Страшилка

Прошло уже две недели с тех пор, как не стало Сереги, верного друга и просто отличного человека. Олег сидел за столом, держа в руке стакан с водкой, смотрел в окно. Рядом сидели Степа и Алекс, который, если честно, не любил Сергея. А ведь ему было только 20. Олег поднялся из-за стола и сказал:
- Выпьем за прекрасного человека, Серега, я уверен, что ты всегда будешь рядом и поможешь в час нужды, я уверен, там тебе лучше чем тут.
Но Алекс лишь оскалил свои желтые зубы и сказал:
- Чмом он был да и только, да еще и размазней криворукой.
- Побойся Господа, идиот, - злобно, не тая гнева, сказал Олег.
Степа просто молчал, для него Сергей был не просто другом, а почти членом семьи.

Послав всех куда подальше, Алекс пошел в спальню и лег на кровать, двое других остались на кухне. Вдруг что-то заскрежетало, будто бы царапаю ногтем паркет, он открыл глаза, в комнате было пусто, никого кроме него не было, лишь луна освещала комнату. Вдруг ему померещилось что от окна отбрасываются тень руки.

Вы знаете, что по настоящему страшно? Нет, это не монстры и не домовые. Страшно потерять любимого человека, а еще страшней, потерять его из-за своей же ошибки! Я расскажу вам реальную историю, которая произошла со мной 5 лет назад.

Мне было 22 года. Я любил женщин. Но она... Она была не такая как все. Я не стану говорить ее имя, это уже не важно. Она жила с бабушкой, родители погибли, она была такая добрая, чистая... Я был недостоин её. Она не была красивой и ноги не росли от ушей. Она была моложе меня на 6 лет. Ей было 16. Она была той, которую могли все использовать, в том числе и я. Бедняжка верила в мир во всем мире. Когда мы с ней познакомились, я был ее первым мужчиной. Она была наивной и глупой девчонкой, немного скромной и милой. Она стала жить у меня отпрашиваясь у бабушки, я стал считать себя ее отцом. Я хотел защитить ее трудностей мира, но никогда не говорил ей об этом, а если и говорил, она дулась и обижалась, но потом сама прибегала и просила прошения. Я никогда не воспринимал ее всерьёз, она была малышкой. Она была такой молодой и не порочной, что я иногда боялся целовать ее. Она была хороша. Всегда. Но я некогда не обещал себе быть однолюбом. Я изменял ей со многими женщинами, когда моя малышка ждала меня. Она знала об этом, знала и молчала, у нее была чистая любовь. А я использовал ее.

Иду по улице с зонтом... Дождь льёт как из ведра. В руке листок с адресом дома. Еле как его нашла, зашла во двор, приоткрыла дверцу ведущую в подвал и увидела пожилую женщину, пьющую чай.
- О, Мария, проходи. Я тебя уже заждалась. Присаживайся, выпей чаю со мной, заодно согреешься, - затараторила она.
- Здравствуйте, - сказала я и протянула экстрасенсу фотографию, - Это мой сын. Он пропал полгода назад. Странно, но милиция разводит руками, а все экстрасенсы, к которым я обращалась, исчезали в первый же день расследования.
- Да, я знаю. Ну, за такой срок пропажи вашего сына могло случиться что угодно, поэтому сумма поиска будет немаленькой.
- Сколько? Скажите просто сумму.
Экстрасенс нагнулась к моему уху и прошептала сумму.
- Завтра принесу.
На том мы попрощались.

Очнувшись, я почувствовал острый пронзительный запах йода. Сердце испуганно колотилось: неужели мои дела так плохи? Я лежал на прохладной больничной койке, уши у меня, казалось, были плотно заложены ватой, сквозь, которую прорывался странный звук, словно рядом кто-то копошился и ползал по подушке. Ноги - руки целы, я их чувствую, голова на месте, хоть и раскалывается от боли. Когда сознание возвращалось, это было очень неприятно. Потому что вместе с ним возвращалась и боль. И ещё - горькая обида.
Была ли во мне горечь, когда вспомнил об этом. Пожалуй, нет. Была тонкая, как струйка песка в песочных часах, грусть какого-то самоотвержения, бог весть какого исполненного долга. Как только сознание вернулось ко мне, я вспомнил всё до мелочей...
"... и тяжко, очень тяжко поплатишься ты за эту истину..." Быть может, это и есть плата? Не слишком ли она велика? И не смахивает ли всё происшедшее со мной на бессмысленный фарс?
С чего началась вся эта история? Не с того ли памятного дня, когда я с Вовкой отправился на поиски неведомого? Нет, намного раньше. С той ночи, когда Пашка увидел жуткое, таинственное происшествие, взболомутившее моё воображение и вызвавшее кучу споров и разногласий в нашем городке; положившее начало великой и страшной тайне...

Мир находился на пороге великой войны, способной стереть с лица земли всё человечество в целом. Каждая страна стремилась создать самое сильное и разрушительное оружие, пытаясь тем самым обеспечить себе победу.
Только эта гонка вооружения зашла слишком далеко... В погоне за смертью люди создали что-то поистине ужасное...
- Чёрт - шёпотом произнёс я
Когда возвращался из города, случайно наткнулся на патруль. Теперь меня преследовали так называемые Загонщики. Они загоняли людей прямо в лапы Уборщика, который в свою очередь выписывал бедолагам билет в один конец. Сами Загонщики представляли из себя сороконожек, внушительных размеров. Точнее это насекомое было взято как прототип для создания этих тварей. Как выглядел Уборщик я к счастью не знал, но думаю скоро мне представится возможность с ним познакомиться. Возможно это будет последнее, что я сделаю в жизни.
Вскоре Загонщики отстали и я понял, что погони больше нет. А это могло означать только одно... Они выполнили свою миссию и теперь я находился на территории Уборщика. Это не сулило мне ничего хорошего.

Парень шёл, расталкивая плечом прохожих... Он не замечал ничего вокруг, полностью погрузившись в свои мысли. Два самых близких и родных человека предали его. Ему хотелось умереть...
- Молодой человек! - кричал кто-то ему вслед.
Парень обернулся, перед ним стоял какой-то странный мужчина в чёрном плаще и шляпе.
От общества этого человека ему стало не по себе.
- Что вы хотели? - спросил парень.
- Поговорить... - ответил мужчина и улыбнулся.
- О чём? - произнёс парень дрожащим голос.
Этот человек наводил на него какой-то необъяснимый животный страх...
- Я хотел поговорить о твоей жизни... Смерть родителей, измена девушки, предательство лучшего друга. Ведь в твоей душе живёт желание прекратить эту череду боли и разочарования - сказал незнакомец
- Откуда вы... - мужчина не дал парню договорить.
- Это сейчас не важно. Главное, хочешь ли ты изменить свою жизнь? - спросил незнакомец.

Выжившая девушка Линни вела дневник во время апокалипсиса.

1 день.
Привет дорогой дневник! Сегодня чудный денёк! Мои родители ухали на море, они написали мне об этом в записке. Как я могла не знать - спросите вы? Мои родители, не самые из лучших родителей в мире. Они бросила меня одну, в 5 лет, уходили в клубы... А я... была... одна... Ну впрочем, это не важно. В записке был написано: Доча, мы уехали на м (заляпано чернилами).
Странно, но это был почерк не мамы, и не папы. Кто же это мог быть?

2 день.
Сегодня по телевизору показали, как министр Франции заболел болезнью, от которой нет вакцины. Мне как-то пофиг на него, если честно.

В силу своего примитивного мышления, человеку свойственно ввязываться в страшные игры, последствия, которых могут быть просто ужасающие. Будь это войны или же соприкосновение, хуже - преклонение перед неведомыми и древними как мир силами.

Белый череп, высушенный палящим солнцем пустыни, лежал на раскаленном песке, взирая пустыми глазницами в синее небо. Рядом рос огромный старый кактус, на котором гордо восседал стервятник. Его холодные жадные глаза отражали ровную пустынную гладь. Череп же, будто прятался в тени спасительного природного столба от безжалостного светила. Из него выползла толстая гремучая змея и что-то почуяв, угрожающе затрещала погремушкой.

Через пустыню, к границе Мексики, мчал мотоциклист на старенькой Хонде. Он только что устроил кровавую бойню в одном из баров. Мигель Родригез, 20 лет от роду, так звали мотоциклиста, застрелил из дробовика пятерых дальнобойщиков, включая бармена, в баре "Мертвый койот". Просто, парню не понравилось обслуживание.

Сизою яко колода лежнем лежала нища Марья, канюча гроши, пущая на чекушку водки монеты. Люд местный не робел ныне, завидев подле врат бабу, как некогда бывало, а прочь с бранью гнал, ибо ведал, что стращать токмо девка дерзала, да и только.
Ступила спешно по хутору махонькому молва, что Маша брюхата, и невдомек батя кто. Бабки веровали, что Бог покарал, а по сему обречена она ныне вечно малого его выхаживать. Иные люди распекали таковых, пугая тем, что Провидение проучит за подобную молву. Третьи вопили, что Бога и в помине не было, а попрошайку просто изловил невесть какой мужичок и предался сладостным утехам, ужо ушел, а вы, дескать, развели неведомо что.
Следом слыхивать крестьяне стали вопли матери скорой, Творца умолявшей дарованием наделить чадо ее. Пошучивая надо бедною девою, люд говорил, что сам лукавый жилкою наделил, вытягивать литры алкоголя, и тем же одарит мальца ее. Благо, вскоре явила на свет Машка мальчика. Перво-наперво почивала у женщин добрых, что не жалели о сем, ибо дивила былая пьянчуга, с гривою рыжею, зеницами карими свинячьими, устами бледными, подобно лику ее, руками, как говорится, крюками, да одежкою рваною, работою всех. Едва дитя в объятия Морфея ступит, так Марья за тряпку, и полы драит, лохань, супницу, да всю посудину отмывает, стряпает, да так, что персты оближешь. Кто прежде клял мать нынешнюю, только так теперь нахваливал ее.

Эйдан сидел на лавке возле входа в учебный корпус Гарварда и вновь перечитывал книгу своего отца. Солнце играло в пожелтевших листьях. Эйдан увлёкся чтением настолько, что даже не заметил, как к нему подошла Меган.
- Привет, братишка. - весело произнесла Меган. - Что читаешь? - она выхватила книгу из рук Эйдана и прочла обложку "Насмешка судьбы. Дрейк Хантер". Улыбка сразу сползла с лица Меган.
- На следующей неделе Хеллоуин, а отец писал, что в этот день открывается портал между миром живых и мёртвых. Возможно, нам удастся его увидеть ещё раз? - с надеждой в голосе пояснил Эйдан.
- Я никогда не смогу простить себя, за то, что сделала. Только я виновата в том, что мы снова потеряли отца. - Меган тяжело вздохнула, и присела возле Эйдана.
- Не говори так. - попытался Эйдан успокоить сестру.
- Знаешь, я даже тебе завидую. Ты успел хоть немного времени провести с ним, пока я строила козни и пакости. Какой же я была дурой...
- Ну, теперь, я надеюсь, ты поумнела? - улыбнулся Эйдан. - Я тоже не был идеальным сыном. Столько гадостей ему наговорил, столько хлопот доставил. Несмотря на то время, что нам удалось провести вместе, я так и не успел узнать его. Только перед смертью я смог сказать ему "папа".
- Кстати, звонила мама. Спрашивала или мы вернёмся в Куперстаун на этих выходных. - у Меган уже стояли слёзы в глазах, и она попыталась сменить тему.
- Ну, с нашими силами, мы можем это сделать в любое время.