, что живу день по дню.

По улице зимней я быстро иду
Я знаю, что дом её здесь...
Я знаю, чего я добиться хочу,
Девчонке той выпала честь.

И вот к ней домой я нежданно зашёл,
Девчонка в квартире одна,
Она и не знает, что я к ней пришёл,
Она теперь пища моя.

На кухне нашёл я острейший тесак,
Девчонка погибнет с мученьем!
На улице слышен лай глупых собак,
Меня уже ждёт развлеченье!

Посмотри за окно... Ты ведь видишь...
Темно...
И ни капли нисходит из рая...
Посмотри в темноту...
Там оно, существо...
Что терзает всю тишь своим лаем...
И прохлада внизу... Там в аду погибают
И черти, и дьявол, и он...
Тот ужасный сгусток, что зовёт одеялом,
Не спасёт тебя больше, дружок...

Вот крыша,
Небо над головой,
А что в сердце?
Сплошной снег и зной.

По весенним дорожкам -
Тихих безлюдных дорог,
Ходят дикие звери,
Идя далеко за порог.

Уже все совсем изменилось,
Лето - простая пора,
Но для меня обернулась
Горой мучений она.

Я ждала тебя долго очень.
Не дождавшись, с тоски умерла,
И теперь выхожу я ночью
И летаю, где раньше была.

Я нечистою силой стала -
Вурдалаком иль упырем.
Скоро друг из могилы встанет.
У живых мы с ним кровь их пьем.

Окропи дверь святой водою,
Над окошками крест поставь
И, когда верный пес завоет,
Сразу прежней меня представь.

Я знаю, он уже близко. Во тьме я слышу шаги.
Монстр в конце коридора. От судьбы теперь не уйти.
Сердце стучит рывками: "Беги же скорей, беги".
Но знаю, я точно знаю, себя уже не спасти.

Сжимаю в руке я надежду свою: осиновый кол.
Хоть сам я на долгую смерть обречен,
Спасу я деревню, от мрака, что сеет мор.
Невольно к благородному делу Света привлечен.

Скрип половиц. Уже скоро, кончатся мученья мои.
Должен скоро, очень скоро, в комнату эту зайти.
Ненасытный он зверь, каждый вечер устраивает адские бои.
Тот, кого он увидел, того уже не никогда не найти.

Я, знаете, не такой, как на картинках –
Намного ужаснее и страшнее.
Я, знаете, не такой, как на картинах –
Намного причудливее и злее.

Увидеть меня, непременно все желают
И в домах, квартирах в гостях ждут.
Но опасности моей никто не знает.
Глупцы - себя даже не берегут.

Психа улыбка и глаза крови краснее,
Я сам по себе - свободная собака.
Но думают, что я котёночка милее
Убивать других - для меня забава.

"Без души, без сердца,
Как же ты живешь?"
От вопросов этих,
Бросает меня в дрожь.

"Почему не плачешь,
По ночам, грустишь?"
Нет, все ведь иначе,
Ночью - просто тишь.

"Любишь человека?
Может, маму, да?"
Да, ее люблю я,
Хотя вряд ли, мам.