Страшилка

- Ты такая красивая... - Майкл шёл со мной, слегка приобняв меня за талию.
Я молчала. Я всё ещё думала о том, что он сказал мне.
- Я не знаю, как ты будешь терпеть этот обман. Мои чувства всё равно неискренние. - я смотрела вниз на мокрый асфальт, недавно шёл дождь.
- А быть с этой смертной лучше?! - он остановился, - Я предупреждаю тебя, Анабель, я не буду тебя ни с кем делить.
- Ты не можешь решать это за меня. Зачем я вообще тебе понадобилась? Оглянись вокруг! Любая девчонка захочет выйти замуж за предводителя Тёмных... - я прошла вперёд, а потом остановилась и повернулась к нему.
Он осмотрел меня, а потом спросил:
- Ты не замёрзла?
Я была удивлена таким вопросом. Вампиры не мёрзнут. Они мертвы, их сердца не бьются. Они всегда будут излучать вечный холод и чистокровные и обычные.
- Ты издеваешься?
Майкл хмыкнул и лёгким шагом стал приближаться ко мне.
- Это-то в тебе и завораживает. - он улыбался.
- Что? - я ничего не понимала.
- Ты слишком человечна. Ты так наивна и добра... Ты не такая как все эти избалованные девицы, те которые хотят выйти замуж за предводителя Тёмных... - он обнял меня и попытался поцеловать, но я оттолкнула его.
- Но я не хочу! - я начинала злиться.
- Но тебе ведь придётся. - он бесцеремонно прижал меня к себе и снова попытался поцеловать, но я вырвалась.
- Я задумывала эту прогулку в одиночестве. Спасибо, что проводил меня до города. До встречи. - я ускорила свой шаг.

Леша смотрел на друзей равнодушным, ничего не выражающим взглядом.
Он и глазом не моргнул, когда распахнулась дверь и в кабинет влетел Александр Денисович.
- Секретарша сказала, что вы здесь. Куда вы убежали?.. - его взгляд скользнул по монитору, затем уставился в спокойное лицо Леши. - Колесников... Не объясните?
- Разумеется, Александр Денисович, - бархатным голосом ответил тот. - Я как раз собирался рассказать все вот этим двум молодым людям, - он повел рукой в сторону друзей. В его движениях было что-то пугающее, равно как и в его голосе. Он невидящим взглядом посмотрел между Андреем и Сережей. - Я увольняюсь. Прямо сейчас.
Раздался громкий хлопок. Леша исчез.
- Упустили! - взвыл Александр. - Исчез! Испарился! А я вам говорил! Но кто же меня послушает... Я всего лишь помощник, проводник... Кто будет слушать проводника, который хочет всего лишь уберечь мир?! Спасти от Апокалипсиса!
- Проводник... Катя тоже говорила, что она - проводник. И диск украла она. И тот темный сгусток, который выскочил из окна - тоже она!
Сережа круглыми глазами смотрел то на начальника, рвущем на себе волосы, то на Андрея, который что-то лихорадочно бормотал себе под нос. Александр протянул обе свои руки Андрею и Сереже.
- Возьмите меня за руки, - попросил он. - А по пути я расскажу вам кое-что.
Друзья в который раз переглянулись, но руки взяли. Последнее, что увидел Андрей - это то, как их начальник превращается в черный дым...

Я хочу рассказать эту историю, дабы уберечь души тех смельчаков, которые желают играть с непознанным и необъяснимым. Мою душу уже не спасти. Я могу лишь предупредить, чтобы вы не повторяли моей участи.

Все началось с вечеринки у друга. Один из моих друзей рассказал об интересных данных статистических исследований суицидов в Америке, якобы 72% самоубийц звонили по телефонному номеру 666.
- Фуфло, америкосы вечно фигней маятся. Спорим на бутылку виски, что я позвоню и ни о каком суициде и речи не будет! - Таковой была моя реплика. Как же глуп я был тогда.

Я набрал с мобильного этот номер. Не было ни гудков, ни бесстрастного голоса автоответчика, лишь тишина с редким потрескиванием. Я с возгласом: "Я же говорил туфта это все", окончил вызов. Мы продолжили веселье, на следующий день я уже и забыл о своем поступке и, сидя вечером в интернете на спортивном сайте, ждал звонка от девушки и поэтому, не глядя на экран, взял зазвонивший телефон, лежащий возле системного блока. Принял вызов. Из поднесенной к уху трубки доносилось далекое шипение и вдруг раздался ровный женский голос:
- Ты превратил свою жизнь в ад.

Он закрылся рукой, опустил голову. Снова пристально посмотрел в окно. Что-то не так, здесь что-то совсем не так! Он выглядел очень уставшим и напуганным. Мне захотелось его утешить, поговорить с ним. Но вдруг... У меня зазвенело в ушах, взгляд не мог сосредоточиться на чем-либо. Тело стало очень тяжелым, все тянуло, тянуло к земле. В глазах потемнело, я видел какие-то блики, почувствовал дым. Мне слышался нечеткий гул голосов, лай. И сквозь это - невероятно громкий стук колес. Я будто бы падал в глубокий холодный омут и вдруг снова сижу в вагоне, у окна, рядом с другом. Он посмотрел на меня, кивнул. Он больше не выглядел измученным или уставшим, чего нельзя было сказать обо мне. Я был просто обескуражен.

- Эй, я здесь... я тут... я чуть в обморок не упал!.. - сказал я тихо.
- Просто началось... - прошептал Влад, глядя в окно.
Я посмотрел на ребят. Они сидели молча, даже не переглядывались. Просто смотрели далеко вперед, перед собой. Я хотел заговорить с ними, но они отвечали отрывисто, неясно, не желая продолжать беседу, будто кто-то вдруг отключил им волю. Мне стало неуютно. Ребята молчали.

В этой тишине поезд все мчался, пейзаж все оставался одним и тем же. Я решил взглянуть на часы.
14:49.
Это что, шутка? Может, они остановились?
Секундная стрелка на моих часах исправно тикала. Я удивился. Может, мне тогда просто показалось?
Секундная стрелка прошла полный круг. Но минутная даже не шелохнулась. Не двинулась, не дрогнула, осталась стоять на месте.

Здравствуйте, мои читатели. Мне 17, но я никогда не думала, что мне придётся пережить что-то подобное. Начну с небольшой предыстории, которая подведёт к самому главному.

Итак, был обычный субботний день, мои родители, как и родители многих, уехали на дачу, пообещав вернуться в воскресенье. Я же пошла с друзьями отмечать начало лета. Конечно, молодые, безбашенные, кровь в жилах кипит, поэтому не обошлось без музыки и приличного количества алкоголя. Я, имея проблемы с сердцем, всё-таки выпила немного. по-крайней мере, координация оставалась прежней и мозг продолжал работать в стандартном режиме, однако алкоголь дал в голову и всё-таки затронул давление.

Разошлись все по домам около 6 вечера. Придя домой и, поужинав, я села за компьютер. Как всегда моя подруга позвала меня в Скайп. Практически каждый день мы беседовали в Скайпе часами. Я, подруга и мой бывший одноклассник. Они оба помешаны на фильмах ужасов и хоррор-играх, я же тем временем люблю что-то более спокойное. И вот, начался наш разговор с типичного обмена новостями, плавно переходя к её любимой теме хоррор-игр. Думаю, многие прекрасно знают игру Surviver, отличный хоррор, который в сочетании со звуком и внезапностью может заставить заорать даже самого спокойного человека. Я, будучи продвинутым пользователем компьютера, всегда в микшере выключала звук только у Survivers'а, что позволяло мне спокойно в него играть, даже разговаривая по скайпу. Вот, поиграв в него немного через мультиплеер, присоединился к беседе и мой бывший одноклассник. Он нам рассказал про игру, основанную на известном хорроре Slender. Называется она Slender Sanatorium. Конечно же, все дружно её скачали. Сидя в скайпе и играя в неё было не так уж и страшно, ведь с моими друзьями любой хоррор превращается в комедию.

Приветствую тебя, вошедший.
Редко, редко сюда приходят, а уж тем более отсюда уходят гости.
И чего же ты так боишься?
Да, нынче нервные люди пошли.
И я ведь всего лишь попался тебе на глаза...
Я думаю, ты недолго пробудешь здесь...
Подумал бежать?
Ручка двери исчезла?
И что же ты делаешь?
Не ломай дверь!
И чего я всполошился, не выйдет ведь...
Может, ногой?
Ах, не вышло, странно...
Юли здесь нет, она в подвале... частями.

Воронцов потерял ощущение времени, припав к нежным девичьим губам. То самое чувство, давно забытое, шевельнулось в душе. Дикое волнение, на смену которому приходит не менее дикая радость, упоения моментом. Антон не ощущал такого, наверное, со времен своего первого любовного опыта в юности. Спустя показавшихся ему вечностью две минуты он немного отстранился от Лены, выравнивая дыхание. Медленно открыл глаза и невольно залюбовался ею - темными вьющимися волосами, распущенными по плечам, блестящими серыми глазами, соблазнительными губами. Девушка, наконец, открыла глаза, посмотрев на Антона как-то по-особенному. Будто в ее жизни наступило то самое долгожданное чудо, о котором она так мечтала. Будто другой мир, в существование которого Лена так верила, наконец явил свою сущность.

Разговаривать не хотелось. Наступил довольно странный момент. С одной стороны Лена и Антон слишком мало знали друг друга, чтобы вести долгие беседы. Но с другой стороны, между ними уже возникло особое притяжение, когда приятно просто находиться рядом и с удовольствием осознавать, как много времени впереди. Пришла радость зарождения отношений, самого первого шага навстречу друг другу.

- Лена, я не знаю, что мне делать, - прошептал Антон. Он имел в виду и поиски маньяка и сердечные дела.
Девушка тепло улыбнулась и погладила мужчину по небритой щеке.
- Все решится само собой, уверена. Так всегда бывает.
Антон крепко обнял Лену, будто заряжаясь ее уверенностью.
- Мне нужно съездить домой сейчас, а потом я вернусь на наблюдательный пункт, - сказал Воронцов. Почему-то он решил, что теперь вполне естественно будет рассказывать девушке о своих планах.
Лена кивнула.
- Только не надо бояться, я скоро.
- Я спать буду, поздно уже, - сообщила Лена.
Макс вылез из-под стола и громко мяукнул, будто обещая Антону, что обязательно защитит хозяйку в случае чего.

Ему нравится убивать, нравится ощущение силы и власти. Как хорошо, когда нож входит в горло жертвы. Тогда он вибрирует, становится почти живым и пьет, пьет свою любимую красную росу. И сам владелец этого чудо-ножа испытывает почти оргазм от удовольствия, от жажды выпить душу той неудачницы, которой приспичило прогуляться в сумерках по ЕГО любимому парку. И почти экстаз - когда облизывает стекающую с пальцев кровь. Тихий смешок и даже его тень растворяется в наступившей тьме.

Редко какая жертва успевает понять, что он стоит за ее спиной. Вот его не было - и вот он тут, делает короткий замах и новая кровь, брызнув маленьким фонтанчиком, напоит его и его нож.

В четверг, после нудного высиживания в офисе, где он занимал не самую последнюю должность, он спокойно вышел на улицу, окинул взглядом небо - "Будет дождь", отметил он про себя и пошел в ближайшую булочную. Пакет молока и пара рогаликов вполне могут удовлетворить его аппетит. А вечером... а вечером он соберет свою жатву. Вечером он будет сыт и доволен.

Хорошо!

История, может показаться не совсем страшной, но что-то на подобие заняло часть моей жизни около двух лет назад, мне тогда правда было не до шуток...

Каждый год на летних каникулах в июле месяце я уезжаю к папе в Комсомольск. Мне это никогда не нравилось, там у меня не было ни подруг, ни тем более друзей, я вседа тоскавала по дому, который находится в небольшом, но родном городишке на берегу моря. Как бы я не старалось открестить, мама буквально выпихивала меня с сумками в поезд, ссылаясь на то, что папа обидется. Мне едва исполнилось четырнадцать, конечно я хотела погулять, повеселиться, но такой возможности, как вы понимете у папы мне не предоставлялось. Если честно, в последние три года мне было буквально на него наплевать. Он разорился, потеряв свой бизнес, зарабатывая на жизнь сдавая квартиру.

Прибыв на вокзал, меня тёплыми объятьями встретил отец, чего нельзя было сказать обо мне. Он повёз меня в совершенно незнакомым путём, ссылаясь на то, что это сюрприз.

Мы приехали в однокомнатную квартиру (вторую квартиру). На вопрос, почему мы приехали сюда, папа ответил, что вдвоём мы и здесь поместимся. Я догадывалась о причинах столь невразумительного переезда: от однокомнатной квартиры прибыль была небольшая, поэтому папа решил сдать трёхкомнатную.

Василий лежал, привязанный к больничной койке широкими ремнями - за последние дни его головные боли усилились, больной метался и бредил. Вколов ему максимально допустимую дозу успокоительного, санитары ушли пить чай. Серые стены одиночной палаты психиатрической лечебницы, больше напоминающие карцер, скупо освещались желтоватым светом лампочки из коридора. Дыхание больного выровнялось и он уже начинал засыпать. Метнувшаяся по стене тень заставила его вздрогнуть и пробудиться.

- Василий...
- Снова ты, - обреченно выдохнул больной.
- Ты ведь знаешь, я от тебя так просто не отстану, - произнес голос. Холодный, будто неживой. Как у робота.
- Чего ты хочешь?
- А ты еще не понял? - казалось, невидимый собеседник усмехается.
- Бабы - зло, их нужно истреблять... - неуверенно начал Василий. Потом осекся. - Я просто сошел с ума. Тебя нет.
- Неет, друг мой. Ты меня не совсем правильно понял. Многие одинокие женщины - просто подарок для таких, как я. Мощный конденсатор отрицательной энергии. Как и душевнобольные. А еще лучше - два в одном, - больному послышалось, что его собеседник злорадно смеется. - Но оставим шутки. Зависть, отчаяние и другие чувства, присущие одиноким женщинам - идеальная квинтэссенция отрицательной энергии, которой я питаюсь. За счет нее моя сила растет. А лишая их жизни, я поглощаю их души. Хоть теперь-то ты понял?