Страшилка

Глава 1

Щелчок дверного замка прозвучал как выстрел в тишине.
Билли застыл с надкушенным печеньем в руке. Он стоял посреди прихожей дома Анаши. Стены, выкрашенные в веселый желтый цвет, вдруг показались ему болезненно-бледными, словно старая кожа.
— Анаша? — позвал он. — Зачем ты заперла дверь?
Девочка стояла в тени лестницы. Она не двигалась. Её голова была слегка наклонена набок, под неестественным углом, словно шея была сломана, но каким-то чудом держалась.
— Чтобы мы могли повеселиться, Билли, — голос Анаши звучал странно. В нём слышалось бульканье, будто горло было забито мокрой землей. — Ты ведь любишь игры?
Билли нервно хохотнул.
— Слушай, если это прикол, то он не смешной. Мне пора домой. Мама ждет.

Я не боялся темноты.
Не боялся собак, врачей, смерти.
Я боялся кожи.

Не своей — чужой.
Боялся, что кто-то дотронется.
Положит руку мне на плечо.
Проведёт по спине.
Коснётся бедра.
Я боялся пальцев.
Тёплых. Медленных.
Особенно с родинкой на запястье.

– Да, над этим мразь особо постаралась.
Сказал Козырьков, глядя на до ужаса искромсанное тело Толика. Убийца бросил его недалеко от указателя на Лосиный остров.
– И за что он его так?..
Спросил Козырьков у Бакиева.
– Ну, а сам не видишь? Стон айленд, адидас, в анальном отверстии перочинный ножик по толстую кишку, во рту грязь и сигареты. Явно был гопник. Как его там?
– Анатолий Петренко. 17 лет. Жил в Люберцах, держал южную часть городка, с Солнцевской шпаной хорошо знаком. Наркоман и алкаш. Но зато мастер спорта по боксу и кандидат в мастера по самбо.
– 17 лет? Он выглядит на все 20! Боксер, еще и подкаченный. Даже не представляю себе, с каким зверем нам предстоит встретиться. Ладно, хрен с этим зверем. Осмотри местность вокруг, может, найдешь что.

Мариша жила в бедной деревенской семье. Помимо нее под одной крышей ютились еще пятеро детей и потому младшие всегда донашивали одежду за старшими. Будучи одной из самых маленьких ребятишек в семействе, она часто ползала с мамой на чердак, где стояли шкафы и висели на потолке тюки с одеждой, чтобы взять "обновки" для себя.

И в тот раз они с матерью залезли на чердак, и Светлана достала Марише хоть и старенькие, но такие милые желтые ботиночки с синтепоновой прослойкой. Девочке они ужасно понравились, и та с нетерпением ждала, когда же можно будет их надеть на прогулку.

Уже на следующий день мама пошла с дочкой в магазин за продуктами, но прогулке их не суждено было продлиться долго... Весь путь Мариша сначала тихо, а затем заметно капризничала, жаловалась и порой даже плакала, говоря о дискомфорте, который после же перерос в боль и сильнейший зуд. "Мамочка! Мне в ботиночках ногам больно!" - слезно смотря на маму проговаривала девчушка дергая маму за рукав, но последняя ничего не могла сделать. На улице было слишком холодно и потому снять обувь девочка не могла, но и нести ее Светлане не представлялось возможным, ведь путь был ужасно длинным, да и дочери было уже 10 и хрупкая ее мать не смогла бы ее даже поднять.

После того как люди узнали, что произошло в таверне «Рыбья чешуя», она стала в десять раз популярнее. Всем хотелось побывать и выпить в месте, где произошло убийство. Все-таки странный у нас народ...

Корке больше не справлялся сам, и ему пришлось нанять девушку-разносчицу Зоню. Теперь похлебку и эль приносила длинноногая брюнетка.
Юлена также наняла новую служанку Одру, такую же белокурую, как была Вива. Только эта девушка не предлагала запрещенные услуги. Хотя она была и не против подзаработать немного соли, но хозяйка напрочь запретила заниматься непотребством.

Ванностр воздержался от сегодняшнего предсказания и предпочел вообще не появиться на городской площади.
Зато Юворин вовсю продавал свои ожерелья, на которые спрос рос, кажется, с каждой секундой. Неужели он был прав, и вскоре эти блестяшки станут дороже мировой валюты в виде соли и гречхи?

Девятнадцать, двадцать пять,
Лет тебе неясно сколько,
По глазам не сосчитать,
Голову ломаю только.
Сегодня синий, завтра серый,
Цвет глаз твой словно прячется от нас
И себе, не зная меры,
Исчезает вовсе враз.
Тебя я вижу утром каждым,
Образ твой навек запомнил,
Но недавно только понял,
Что казалось мне неважным,
Цвет кожи бледный твой.

Водная процедура

Пронзающий скрип двери, в тёмную ванную проникли лучики света из кухни. На неосвещённой стене я нащупал выключатель, нажал на кнопочку и включил свет. Я прошёл в комнату, снял с себя всю одежду и залез в ванну.
Я медленно открыл кран, вода стремительно вылилась мне на голову. Тонкие струйки воды словно сливались в одну мощную волну, что била сильным потоком, увлажняя всю мою кожу. Сегодня выдался довольно тяжёлый день, остаток которого я хотел бы провести лёжа на диване и просматривая любимые сериалы на очередном стриминговом сервисе. Но для начала нужно было закончить водные процедуры, так как, признаться честно, воняло от меня довольно дурно. Трудно было описать, что за запах шёл от меня — то ли пот, то ли сальные волосы издавали такие вот благовония, но всё же, они были, а задумываться как и откуда они были мне явно не хотелось. Хотелось просто поскорее принять горячий душ, смыть с себя все эти неприятности и со спокойной душой выйти и заниматься своими делами.

Этот "Сосед" приходил ко мне, когда мне было 10. Потом он перестал появятся, он всегда приходил с маленькой коробочкой печенья, он был одет в белую рубашку и чёрные брюки. Он приходил и играл со мной. Однажды мама поинтересовалась - с кем я играла на протяжении года. Я всегда отвечала:
- Со своим лучшим другом!
- Но здесь только мы.
- Нет, мой друг тоже здесь! - Уже кричу на всю комнату я.
- Ну ладно...
Я посмотрела в то место, где был он. И он никогда не говорил своего имени, но говорил, что я могу звать его Коля.
Мама готовила ужин, я ждала появления своего друга и ничего не ела. Но он так и не пришёл. Через 2 года я забыла о нём. Но мама рассказала, что это был за "Человек".

Сначала включился свет...
Без всякой на то причины, видеокамеры начали записывать. Что-то невидимое стало дергать нити, которые заставили двигаться лежащих на полу марионеток. Движения были резкими, заставляли кукол выворачиваться во все возможные стороны... Раздались крики, противный хохот. Из какого-то ящика потек ручей крови...
Свет выключился. Прекратились крики и другие посторонние звуки...

Босые ноги почувствовали теплую кровь... Свет вновь включился. Пол был залит алой жидкостью. Из крови поднялась марионетка скелета. Удивительно, но тот был сухим и казалось, что совсем не искупался в вязкой жиже.
Челюсть скелета раскрылась, после чего марионетка с жутким визгом бросилась вперед...

Сьюзан вскочила с кровати. Оглядевшись, она обнаружила себя в своей квартире, после чего вытерла холодный пот со лба и вновь рухнула в постель. Тяжело выдохнув, Сьюзан перевернулась на бок и уставилась в окно. Одинокие темные ели стояли за окном, ярко светила луна, взлетела большая птица.
«Что же это только что было?» — думала женщина смотря на ночной лесной пейзаж у себя за окном. Она закрыла глаза и вновь попыталась уснуть. Хотя, после такого, Сьюзан не могла уснуть в принципе, поэтому пришлось встать с кровати и отправится на кухню.

Я очень боюсь леса...
Это было не всегда, случилось это когда мне было 6 лет.

В то лето родители отправили меня к бабушке в деревню. Дом был обычный деревянный. Большой огород засаженный картофелем и обсаженный, как мне тогда показалось, бесконечными кустами смородины. А за огородом начинался лес, точнее тайга.
Скучать мне не пришлось. Меня сразу приняли в свою компанию местные ребята. Днём мы как стая воронят воровали в саду у местных жителей яблоки, груши, сливы и много других фруктов. А по вечерам мы собирались у костра и рассказывали местные байки. Не обходилось и без местных страшилок: об утопленниках, о призраках. И не обошлось без легенд про лес: о бабе яге, волках-оборотнях и многих других. Больше всех историй знал Лёха, почти всегда он рассказывал самые страшные и интересные истории. Слушали мы его открыв рот, а Лёха, по завершению рассказа, закуривал папиросу и сидел довольный собой.

Тот день не предвещал никакой беды. Как обычно мы вечером собрались у костра и рассказывали страшные истории. Разошлись мы как обычно за полночь.