Когти тьмы 2: Чужая кожа

Он потянулся к замку. Металл был ледяным, обжигающим пальцы. Билли повернул "барашек", но тот не сдвинулся ни на миллиметр. Он навалился плечом. Дверь словно срослась с косяком.
— Я же сказала, — Анаша сделала шаг из тени. — Ты. Никуда. Не пойдешь.
Билли отшатнулся. Свет из окна упал на лицо его подруги.
На первый взгляд это была Анаша. Те же русые волосы, та же розовая толстовка. Но что-то было не так. Её кожа казалась слишком натянутой, блестящей, как восковая маска. А глаза...
Зрачки были узкими вертикальными щелями, пульсирующими в ритме дыхания. Желтая радужка затопила почти весь глаз, вытесняя белок.
— У тебя... у тебя линзы? — прошептал Билли.
Анаша улыбнулась. Её рот открывался всё шире и шире. Слишком широко для человека. Кожа на щеках натянулась до треска. В глубине глотки Билли увидел не человеческий язычок, а черную, извивающуюся бездну.
— Я так долго голодал в той тесной кошачьей шкуре, — прошипело существо, использующее рот Анаши. — Мне нужно мясо, Билли. Свежее, испуганное мясо.

Глава 2

Билли рванул в гостиную.
— Мистер и миссис Томпсон! — заорал он. — Помогите! С Анашей что-то не так!
В гостиной работал телевизор. Родители Анаши сидели на диване, уставившись в экран с помехами.
— Мам? Пап? — существо медленно шло за Билли, его шаги звучали тяжело, как удары молота.
Билли подбежал к дивану и схватил отца Анаши за плечо.
— Мистер Томпсон, очнитесь!
Мужчина медленно, со скрипом повернул голову. Его глаза были затянуты белесой пленкой, как у вареной рыбы. Изо рта тянулась тонкая нить паутины, приклеивающая его подбородок дивану. Его грудь едва поднималась.
— Они не слышат тебя, Билли, — пропела Анаша.
Она стояла в дверном проеме гостиной. Её руки безвольно висели вдоль тела, но пальцы... Пальцы удлинились. Ногти стали черными и загнутыми, как рыболовные крючки. Она провела ими по дверному косяку, оставляя глубокие борозды.
Скр-р-р-р-р...
Звук пробрал Билли до костей.
— Паутина, — прошептал он, глядя на отца Анаши. — Ты... ты что, паук?
— О, я принимаю множество форм, — хихикнуло существо. — Кот — это только оболочка. Девочка — тоже оболочка. Но внутри... внутри я всегда голоден.
Она прыгнула.
Это был не человеческий прыжок. Она взмыла в воздух, оттолкнувшись от пола всеми четырьмя конечностями, и приземлилась на потолок. Её волосы свисали вниз, как черные змеи, а голова повернулась на 180 градусов, глядя прямо на Билли перевернутым лицом.
— Беги, мышонок! — взвизгнула она. — Я люблю, когда еда сопротивляется!

Глава 3

Билли не нужно было просить дважды. Он швырнул в неё вазу с цветами (она легко увернулась, пробежав по потолку, как гигантская ящерица) и рванул на кухню.
"Задняя дверь! Там должен быть выход в сад!"
Он влетел в кухню, скользя носками по линолеуму. Подбежал к двери, ведущей на задний двор.
Заперто.
Билли дернул ручку. Заколочено? Нет, хуже.
Дерево двери и дверной косяк срослись. Словно кто-то расплавил их, а потом слепил в единую массу. Дверь превратилась в часть стены.
— Тупик, — прошептал Билли.
Сзади, из коридора, послышался влажный шлепок. Существо спрыгнуло с потолка.
— Знаешь, что самое вкусное в детях? — голос Анаши звучал теперь совсем низко, как рычание двигателя. — Их воображение. Вы представляете себе монстров, и от этого ваше мясо становится таким пряным...
Билли схватил с кухонной стойки большой разделочный нож. Рука дрожала так сильно, что лезвие плясало.
— Не подходи! Я... я тебя порежу!

Глава 4

Анаша-Демон вошла в кухню. Она уже не была похожа на девочку.
Одежда на Анаше трещала по швам. Ткань розовой толстовки лопалась, обнажая то, что было под ней. Но это была не кожа. Это было нечто серое, жесткое, напоминающее хитин гигантского насекомого, местами покрытое жесткой черной шерстью.
— Не подходи! — взвизгнул Билли и, зажмурившись, ткнул ножом вперед.
Лезвие вошло в плечо существа. Билли ожидал крови. Ожидал крика.
Но нож вошел в плоть с таким звуком, словно Билли проткнул мешок с гнилой тыквой — чвяк.
Существо даже не дрогнуло. Оно посмотрело на торчащую из плеча рукоятку. Из раны не текла кровь. Оттуда сочилась густая, черная жижа, похожая на мазут. Она пахла старым подвалом и плесенью.
— Ты думаешь, металл может повредить мне? — прорычала тварь. — Я — дух, одетый в мясо. Мне не больно, Билли. Мне смешно.
Рука существа — теперь это была длинная лапа с тремя узловатыми пальцами — метнулась вперед. Она выбила нож из руки мальчика, и тот со звоном отлетел в угол.
Билли оказался безоружен. Между ним и монстром было всего полметра.
Он увидел, как челюсть Анаши неестественно отвисла вниз, словно на сломанных петлях. Из горла вырвался длинный, раздвоенный язык, который начал ощупывать воздух, пробуя страх Билли на вкус.
Нужно было действовать. Сейчас или никогда.
Взгляд Билли упал на открытую банку с мукой на столешнице, которую мама Анаши, видимо, оставила перед тем, как впасть в транс.
Мальчик схватил банку и с воплем выплеснул всё содержимое прямо в лицо чудовищу.
Белое облако заполнило кухню.
Тварь зашипела и попятилась, раздирая когтями свои глаза. Мука забилась в ее ноздри и пасть.
— Гадкий червяк! — взревел демон.
Воспользовавшись секундой замешательства, Билли нырнул под длинными лапами монстра, проскользнул по линолеуму и вылетел в коридор.

Глава 5

Он бежал к лестнице на второй этаж. Почему наверх? Потому что входная дверь заперта, задняя срослась со стеной, а окна на первом этаже были забраны стальными решетками (папа Анаши очень боялся воров, какая ирония). Единственный шанс — окно на втором этаже. Можно выпрыгнуть на крышу веранды, а оттуда — на свободу.
Но дом менялся.
Пока Билли бежал по коридору, стены начали пульсировать. Обои стали мягкими и влажными на ощупь. Картины на стенах изменились: вместо пейзажей на них теперь были изображены искаженные лица кричащих детей.
Пол под ногами стал вязким. Словно Билли бежал не по паркету, а по огромному, длинному языку.
Шлеп-шлеп-шлеп.
Сзади слышался грохот. Демон оправился от муки и теперь гнался за ним на четырех лапах, сбивая мебель.
— Я слышу, как бьется твое сердце, Билли! Тук-тук-тук!
Билли взлетел по лестнице, спотыкаясь и хватаясь за перила. Перила были теплыми. Они дышали под его ладонью.
Он ворвался в комнату Анаши и захлопнул дверь. Задвижки не было. Он схватил стул и подпер ручку, как это делала сама Анаша в начале этой кошмарной истории.
Слабая защита. Очень слабая.
Билли подбежал к окну и рванул раму вверх.
Она не поддавалась.
За стеклом была не улица. За стеклом была сплошная серая мгла, в которой плавали какие-то белесые волокна.
— Нет, нет, нет! — Билли ударил кулаком по стеклу.
Дом больше не был в Блэквуде. Демон перенес его куда-то еще. В свое измерение.
В дверь начали ломиться.
Бам!
Стул отскочил на сантиметр.
Бам!
Дерево двери начало трещать. В верхней части появилась трещина, и сквозь нее просунулся длинный черный коготь. Он начал шарить вокруг, пытаясь нащупать стул.
Билли в ужасе попятился. Он оказался в ловушке.
Шкаф? Под кровать?
Бесполезно. Демон найдет его везде.
Вдруг его взгляд упал на вентиляционную решетку у пола. Она была старой, чугунной, но достаточно широкой, чтобы в нее мог пролезть худой мальчик.
Крак!
Верхняя петля двери вылетела с мясом. В образовавшуюся щель просунулась голова Анаши. Половина лица была человеческой, а вторая половина уже превратилась в морду черной кошки-демона с тремя глазами.
— Ку-ку, Билли!
Билли рванул решетку вентиляции. Она была прикручена, но от страха у него появились силы супергероя. Он рванул металл на себя, срывая ногти. Болты со скрипом вылетели из гнезд.
Билли нырнул в темную, пыльную дыру ногами вперед как раз в тот момент, когда дверь окончательно рухнула внутрь комнаты.

Глава 6

Он скользил по металлическому желобу вниз. Вентиляция была узкой, она сдавливала плечи. Здесь пахло пылью и чем-то сладковатым — запахом старых костей.
Он пролетел несколько метров и ударился ногами о поворот трубы. Замер.
Наверху, из дыры в комнате, донесся разочарованный вой.
— Ты думаешь, ты спрячешься в моих кишках? Я — этот дом! Я везде!
Билли пополз. Труба уходила вниз и вбок. Было абсолютно темно. Он ориентировался на ощупь. Металл был холодным и скользким.
Впереди показался слабый свет.
Билли подполз к следующей решетке и выглянул сквозь щели.
Он находился под потолком подвала.
В подвале горела одинокая тусклая лампочка, раскачивающаяся из стороны в сторону, хотя ветра здесь не было.
То, что он увидел внизу, заставило его зажать рот рукой, чтобы не закричать.
Родители Анаши не просто спали.
Они висели в воздухе, прилепленные спинами к стене огромной, густой паутиной. Их глаза были открыты, но абсолютно белы. А от их голов тянулись тонкие полупрозрачные трубки, уходящие куда-то в темноту, в самый дальний угол подвала.
Что-то в углу пульсировало. Огромный, живой мешок, похожий на сердце. Оно качало энергию из родителей.
"Это его настоящее тело, — понял Билли. — То, что бегает наверху — это лишь марионетка. А настоящее сердце демона здесь".
Билли попытался выдавить решетку, чтобы спрыгнуть вниз. Она тихо скрипнула и поддалась.
Он мягко приземлился на бетонный пол за кучей старых коробок.
Нужно было уничтожить это Сердце. Но чем? Нож остался на кухне.
Билли огляделся. На верстаке отца Анаши лежали инструменты. Молоток, пила, гаечный ключ... и паяльная лампа.
Старая, красная паяльная лампа с баллоном газа.
Билли на цыпочках подошел к верстаку. Его рука потянулась к лампе.
И тут он почувствовал дыхание на своей шее.
Горячее, влажное дыхание.
Он медленно обернулся.
С потолка, прямо над ним, свисала Анаша-Демон. Она держалась за балки когтями всех четырех лап, как гигантский паук. Ее шея удлинилась на метр, позволяя голове зависнуть прямо перед лицом Билли.

Глава 7

Билли схватил паяльную лампу и чиркнул зажигалкой.
Ничего.
— Газ кончился, малыш, — ухмыльнулась тварь.
Она разжала когти и рухнула на него, прижав к полу. Тяжесть была неимоверной. Билли чувствовал, как ребра трещат под весом монстра. Из пасти капала слюна, прожигая дыры в его футболке.
— Теперь мы поменяемся, — прошипел Демон. — Я возьму твое тело. Оно свежее, сильное. А ты... ты отправишься в Сердце. Будешь питать меня вечно.
Когтистая лапа поднялась, чтобы нанести удар.
Билли зажмурился, готовясь к концу.
Мяууу!
Пронзительный, боевой визг раздался из разбитого слухового окна подвала.
Черная молния метнулась через весь подвал.
Что-то маленькое и яростное вцепилось прямо в морду Демона.
— Аааарнх! — взревело чудовище, отпуская Билли и хватаясь за морду.
Билли откатился в сторону и вскочил.
На лице демона висел кот. Тот самый черный котенок, которого Анаша выгнала в лес месяц назад. Но теперь это был не просто котенок.
Его шерсть стояла дыбом, превратив его в колючий шар. Он рвал когтями глаза монстра, кусал нос, уши, визжа и шипя как сотня разъяренных змей.
— Уголек! — крикнул Билли.
— Убери это от меня! — вопил Демон, пытаясь сорвать кота. Но котенок вцепился намертво.
В суматохе котенок полоснул когтями по левому глазу чудовища. Из глаза брызнул зеленый свет.
И вдруг Демон замер.
Он перестал рычать. Его тело начало дрожать.
— Нет... — прохрипел он. — Не может быть...
Из пасти Демона, вместо рычания, раздался голос девочки. Слабый, далекий голос:
— Билли... Зеркало...
— Что? — крикнул Билли.
Котенок спрыгнул на пол и встал перед Билли, защищая его. У котенка на груди ярко светилось белое пятно-полумесяц.
Голос Анаши снова пробился сквозь рычание монстра, словно радиопомехи:
— Его сердце... в отражении... Разбей... не мешок... разбей отражение!
Билли посмотрел на пульсирующий мешок в углу. Рядом с ним стояло старое, пыльное трюмо. Зеркало было целым.
В зеркале отражался пульсирующий мешок. Но в отражении он выглядел иначе. В стекле это был не мешок, а маленькая черная шкатулка.
Билли понял. Демон спрятал свою душу не в мешке, а в отражении этого мешка. В зазеркалье.
Демон, вернув контроль над телом, отшвырнул котенка к стене. Уголек жалобно пискнул и затих.
— Замолчи, девчонка! — взревел он, ударяя себя по голове. — Ты моя!
Он повернулся к Билли.
— Отойди от зеркала!
Билли уже держал в руках тяжелый разводной ключ.
Он не стал бить монстра.
Он размахнулся и со всей силы швырнул ключ в старое трюмо.
— Нет!!
Ключ врезался в центр стекла.
Дзынь!
Зеркало разлетелось на тысячи осколков.
И в тот же миг пульсирующий мешок в углу лопнул, обдав стены черной слизью.
Демон застыл. Он посмотрел на свои руки. Черная хитиновая кожа начала осыпаться, как пепел с прогоревшей бумаги.
— Я... я таю... — прошептал он.
Его тело начало распадаться. Черный дым вырывался из всех пор. Он закричал, но крик превратился в свист ветра.
Через минуту на полу подвала лежала девочка Анаша. Обычная, в грязной, порванной розовой толстовке. Она не шевелилась.
А в углу черный котенок медленно поднял голову и посмотрел на Билли.
Билли подбежал к Анаше.
— Анаша! Дыши!
Она не дышала.
Он приложил ухо к груди. Тишина. Сердце не билось.
Билли поднял глаза. Родители всё ещё висели в паутине, но трубки отпали. Они начали стонать, приходя в себя.
— Анаша... — Билли потряс её за плечи. — Ну же! Мы победили!
Но девочка была холодной. Демон, уходя, забрал её жизненную силу с собой.
Вдруг Билли почувствовал мягкое прикосновение к ноге.
Котенок. Уголек подошел к телу Анаши. Он хромал.
Он посмотрел на Билли своими желтыми умными глазами, потом перевел взгляд.

Глава 8

Билли смотрел на мертвое лицо подруги. Слезы застилали ему глаза, размывая очертания мрачного подвала.
— Нет, нет, так нечестно! — шептал он.
Родители Анаши наконец освободились от липких пут. Они с грохотом упали на пол, кашляя и отплевываясь.
— Анаша? — хрипло позвала мама. — Что случилось? Почему так темно?
Билли не ответил. Он смотрел на котенка.
Уголек, хромая, забрался прямо на грудь лежащей девочки. Он выглядел ужасно: шерсть опалена, одно ухо разорвано, лапы в крови демона. Но он не сдавался.
Котенок склонил голову к лицу Анаши.
Белое пятно в форме полумесяца на его груди начало светиться. Сначала тускло, как умирающий светлячок, потом всё ярче и ярче. Это был не электрический свет, а холодное, серебристое сияние, похожее на лунный луч.
Уголек открыл рот, но не мяукнул. Из его пасти вырвался маленький серебристый шар света. Он повис в воздухе на секунду, а затем медленно втянулся в приоткрытые губы Анаши.
Котенок судорожно дернулся, словно отдал последнее, что у него было. Свет на его груди погас. Он мягко, как тряпичная кукла, скатился с груди девочки и замер рядом с ней.
Тишина.
Даже капли воды перестали падать с труб.
Вдруг грудь Анаши содрогнулась.
Раздался резкий, каркающий звук — так вдыхает утопленник, которого вытащили на берег.
— Ххххх-ааа!
Анаша распахнула глаза. Они были обычного, карего цвета.
— Анаша! — завопил Билли.
Она закашлялась, схватившись за горло.
— Билли? — ее голос был слабым, но ее собственным. — Мне снился... такой плохой сон. Я была заперта в коробке... и там было тесно...
Родители подбежали к ней, обнимая и плача. Они ничего не понимали, но были счастливы, что дочь жива.
— Уходим, — сказал папа Анаши, оглядываясь на разгромленный подвал. — Срочно. В больницу, потом в полицию... Я чувствую запах газа. Этот дом проклят.
Билли наклонился и поднял Уголька. Тельце котенка было теплым, сердце слабо билось. Он был жив, но спал очень глубоким сном.
— Ты настоящий герой, приятель, — прошептал Билли, пряча его за пазуху.

Глава 9

Неделю спустя.
Осень полностью вступила в свои права. Ветер гонял по улицам Блэквуда сухие листья, закручивая их в маленькие смерчи.
Билли стоял у забора дома на Дубовой улице.
Дом снова был пуст. На газоне стояла табличка "ПРОДАЕТСЯ".
Родители Анаши не захотели провести здесь ни одной лишней ночи. Вещи были собраны и погружены в грузовик. Они переезжали в другой штат, подальше от старых особняков и лесов.
Анаша вышла к воротам, чтобы попрощаться.
Она выглядела здоровой. Даже лучше, чем раньше. Румянец на щеках, блестящие волосы.
— Буду скучать, Билли, — сказала она, пнув носком кеда опавший лист.
— Я тоже. Ты... ты как себя чувствуешь? Никаких кошмаров?
Анаша покачала головой.
— Спала как младенец. Врачи сказали, это был шок от утечки какого-то галлюциногенного газа из старых труб. Они говорят, нам всем померещилось.
— Ага, — буркнул Билли. — Галлюцинация, которая оставила шрамы на моей шее.
Анаша виновато улыбнулась.
— Прости. Я не помню, что делала. Это было как в тумане.
— А где Уголек?
Анаша показала на заднее сиденье машины отца. Там, в новой переноске, спал черный кот.
— Он стал таким тихим, — сказала она. — Почти не играет. Просто спит и ест. Ветеринар сказал, у него стресс. Но мы его забираем. Он часть семьи.
— Анаша, поехали! — крикнул папа из машины.
— Ладно, мне пора, — Анаша протянула руку. — Спасибо тебе, Билли. Ты спас мне жизнь.
— Мы спасли, — поправил Билли.
Она забралась в машину. Двигатель зарычал. Грузовик тронулся, за ним поехал семейный седан.
Билли махал рукой, пока машина не скрылась за поворотом.
Он вздохнул с облегчением. Всё закончилось. Монстр уничтожен, девочка спасена. Хэппи-энд.
Билли повернулся, чтобы пойти домой.
И тут он заметил что-то на земле. Там, где только что стояла Анаша.
Это была мертвая птица. Воробей.
Он был совсем свежим, еще теплым.
Но странность была не в этом.
У воробья не было головы. Она была откушена. Чисто, одним движением.
Билли нахмурился. "Может, это местный кот?"
Вдруг его телефон дзынькнул. Пришло сообщение.
От: Анаша
Билли открыл его. Там было селфи из машины.
Анаша улыбалась в камеру, показывая знак "Виктори" пальцами. Солнце падало на её лицо.
Билли приблизил фото, чтобы рассмотреть её улыбку.
Холод, ледяной и колючий, пронзил его желудок.
На фотографии, в уголке рта Анаши прилипло крошечное, едва заметное серое перышко.
А ниже был текст сообщения:
"Знаешь, Билли, ты был прав. Уголек действительно отдал мне всего себя. Теперь мы всегда будем вместе. Внутри.
P.S. Я чертовски проголодалась. Надеюсь, в новом городе много вкусных мышек. Мяу!"
Билли выронил телефон. Экран треснул.
Он поднял глаза на дорогу, но машины уже не было видно.
Только ветер выл в ветках деревьев, и этот вой странно напоминал довольное, сытое урчание.
Конец.