Страшилка

В мрачном и холодном склепе,
Кто вы думали, сидит?
Ждёт ночного развлеченья
Здесь кровавый снеговик!
В предвкушении новой жертвы
Точит он свою морковку.
Как всегда, лопаток между,
Незаметно та воткнётся.
Встанет снежный у дороги,
Улыбнётся в полный рот.
Незаметно исподлобья
Зрит зловещий уголёк.

Ночная тьма - родная мать.
Работа требует терпения.
Железных сил не занимать.
Могила вскрыта за мгновения.

Врезаясь в красный коленкор,
Лопата бьёт по крышке гроба
Движением резким до тех пор,
Пока не сделает пробоин.

Со скрипом крышка отворилась,
Повеял с гроба затхлый смрад,
И взору зрелище явилось,
Что вор отпрянул аж назад...

С лица сползали мертвеца
От света лампы твари-гады,
Сновали всюду без конца,
Под труп залезли всей ватагой.

С досадой фермер замечал,
Что вор завёлся в огороде,
И урожай весь по ночам
Он поедал и делал ноги.

Но фермер всё не мог взять в толк:
Откуда варвар появлялся?
Забор достаточно высок,
Затем куда злодей скрывался?

Вокруг на много миль от фермы -
Простор равнин и пыльных прерий,
Что распростёрлись необъятно.
Тайком нельзя подкрасться, явно.

И чтобы выловить воришку
Придумал фермер тот ловушку:
Он обложил весь огород
Граблями вдоль и поперёк.

У каждого из нас есть точка срыва,
Когда становится на сердце тяжело.
Когда нам кажется, что падаем с обрыва,
И жизнь становится как черное пятно...

У каждого из нас есть луч надежды,
И кто-то очень близкий и родной
Не даст тебе упасть в пучину бездны,
И скажет: "Ты не бойся, я с тобой!"

Я знаю, сегодня я лишь жалкий вор,
Сквозь стены идущий загадочный сон.
А я был когда-то такой же, как ты,
Но все изменилось с потерей мечты.

Искал я на свете девицу одну.
(Она говорила у всех на виду,
Что ведьмину силу ей мать отдала).
Чтоб старость и смертность мою забрала.

Нашел я ее на границе Ирана
Явился в квартиру к ней поутру рано.
Она мне сказала: "За вечность плати,
Тринадцать безгрешных ко мне приведи".

Тяжелее участи моей
Лишь столетья запертых дверей
Сердца людей закрыты на замок
И кто бы мне мое открыть помог?

Я жил во тьме, где нет друзей и дома.
Другая жизнь была мне незнакома.
Я жил, не зная радость и ненастья,
Себе желая лишь немного счастья.

Бездушен, бессердечен город мой
Как зомби все идут в строю домой.
Никто не нарушает строгих правил
Царя, что жизнь былую нам исправил.

Все дети в серых кофтах на парад
Шагали как солдаты строго в ряд.
Девчонки все без бантиков и лент
А мальчишках нет ни келесов, ни кед.

В заброшенный дом заглянула одна
Заблудшая женщина. Ходит молва,
Она тихо, молча, ждала у костра
Пока тело мужа сгорает дотла.

"Убийца в темнице!" - все тешат ее.
На самом-то деле не сыто зверье,
Что деву подвигло супруга убить,
Что кровь поманило чужую испить!

Убийца таится в душу не глубоко
Что шанс убивает соседей жестоко
Смогла отвести от себя подозренья
Сквозь слезы достигла у власти доверья

На землю с небес светлый ангел упал.
И в горе запутавшись, тихо кричал.
Хрустальное сердце, разбив на куски,
Шагал через лес, не скрывая тоски.

А крылья чернели, на солнце горя,
Но ночью их холод покрывал, не щадя.
Тихонько рыдая, шел дальше (все шел),
Скрываясь от страха, сквозь ненависть он.

Он вечность провел, наслаждаясь, в раю.
Теперь же стоит он на самом краю
Меж смертью и жизнью, которой уж нет.
Помочь молил Бога, не слыша ответ.

Глаза на лоб прохожих лезут
При виде Карла, чудака.
Он вызывает изумление
Своим нарядом как всегда.

По мостовой в цилиндре чёрном
Шагает, голову повесив.
Во фраке красном, старомодном
Идёт, свистит, лицом невесел.

Хотел привлечь к себе внимание,
Но на дворе двадцатый век.
Он не находит понимания,
И за спиною слышит смех.

Прохожих молча удивляет,
Приветствует знакомый люд,
Цилиндр чуть приподнимает,
Но люди Карла не поймут.

Последний мой вздох наполнится скорбью
И я уйду, не оставив следа
Болью из сердца, в сердце с любовью
И я исчезну, уйду в никуда...

Закончились песни, закончились мысли,
Закончилась вся эта бренная жизнь,
Закончились строки поэмы без истины,
И я поднимусь к небесам, только ввысь.

Я ощущаю всем сердцем, что нужен
Только лишь тем, кто меня вспоминает...
Только бы не был отец мой простужен,
Только бы мать не осталась одна.

Сколько же мыслей, простых и печальных
Сколько утраченных шансов пожить!
Только лишь свечи горят поминальные,
Так и не смог никого полюбить...