Страшилка

Утро, я и моя лучшая подруга Катя проснулись от громкого хлопка на улице. Выглянув в окно, мы увидели небольшой фургончик, который перевернулся от столкновения с мусоровозом. Из фургончика вылез мужчина, весь в крови и без одной ноги, голова его была расколота, из черепа виднелся мозг. Понаблюдав за происходящим и переглянувшись, мы почти вместе произнесли: "Что за черт?" и снова уставились в окно, пытаясь понять, что происходит. "Странно, как он выжил?" - подумала я. Повернувшись к Кате, я тут же заметила, что у подруги льются слезы. Сев рядом с ней я спросила, что случилось.
- Мне страшно - ответила Екатерина.
- Хватит лить слезы, пойдем оденемся и поможем - ответила ей я.
Внезапно на всю улицу раздался истошный крик. Быстро рванув к окну, я увидела девушку, сидящую на земле, она держалась за ногу, а рядом с ней лежал тот самый мужчина, вот только от головы у него почти ничего не осталось. "Что там происходит?" - пронеслась мысль. Катя не соглашалась идти со мной, ссылаясь на то, что она боится крови, и я пошла одна.

Он позвонил 29 мая 1994 года, в воскресенье, назвался Лешей и пригласил в видеосалон. "Леша? - не сразу поняла Света. - А-а, верно, тот парень, с которым познакомилась на прошлой неделе. Но зачем он спрашивает, как я выгляжу и во что буду одета? Забыл, что ли? Юбка, ветровка, как тогда". Договорились на 20.00 возле нового цирка, и Света пошла от Речного вокзала к университету через весь город под накрапывающим дождем, никому не сказав о предстоящем свидании.

Вместо юноши в джинсовом костюме, коего она ожидала увидеть, подошел молодой, но уже начавший лысеть человек лет 30 в неглаженых брюках и вельветовом пиджаке. В руке - зонтик, на поясном ремне - нож-брелок.

Предыстория экспромт-рандеву оказалась простой. Лет пять назад в автобусе он познакомился с двумя девочками, выпросил Светкин телефон у ее подружки и вот, наткнувшись на него в записной книжке, через пять лет позвонил.

Меня могут убить, – это дело случая. Но то, что я остаюсь в живых, – это опять-таки дело случая.
Эрих Мария Ремарк.

Наша жизнь не приемлет в себе постоянства. Наступает момент, и в спокойное русло размеренного бытия вдруг вторгается случай. От него не застрахован никто. Он, словно таинственный полустёртый иероглиф на перекрёстке времён подстерегает каждого на привычном, казалось, устаканившемся пути. Случайно нищий срывает джекпот на миллион, кирпич на голову выходящего из подъезда гражданина падает тоже случайно. А при зачатье ребёнка кто зародится в утробе матери? Девочка или мальчик? Этим вопросом также занимается его величество случай. Возможно ли его предсказать? Невозможно. На то он и случай. И всё же. Нострадамус, Эдгар Кейси, Ванга. Эти люди видели картины будущего. Как круто изменится наш мир. И он, по воле случая, изменяется. Но они ведь знали. Быть может, многим покажется отвратительным моё покаяние. Однако жизнь диктует свои правила.
Всё, не троллю. Теперь по существу.
Я открыл глаза. Замутнённое багровой пеленой пространство постепенно приобретало очертания убогой обстановки. Начинался рассвет. Череп привычно сдавило тисками пульсирующей боли. Мелкая трясучка проворно завладела телом, руки-ноги покрылись пупырышками, словно в них вонзились сотни жалящих колючек, опухшая рожа покрылось липким потом. Где-то в глубине мозга застучал метроном, возвещая о наступлении похмельного синдрома. Наспех побрившись, я накинул куртку и обречённо поплёлся на работу. Говорят, понедельник – день тяжёлый. А мне каково? Голова трещит, мысли путаются, руки дрожат. Даже язык, и тот, гадёныш, подёргивается. Ну и как я буду трудиться на благо общества?

- Широка степь, Колька... широка... - попыхивая самокруткой, хриплым тихим голосом произнес пожилой мужчина. Его потемневшее лицо, испещренное морщинами, обдувал теплый степной ветер, а в отблеске почти потухших глаз красное солнце медленно садилось за горизонт.

- Бывало так... - продолжил он. - Сядешь с ребятами, хлебнешь кипятка - внутри тепло немножко. Так же на закат смотришь, и вроде кажется - вот, и война на закат... А как ночь, так громыхать начинает. И бежишь-бежишь по этой степи, думаешь: "А доживу ли я до следующего заката? До следующей кружки с кипятком?"
- И то верно, Федька, - в быстро наступающих вечерних сумерках вспыхнула еще одна самокрутка. - До сих пор, думается, воюем... А только за что? За кого?..
- За детей, за жен, за внуков, - старик глубоко вздохнул и хмыкнул. - Только ни дети, ни внуки за это медали тебе не дадут. Благодарность - вот она медаль, только такая редкая. Не у всех... блестит... А помнишь, Коль, вон там - на холмике - Толю с Сашкой оставили. До сих пор сердце за них болит - легли, да не отпетыми. Только и успели, что землей присыпать их. Как им там?
- Да как и всем, Федя... Как и всем. Богу думаешь, велика печаль, как кого присыпали и отпели? Как жил, что сделал - стало быть, это важно.
- Стало быть...

Глава 4

Не помню как уснул, наверное после выпитого в трактире пива. Запасы джина я не трогал, да и не пил его никогда в своей прошлой жизни. Проснулся я уже от того, что кто-то толкает меня в бок и говорит
- Эй ты живой? Эй!
Я пришёл в себя окончательно, открыл глаза и посмотрел на того, кто толкал меня.
На до мной склонился мужик в чёрном пальто и с пакетом в руке. Я огляделся. Оказывается, я лежал на земле рядом с АЗС, а по правую сторону находился тот самый магазин или таверна.
Помните что я говорил, что я каким-то образом очутился на Разломе Миров, так вот, судя по всему, где я нахожусь, был именно тот мир, мой мир.
- Где я? - тупо спросил я для уверенности своей теории.
Но мужик лишь хмыкнул и сказал что-то вроде "Алкаши одни тьфу, прости Господи", он стал уходить, наверное проверил, что со мной всё в порядке и что я просто алкаш и валяюсь, перебрав со спиртным.

Тихий ветер лениво гонял по остаткам дороги сухую осеннюю листву, и шелест ее был единственным звуком в разрушенном мегаполисе. Повсюду одиноко стояли напрочь проржавевшие остовы автомобилей, в некоторых из них на сиденьях виднелись скелеты, лениво поблескивая белыми зубами, если те еще сохранились. Было холодно, из изо рта одиноко бредущего человека исходил пар. Не оборачиваясь по сторонам, думая лишь о своем, опустив голову и спрятав руки в карманах, он неспешно брел вперед, до тех пор, пока солнце не спряталось за горизонтом, и не стало совсем уж нестерпимо. Тогда он, свернув с дороги, вошел в ближайший уцелевший дом, и у которого, впрочем, не было нескольких верхних этажей, а вместо них торчали искореженные останки, смутно напоминая кости каких-то неведомых животных.

Человек плотно закрыл за собой дверь и окинул взглядом помещение. Ничего необычного - полки с останками давно сгнивших книг да пару стульев. Ни о каком ковре или других визуальных удобствах речи, конечно же, не шло. Насобирав несколько чудом сохранившихся листков, он разломал оба стула и, сложив их вместе на полу, после нескольких попыток развел костер, сразу же протянув к нему озябшие руки.

Рубиус прислонился к дереву и перевёл дыхание. Жадно глотая воздух ртом, его рука потянулась к поясу и, нащупав фляжку с водой, он судорожно сдёрнул её и принялся глотать живительную влагу.
Он знал, что рано или поздно его найдут, они уже ищут его. Бросив взгляд на восток, там где были руины Храма, он поспешил туда. Два дня назад когда рабы нашли в руинах артефакт, Рубиус сидел в своём трактире и продавал путникам зашедшим к нему джин. Путники выглядели так, словно они были в битве и им изрядно досталось. Один был в рваном мешковатом одеянии и прихрамывал, у другого же одежда была вся дырявая. Рубиус и не подозревал, что эти двое были вовсе не путешественники, как они сказали ему, а рабы из Храма Света. Даже покупая джин, Рубиус был уверен в том, что на путников напали, вот почему они так выглядели, ибо джин его стоил недёшево, а у этих оборванцев была куча монет.
Но когда один достал кинжал и приставил к горлу бедного трактирщика и потребовал, чтобы тот шёл за ними, он понял: это бандиты.
Они отвели его в каморку трактира, где рассказали, что они - беглые рабы. Как им удалось сбежать они тоже рассказали.
В ту ночь начал один, у него было предчувствие чего-то нехорошего и он долго не мог уснуть. В очередной раз пробудившись от беспокойного сна, которым он смог забыться, он почуял, что рядом кто-то стоит в темноте, почуял дыхание и оно было холодным. Стало жутко.

Глава 3

С одной стороны я начал понимать, что происходит, но с другой... ни черта я не понимаю. Два война что минуту назад хотели прирезать меня и свято верили, что никто им не помешает сейчас стояли на коленях и взывали ко мне как к божеству. То что я "вызвал огонь" до меня дошло, могло ли это действие повлиять на их поведение? Конечно же, могло! Но вот оно ли стало решающим?
Они назвали меня тем, кто пришёл помочь им справиться со Злом, что они сами впустили в мир...
Уже само появление воинов, одетых в римские доспехи было фантастично и невероятно. Предположим, это сон, но, чёрт побери... он такой правдоподобный и я могу свободно мыслить и думать!
- Господин - начал один из воинов, кажется это был воин по имени Лукор - Мы не причиним вреда Войну Света, мы посланы Панкратионом Лестатом разыскать трактирщика Рубиуса.
Нужно было что-то сказать, но я не знал, что именно. В голове крутились тысяча вопросов, но, судя по всему, ответы на них я не получу и придётся импровизировать.

Настя сильнее сжалась в кровать; одеяло потихоньку стало подниматься в районе ног, будто змеи, расползающиеся по всему телу; пружины начали скрипеть, давая понять, что произойдет.
Настя прикусила губу, пытаясь не закричать, но не удержалась и маленький, совсем короткий звук визга прорезал ночную тишину.

В это время Он уже наполовину вылез из-под кровати, находясь на её верхнем основании, возле ног подростка, пробираясь под одеяло.
Настя ощутила ужасное чувство омерзение, когда он проскальзывал через её ноги, возвышаясь все выше; она уже жалела о том, что легла боком, так как своим большим весом этот монстр давил на все её органы и ребра, вызывая дискомфорт, а затем боль.
Страх и чувство беспомощности сковали её тело, словно гигантская анаконда и так же, как змея кусает свою жертву, этот «нечеловек» развернул девушку на спину, наваливший на неё своим весом.

Настя сильнее сжала крестик в правой руке, не открывая глаза и пытаясь хотя бы мысленно отстраниться от этого мира. Наконец в комнате появился запах гнили, перебивающий зловоние постоянного перегара (даже такая альтернатива казалась более приемлемой, чем постоянный смрад сигарет и водки).

И тут же я услышал голос за дверью.
- Подожди, Лукор, трактирщика не убивать, нам он нужен живым.
- Зачем он нам?
- Я заплатил 500 монет, чтобы узнать, где находится тот, кто своими глазами видел проклятые артефакты. Он приведёт нас туда.
Я затаил дыхание. "Кто эти люди? О чём они говорят, какой трактирщик? Уж не Соболев ли? А что за артефакт и... стоп, какие, к чёрту, 500 монет? Мне показалось или, но как бы то ни было, мне нужно было спрятаться, но я не знал куда. Эти головорезы, кто бы они ни были, сейчас войдут и они явно не настроены дружелюбно. Только я решил спрятаться за дверью, как в магазин ворвались...
Это были люди, одетые в доспехи и напоминали людей из Рима, римских воинов из истории. Это были два дюжих воина с мечами в руках и шлемами. Я стоял в полном шоке и непонимании происходящего. Выражение моё было сродни "Эээ, ребята, вы чего?". А эти два здоровяка вмиг, увидев меня, шагнули ко мне.