Страшилка

- Очень даже уютненько! Здесь мы перекрасим, в гостиной переклеим обои, а спальню с юговосточной стороны сделаем под детскую. Вот тогда и заживем! - строила планы на будущее, молодая мисс Фостер.
Больше всего этой покупке загородного домика радовалась моя мама. Она в скором времени должна была родить мне братика и идея с покупкой была ее. Мой отец, как любящий муж, просто потакал ее прихотям и считал эту затею "единственным более-менее нормальным капиталовложением, которое сделала твоя мама за последние годы нашей совместной супружеской жизни". А лично мне дом не нравился. Какой-то чужой и мрачный. Надеюсь, золотые руки моей матери сделают его таким же уютным, как и наша прежняя квартира.
В первую очередь я выбрала себе комнату. Мой взгляд упал на маленькую комнатушку с двумя окнами, которые, я надеюсь, внесут хоть каплю ярких цветов в эти унылые стены. У меня складывалось впечатление, что прежние хозяева сбежали из этого дома, а мебель, книги и картины тоскливо их ждут. Мне даже на минуту показалось, что от нашего приезда они немного повеселели. После того, как я привела свою комнату в чувство, я решила прогуляться по саду. Пение птиц очень подняло настроение, а свежий чистый воздух вызвал аппетит и я была очень рада, когда мама позвала за стол.
- А сегодня у нас на обед твой любимый суп и мясо по-французски - быстренько протараторила мама. - Вижу сияющую улыбку! Знала, что тебе понравится такое меню.
И она была права. Мало того, каждое ее блюдо - это своеобразный кулинарный шедевр. Не удивительно, почему папа женился именно на ней.

Я слушаю, как на соседнем сидение раздаются всхлипы моего младшего брата.
Он отвернулся лицом к окну. До дома оставалось около километра.
- Куда мы едем?
- Домой, - Ответил я
- Почему ты убил их и не тронул меня? - спросил Сережа.
- Я никого не убивал! - заорал я на своего брата.
К горлу подступала горечь.
- Мама позвонила мне и сказала, что вам нужна помощь.
- Ты сам пришел, тебя никто не звал.
Я чувствую, как у меня начинается истерика. Я пытался сдержаться, но мне становится все тяжелее и тяжелее контролировать себя.
- Что ты будишь делать со мной, когда мы приедем?
- Не знаю.

Я открываю дверь квартиры и захожу в нее. За мной входит мой брат. Я снял пальто и ботинки, отвел его в большую комнату и попросил подождать там. Я пошел на кухню и достал пачку снотворного. Я уже хотел положить таблетки в рот и услышал, как мой брат набирает номер на телефоне. Я мигом вернулся в большую комнату и выхватил телефон из рук Сережи. Каким дебилом нужно быть, чтобы оставить его одного.

Приехав на место (к воротам городского парка), мы вышли из автомобиля и быстро пошли к своей группе. К счастью, они оказались недалеко, в трех минутах ходьбы от ворот. Труп был обнаружен в кустах. Но я, присмотревшись, выявил кой какие странности. Как и Иван, кстати. Девушку убили не в кустах, об этом говорили следы волочения. Скорее всего, на объект напали около скамеек или же, на них. После чего ее убили и отволокли в кусты. Я поделился своими соображениями с коллегами.
- Герман - позвал меня Иван - Подойди-ка.
Я подошел к нашему эксперту и он мне протянул использованный железнодорожный билет на поезд дальнего следования, в котором было помечено: Поезд 38. Станция отправления: Харьков, 18:30, 17.07.2005 станция прибытия: Москва 15:20 18.07.2005.
Дроздович Александра Валерьевна.
- Она - гражданка Украины - сказал я - Скорее всего, поступать приехала. Вот и нашла свою смерть от рук этого ублюдка. Бедная девочка - закончил я - С родней связались?
- Еще нет - ответил один из оперов - Но на наш запрос откликнулись наши коллеги из Украины, из Харькова. Выслали к нам своего человека, прибудет завтра. Вам, Герман, надо будет встретить того милиционера днем, 36 поездом, в 15:15. Курский вокзал.
- Хорошо, встречу - ответил я - Вот кому надо так жестоко убивать? - спросил я скорее себя, чем коллег.

Джессика Кэррингтон (Jessica Karrington)
Джесс была бы обычной девушкой, если бы не её странность. Она утверждала, что она видит духов, призраков. Мы с ней живем в одном дворе, я знаю её с раннего детства. У неё светлые волосы, голубые глаза. Её родители погибли в автокатастрофе когда ей было 13 лет. С тех пор все и началось. Она постоянно будто "летала в облаках". Смотрела в стену, разговаривала с кем-то невидимым. Первые полгода она пыталась меня убедить в том что она видит то, чего не видим мы. Но вскоре она поняла что все четно.
Она жила с тётей. Тётя не любила её, всё как в старой сказке: Злая Мачеха и труженица падчерица... Мы с ней учились в параллельных классах и часто пересекались в школе. У неё не было друзей, все считали её странной. Она была как-то отдаленна от всех...

Уильям Аддамс (William Adams)
Уил тоже обладает некими странностями. У него нервный тик. Он может посреди урока начать раскачиваться в стороны. Учителя привыкли к этому, но дети остерегались его. Мы с ним сидели за одной партой, я не боялась его. Я понимала, что он не специально это делает, что у него такая болезнь. У него каштановые волосы, зеленые глаза. Он худощавого телосложения.

00:40.
- Неужели мне придётся его искать? - сказал я вслух.
- Кого его? - спросил мужчина
- Узелок.
- Слушай. Нам надо поговорить о кое - чём. Давай зайдём ко мне в дом, он у меня не далеко.
- Ну, идёмте.

Зайдя в дом мужчины, которого кстати я вроде уже видел, он посадил меня за стол, начал заваривать мне чай и по мере прохождения этого процесса мы разговорились.
- А вы кто? - спешно просил я
- Меня зовут Михаил Аркадьевич, но ты можешь звать меня дядя Миша.
- Очень приятно - сказал я пожимая руку дяде Мише - Меня зовут...
- Не говори. Я знаю как тебя зовут.
- Откуда?
- Об этом я и хотел с тобой поговорить.
Дядя Миша пододвинул к столу второй стул, присел и мы начали беседовать. Вообще на выгляд ему было лет 40-45. Седая борода, голова практически без волос. Голос низкий, от которого иногда у меня "шли мурашки по коже". Говорить с ним был возможно, но частенько страшновато. Да и само лицо мне было уже знакомо. Я уже его где-то видел.

В каждом из нас есть светлая и темная сторона...
Осеннее солнце лениво катилось к горизонту, одаривая жителей маленького городка еще теплыми лучами, напоминая об ушедшем лете. Середина октября. Золотая пора. На улице было довольно тепло и сухо, а в воздухе витал запах преющей листвы. Я не спеша шагал по тротуару, загребая ногами желтые кленовые листья. До дома можно было добраться на автобусе, но в этот вечер хотелось прогуляться. Вообще я редко прогуливался на свежем воздухе, так как на это просто не хватало времени. Совмещать учебу и работу было крайне не удобно и домой я приходил, в основном, чтобы выспаться. Солнечный диск уже скрылся за горизонтом, придавая еле заметным перистым облакам багровый оттенок. Было довольно людно в этот вечер, кто-то спешил домой после тяжелого рабочего дня, кто-то торопился на ночную смену, кто-то выгуливал собаку. На скамейках вдоль тротуаров сидели влюбленные парочки, о чем-то мило болтая.
Особого внимания я ни на кого не обращал, погрузившись в мысли, я мирно топал в свой район, не замечая ничего вокруг. Обыкновенная городская суета, которая уже порядком надоела за время обучения в колледже. Начался последний, финишный год учебы и нужно было потерпеть совсем немного. Пройдя еще около километра, я заметил, что стало как-то подозрительно тихо и лишь остановившись на светофоре я оглянулся по сторонам. Вокруг было пусто. Ни людей, ни машин видно не было. Между тем стало уже совсем темно, а улицы начал застилать густой, желтый от света фонарей, туман. Я на всякий случай еще раз поглядел в обе стороны дороги и смело шагнул на белую разметку "зебры".

История, которую я хочу вам рассказать, произошла более десяти лет назад, в 2004 году. Все началось с того, что я, в силу сложившихся обстоятельств, оказалась в глубокой финансовой заднице и следуя совету знакомой, решила сдать на пол-годика комнату.
Жила я тогда одна, в стандартной малогабаритной двушке-распашонке, одна комната 13 метров, другая 18. Маленькая комната служила спальней, большая - гостиной, но небольшая перестановочка превратила их в две вполне функциональные жилые комнаты. Себе, конечно, я оставила комнату побольше. С жильцами проблем не возникло, племянница знакомой, милая, скромная девушка Настя, как раз подыскивала жилье поближе к институту. В общем, все складывалось достаточно удачно, мне торжественно вручили задаток и через две недели Настенька должна была переехать ко мне, а я пока собиралась наслаждаться одиночеством.
До перестановки я спала в маленькой комнате, которая находится как бы внутри квартиры, теперь же моя кровать стояла большой комнате, у стены, граничащей с соседями. В первую же ночь я проснулась от странных звуков за стеной, какие-то непонятные постукивания, как будто кто-то ползает вдоль стенки. Животных у соседей нет, мыши в панельном доме на 9 этаже тоже наврятли заведутся. Поразмышляв еще немного о возможном источнике разбудивших меня звуков, я благополучно задрыхла дальше.
Загадочные звуки будили меня еще пару ночей, а затем я просто перестала обращать на них внимание и спала как младенец.
За стенкой у меня живет довольно колоритная пожилая пара. Безумно представительный дедуган, Герман Львович и его супруга, Нелли Игоревна, маленькая, живенькая старушонка, вечно сдувающая пылинки со своего благоверного и восхваляющая его достоинства по поводу и без оного. Я о них практически ничего не знаю, даже об их возрасте имею лишь приблизительное представление, знаю только, что оба в прошлом медики, хирурги и то, что около двадцати лет назад, практически сразу после переезда в наш дом, они пережили страшную трагедию, их маленький сынишка пропал без вести. Ребенка так и нашли. Учитывая, что ребенок был очень поздний, о других детях им мечтать уже не приходилось...

Коридоры все тянулись и тянулись вперед и непонятно было: как в таком небольшом здании может быть так много переплетений? Для чего они здесь? Кто построил этот кошмар и с какой целью? А может быть коридоры не такие уж и длинные, а это просто я хожу кругами? Я не боюсь умереть здесь, но мысль, что эта чистая душа, лежащая у меня на руках, останется здесь, повергает меня в ужас. Все эти грязные стены вводят сознание в какой-то транс, уныние... Я ненавижу стены. Эти грязные стены...

Мой взгляд опустился на девушку, что я несу на руках - она такая легкая, я почти не чувствую её веса, а вот мое тело кажется таким тяжелым... Её прекрасные рыжие волосы потускнели, да и милое детское лицо стало каким-то серым и тусклым, словно стало тоньше. На её руках остались красные полосы стертой ремнями кожи - от этого зрелища на мои глаза наворачиваются слезы... Я не могу дальше идти, я слишком устал - мне нужно отдохнуть. Встав возле стены, я тихо сажусь на пол, не отпуская мою спасительницу. Глаза... Они закрываются сами собой. Как же хочется спать, бросить все и уснуть... Я был готов провалиться в пучину желанного сна, когда меня вырвал из неё звук чего-то металлического, упавшего на пол. Я не сразу догадался, что это было: осмотревшись я не увидел ничего, но потом мой взгляд упал на маленький предмет, лежащий подле меня. Это маленькое колечко выпавшее из моего кармана. Я беру его свободной рукой, а второй продолжаю прижимать к себе Сероглазую. Такое красивое и живое, в отличие от этих стен, но оно не подходит мужчине. Осторожно, словно боясь навредить своими мыслями, я взглянул на девушку. Может это и ребячество, но мне от этого точно будет легче - я аккуратно надел колечко на её указательный палец. Оно так идет ей, так идет... Нужно двигаться дальше. Я снова иду по этим коридорам, снова вспоминаю, как ненавижу стены...
Чудо ли это? Я вижу дверь! Это выход? Не знаю, но как же до неё далеко...

Казалось, что небо плачет вместе с нами.
Толпа людей, одетых в черное, судорожно вздрагивали плечами в ритм падающим каплям. Казалось, что в мире нет ни одного цвета, кроме черного. Мир потерял частичку себя. Потерял Риту Эванс.
Ее фамилия уже сегодня должна была звучать иначе. Рита лежала в пышном белом платье, ее ярко рыжие волосы ярко выделялись на фоне всей этой тоски, а лицо играло румянцем. Слабо верилось, что в ней нет жизни.

Я с Ритой познакомился в библиотеке моего университета. Сразу при встрече она призналась, что выпускница старшей школы и ее отец, работающий в моем университете, выбил ей пропуск. Сначала Рита все объясняла тем, что в свое время, из-за болезни, пропустила достаточно много, но потом рассказала истинную причину. В тот день она прибежала ко мне вся в слезах, ее тело бросало в дрожь, а речь была невнятной.
- Сэм... Сэм... они убьют... меня... они...
- Бог ты мой, Рита, что с тобой? Усаживайся, дорогая моя, сейчас я принесу воды и успокоительного и ты мне все расскажешь, хорошо?
Она кивнула головой.
Успокоившись, Рита коротко рассказала мне о происходящем.

Деревня Шибсу. Обыкновенная казалось бы деревня, небольшая, каждую неделю сюда приезжали торговцы и продавали всё, от безделушек до продуктов питания. Но на окраине деревни была построена небольшая школа, под видом магазина для рыбалки они тренировали будущих ниндзя. Каждый закат, все ученики и учителя выходили на улицу для тренировок. У самого мудрого учителя было два любимых ученика Зед и Шен, которые дрались наравне, учителю нравилось наблюдать за их постоянными тренировками, чтобы победить друг друга, каждый день они выматывались по полной и на закате опять показывали одинаковый результат. Но учитель любил Шена больше, Зед завидовал ему, он хотел стать любимым учеником...

Поздно ночью Зед пробрался в комнату учителя и обнаружил там странную шкатулку, сама по себе она была вполне обычной, потёртая картина на крышке и резьба по бокам, но то что "шептала" шкатулка... Она говорила Зеду о невероятной "силе теней". Ослеплённый своим желанием победить Шена, Зед немедленно открыл её, то что вылетело из шкатулке, было похоже на дым, чёрный дым. Он вошёл в Зеда через его глаза, уши, рот нос. Он обрёл невиданную силу.