Страшилка

Леонид всегда считал себя удачливым человеком. Его жизнь была полна триумфа: успешный бизнес, шикарный двухэтажный дом, коллекция драгоценных камней и металлов, о которых многие могли только мечтать. Но, несмотря на все эти достижения, он не мог найти счастья в личной жизни. После развода с первой женой, его сердце оставалось пустым, пока не встретил Марину. Она была яркой, амбициозной и, казалось, идеально подходила ему. Однако у их счастья была одна большая тень — 16-летняя дочь Леонида, Алиса. Девушка не могла смириться с тем, что её отец выбрал новую спутницу жизни. Марина, с её безупречным стилем и манерой общения, вызывала у девушки лишь неприязнь. Она игнорировала её, стараясь избегать общения, и каждый раз, когда Марина пыталась наладить контакт, Алиса отвечала холодным молчанием. В глубине души она чувствовала, что новая пассия отца не просто хочет занять её место, но и избавиться от неё.

Однажды, когда Леонида не было дома, на кухне разразилась буря. Марина, облачённая в дорогой костюм, с ярко накрашенными губами и новомодной укладкой, которая идеально подчеркивала её черты, стояла напротив Алисы. В её руках была кристаллизация из небольшой бусинки — тот самый камушек, который она долго искала. Он сверкал на свету, как будто насмехаясь над её бедами.
— Ты украла моё ожерелье. — Выпалила женщина, её голос звучал как раскат грома. — Я знаю, что ты его продала или сдала в ломбард.

Описание.
Вечерний ужин в особняке сенатора Артура Пруитта обернулся трагедией. В разгар трапезы, к ужасу присутствующих, сенатор внезапно скончался. На место происшествия прибыл инспектор Кристофер Дюваль. Опытный сыщик сразу почувствовал неладное. Слишком уж гладко всё выглядело, слишком уж естественной казалась смерть. Дюваль, обладая острым умом и интуицией, быстро пронял: за фасадом «естественной гибели» скрывается тщательно спланированное убийство. Кто мог желать смерти влиятельного сенатора? И главное — как было совершено это коварное отравление? Расследование только начинается.

Пять лет. Пять долгих, тягучих лет, наполненных ароматом полированного дерева, приглушённым шелестом дорогих тканей и едва уловимым запахом власти, пропитывающим стены этого величественного особняка. Элизабет, или просто Лиззи, как её ласково называл старый мистер Артур, обеспеченный сенатор, знала каждый уголок этого дома, каждый скрип половицы и оттенок света, проникающего сквозь витражные окна. Она была тенью, бесшумной и незаметной, но в её глазах, цвета осеннего неба, таилась сталь, закалённая годами терпения и продуманной стратегии.

Описание: В сумраке древнего храма, Иара, отважная исследовательница, пала жертвой демонической змеи. Яд, пропитанный тьмой, мгновенно проник в её кровь, открывая врата для зловещего духа. Теперь в её теле бушует демон, искажая разум и душу. Единственная надежда на спасение — древний ритуал, способный изгнать зло, но его проведение потребует невероятной силы воли и помощи верных союзников. Время истекает, и Иара должна бороться за свою жизнь, пока демон не поглотил её полностью.

Солнце, пробиваясь сквозь листву, рисовало причудливые узоры на траве. Отпуск вдали от городской суеты казался идеальным. Я искал Аню, свою девушку, которая отошла по нужде и затерялась где-то в этом зелёном лабиринте. Вдруг, за поворотом тропинки, я увидел её. Она лежала в высоком стоге сена, неподвижная, словно кукла, брошенная нерадивым ребёнком. Но не это заставило кровь застыть в моих жилах. Над ней, склонившись, стоял человек. Оборванный, грязный, с копной спутанных волос, он больше походил на лесного духа, чем на человека. Его губы шевелились, выплёвывая слова на непонятном языке, а руки совершали странные, ритмичные движения.

Вентиляционная шахта гудела, словно утроба старого дома, пропитанная пылью и запахом запустения. Мышонок Рикки, маленький комочек серой шерсти с большими, настороженными ушками, мчался по её узкому коридору. Его крошечное сердечко колотилось, как выпорхнувшая канарейка. Шёрстка на его спинке взъерошилась от страха, а длинный, тонкий хвостик хлестал по металлическим стенкам, отбивая нервный ритм. Его глаза, два блестящих уголька, жадно впитывали тусклый свет, пробивающийся сквозь решётки воздуховодов. Рикки помнил, как прятался в тёмном углу кухни, за старым мешком с картошкой, когда увидел его. Хозяин дома. Сердитый, скаредный и грузный дядька с небольшим, но заметным животом, обтянутым клетчатой фланелевой рубашкой. Его лицо, испещрённое сетью красных прожилок, выражало вечное недовольство. Он стоял у плиты, помешивая что-то в огромной кастрюле и причитал скрипучим, раздражённым голосом:
— Как же мне надоели эти крысы! Вот бы поймать их, да сварить из них суп! Наваристый, жирный суп!

Сидит в баре грустный мужик, печально взирает на свой стакан. Тут в бар вваливается здоровенный амбал. Осмотрелся, к мужичку подвалил и одним глотком осушил его стакан. Мужичок уронил голову и горько зарыдал.

Детина, не ожидавший такого поворота, аж рот раскрыл. Похлопал мужичка по плечу:
- Да не убивайся ты, блин! Это же шутка! Я тебе следующий стакан оплачу.
- Да не понимаете вы, это мой самый худший день в жизни! Сначала я проспал. Пришел в контору, и меня с треском уволили. Вышел на улицу и обнаружил, что мою машину угнали. В полиции мне сказали, что вряд ли помогут. Пришлось домой на такси ехать, и там я забыл портфель со всеми документами и деньгами, а водитель, сволочь, сразу смылся. Дома застал жену в постели с садовником. Жена мне сообщила, что в постели я ни хрена не гожусь, и выгнала меня. Ну, я иду в бар, напиваюсь, и вот, когда я решаю порвать с этой жизнью, тут приходишь ты... И выпиваешь мой яд!

В маленьком городке, окружённом лесами, жила семья с двумя детьми — Артёмом и Лизой. Они обожали играть в прятки на заднем дворе, который граничил с лесом. Однажды вечером дети решили снова поиграть.
— Я спрячусь здесь, — прошептал сам себе мальчик, прячась в высокой траве. — А я — вон там, — сказала себе Лиза, прячась за большим деревом.
Но они забыли договориться, кто будет искать. Прошли минуты, часы. Тени сгущались, лес наполнялся странными звуками. Оба ребёнка сидели, надеясь, что их найдут.

Родители, Анна и Сергей, начали беспокоиться. Они звали детей на ужин, но ответа не было.
— Артём! Лиза! — громко окликнула Анна.
Тишина. Сергей взял фонарик и пошёл в лес. Но дети словно испарились. Ничего не оставалось как вызвать полицию.

Серые облака тяжело нависли над заброшенным городом, отбрасывая мрачную пелену на его улицы. Местные жители прятались в своих домах, волнуясь о своей безопасности, а ночные спасители плели свои тайные сети в предвкушении нового задания. Из темноты вышла Кейт — холодная смерть для оборотней. Лучший агент в секретном обществе истребительниц, она посвятила свою жизнь защите честных людей и охоте на зверей сомнительной морали. С её глазами, огненно красными в том свете, она осматривала улицы, ища следы тех, чей облик меняется на полной луне. Её оружие было тайным — арбалетом, созданным из древних технологий и откровений, чертежи которого были переданы из поколения в поколение и переданные только самым достойным. И стрелы, сделанные из серебристого металла, единственные, способные ранить этих неустанно преследуемых существ. На плече Кейт величаво украшала татуировка полной луны, символ её преданности к делу и постоянного напоминания о том, что она всегда под защитой лунного света. Но и не только это: татуировка придавала ей интуицию и силу, а боевые искусства, которым её обучили, делали её неуязвимой к ударам оборотней.

Тёмные небеса над замком Владык крови сверкали тысячами звёзд, словно бриллиантовыми иголками пронзая чёрную вуаль ночи. Внутри замка витала особая атмосфера, исполнявшаяся волнующими шёпотами и шуршанием шёлковых платьев. Вампирские владыки и могущественные вампиры собрались на величественный приём, чтобы отпраздновать своё вечное существование и обсудить дела, касающиеся ночной империи.

В середине парадного зала, красовалась длинная бархатная скамья, где полулежала женщина, облечённая в роскошное чёрное платье. Это была Кристина - Королева вампиров, могущественный вампир из другого рода. Скоро она снова чуть не погибнет, но её рабы, преданные слуги и насыщенные кровью жертвы, отдавали ей свою жизненную силу, позволяя Кристине восстановиться и поддерживать своё могущество.

Владыки и вампиры, находящиеся в зале, ощущали присутствие Кристины, её силу и мощь, словно электрический ток пронизывал воздух. Аромат её присутствия был так притягательным, что владыки тяжело сдерживались, чтобы не помереть прямо там, восхищаясь её чарующим влиянием.

Мне снится, что я бегу по длинному, тёмному коридору, в конце которого горит тускло-жёлтый свет. Я приближаюсь к нему, и каждый раз, когда я приближаюсь, свет становится всё ярче и ярче, но это была лишь иллюзия, тускнея, как мотылёк. Наконец, я добираюсь до конца коридора и оказываюсь в большой комнате, где стоит стол и стул. Я сажусь на стул и слышу, как открывается дверь. Выходит мужчина, одетый во всё чёрное. Он подходит ко мне и говорит:
— Не бойся, — и садится на стол напротив меня. — Я помогу тебе. Я — твой спаситель.
Он протягивает мне руку, и я беру её. Он улыбается и говорит, что хочет показать мне свою работу. Он показывает мне фотографии. На них изображены люди, которых он убил. Они лежат на столе, и у каждого на лице застыла улыбка. Я был в шоке, когда он показал мне фотографию своего сына и сказал, что скоро я буду таким же. Потом он встал и подошёл к шкафу, открыл его и достал оттуда нож. Это был нож для масла. Он подошёл ко мне, взял меня за руку и положил нож на моё запястье. Затем он провёл лезвием по моему запястью, как дугой, порезав его, и кровь хлынула брызгами, багровыми каплями потекла на стол. Я закричал, глядя на кровь, вытекающую из моего запястья.

Лежа на крыше невысокого сарайчика, я любовалась на небо, темно-синее, холодное... солнце село совсем недавно, на горизонте еще маячила тонкая полоска зарева - это мое любимое время суток. Лучше может быть только летний рассвет.
Первые снежинки падали малюсенькими льдинками на ветхие доски, часть разбивалась о мои щеки. как ножом режет. В раннем детстве я обожала зиму, ходила "плавать" в сугробах, а мама не могла снять с меня валенки, доверху набитые снегом.

Так, о чем я?

Точно, лежу на сарайчике, ловлю щеками снежинки. Ветер уже поддувает под свитер, не оставляя мне и шанса полежать подольше на крыше из полусгнивших досок, что готовы провалиться под моим весом в любую секунду. Аккуратно приподнимаясь, бросаю взгляд в сторону большой ели в палисаднике. И тут холодный ветер пробирается прямо внутрь, к моим костям. Хвойные ветви не колышутся. Как и облысевшие кустарники. Как и всё, что может колыхать ветер в округе. Тело же мое сводит от холода, я чувствую кожей ледяное дыхание чего-то невидимого, чувствую
прикосновения шершавых пальцев на своей правой лодыжке. И тут же ощущение холода на теле сменяется жгучей болью, пульсирующей.