Страшилка

Смертный ужас крышу сносит
Снежным штормом мир крутя
В небе Юнкерс зверем воет
Плачет в бункере дитя

Не согреть земли дыханьем
Не рассеять тьмы в душе
На губах не тают льдинки -
Только все равно уже.

Страх детей и старых нянек,
Ведьмам кажущий язык,
Дух смешливый, болотняник,
А иначе водовик.

Если он кого встречает,
Он как кочка предстает,
Схватит за ногу, качает,
Чуть замедлишь, кончен счет.

Он лягушку не утопит,
Любит кваканье трясин,
Но под землю поторопит
Тех, чье имя — Божий сын.

Заметает белым снегом
Всё, дорогу не найти
Даже мёртвые не могут
Из моей сети уйти

Стынут русские просторы
Одиночество, коньяк
С дефицитной шоколадкой
Пустошь, предрассветный мрак

Сквозь метель бредет крестьянин
Лошадь – как живой скелет
Холод обвивает цепью
Я не верю в хэппи-энд

Ах, сколько бы отдали мы, чтобы быть любимыми?
Сколько времени прошло, с тех пор, как полюбили мы?
Тенденция моды "любить" взяла вверх,
Отныне никто не любит по-настоящему, как и было - нет.

- А я люблю тебя, дурак... - Прошептала девочка.
А в ответ я лишь смотрю на нее. - Вот дура-то. -
Зачем говорить, коль не любишь его, объясни, будь добра,
Жизнь - не игра, а ты - не вольна, запомни это, дорогая моя.

Гаснет моя лампада,
Полночь глядит в окно...
Мне никого не надо,
Я умерла давно!

Я умерла весною,
В тихий вечерний час...
Не говори со мною, —
Я не открою глаз!

Не оживу я снова —
Мысли о счастье брось!
Черное злое слово
В сердце мое впилось...

Если ночью над рекою
Ты проходишь под Луной,
Если темный над рекою
Ты захвачен мглой ночной,
Не советуйся с тоскою,
Силен страшный Водяной.
Он душистые растенья
Возрастил на берегах,
Он вложил в свои растенья
Власть внушать пред жизнью страх,
Цепко сеять опьяненье
В затуманенных мечтах.

Его возносили до небес, пока не поняли,
Что он всего лишь лжец.
Лжец всех обманывал веками,
Пока его не обыграли
В его же собственной игре.
Ирония судьбы, не так ли?
А что же дальше с ним-то было?
А что же-то с враньём и злом бывает?
Правильно, его искореняют!
И виселица та ждала его.

Выколю тебе глаза,
Будет тебе больно,
Но не бойся - ведь сейчас
Ты помрешь спокойно.

Ты заснешь спокойным сном
Оторву я ручки,
Но не бойся, в основном -
Тихая я злючка

Остреньким тебе ножом
Распорю я брюшко,
Но не бойся, в основном -
Я заем лишь ушком.

Раз, два, три, четыре,
Я уже в твоей квартире,
Пять, шесть, семь, восемь,
Убежать никто не сможет

Руки, ноги, пальцы, тело -
Все я съела, все я съела
Но ещё хочу я мяса,
Из рук сделаю колбасы,
Ноги я зажарю смело -
Все я съела, все я съела.

Неподвижен беленький убивец,
Слившийся с узорами снегов.
Оживает снеговик на диво,
Дабы проливать невинну кровь.
Берегись, в наушниках прохожий!
Снеговик воткнёт в тебя морковь,
Меж лопаток, словно вострый ножик,
И сугроб раскрасит ала кровь.
Точит снеговик свою морковку,
Жаждет белый дьявол – умерщвлять.
Он тебя зарежет очень ловко,
Так что не успеешь крикнуть: "Мать!!"