Картина Луиса Брэдшоу

Эта гроза была, пожалуй, самой невероятной в истории городка. На вечернем небе, то и дело вспыхивали молнии, оконные стекла дрожали от звучных раскатов грома. Этой ночью природа бунтовала. Луис Брэдшоу, двадцатипятилетний риэлтор, сидел на небольшой уютной кухне, попивая ароматный зеленый чай и читая "Повелитель приливов" Пэта Конроя. "Устав от сумерек своих владений, Поднялся звездной ночью Люцифер" - пришла ему на ум цитата Джорджа Мередита. Гроза набирала обороты, пока не вылетели электрические пробки. Свет в доме погас. Кромешная тьма. За окном бушевал неистовый вихрь. Откуда-то из коридора донесся странный, скрежещущий звук. Луис подумал, что ему просто померещилось, так как за окном разразилась самая настоящая стихийная война. Но звук повторился и Луис вздрогнул, ощутив меж лопаток липкий холодок. Звуки были похожи на царапанье и постукивание. Но мужчина успокаивал себя мыслью, что в доме никого нет, да и быть не может. Просто гроза и как следствие - выбитые ей пробки, вот и все. Но все же, звуки были настолько реальны, будто огромная кошка царапает стены. Луис тут же вспомнил про картину, приобретенную им сегодня у одного талантливого молодого художника. Он был уверен, что в будущем, работы этого парнишки будут уходить с аукциона как горячие пирожки. Это была обыкновенная картина, на первый взгляд - ничего особенного, просто кот у камина, держащий в руках бутылку дешевого коньяка. Но это было не так. То ли искусно подчеркнутые, отдающие нетрезвым блеском глаза, то ли еще что, но картина, каким-то мистическим образом притягивала внимание, завлекала. И Луис вздрогнул, услышав тихое мурчание из соседней комнаты. Он взял оставленную утром у окна бейсбольную биту и осторожно вошел в комнату. Тьма и безмолвие. Луис вспомнил про фонарик и принялся ощупывать письменный стол. Он нашел фонарик, нажал на кнопку и луч света пронзил тьму. Ничего. На плинтусах и стенах не было никаких признаков следов от когтей или зубов. Внезапно вспыхнул свет. Луис прошелся по дому, щелкая выключатели. Все было в порядке. Успокоившись, он положил биту и пошел спать.
Но спать Луис уже не мог. Он лежал, читая книгу, когда вновь раздались шорохи. Они доносились из соседней комнаты. Луис взял с тумбочки наручные часы. Три часа. Ночь. Шорохи усиливались, к ним добавился неприятный скрежет. Мужчина встал с кровати и раздраженно щелкнул выключателем. Вспышка и кромешная тьма. Опять выбило свет.
- Весьма необычная работа, - прозвучал тихий, насмешливый голос за спиной.
Луис вздрогнул, ведь это был его собственный голос и собственные слова, сказанные сегодня вечером парню, написавшему картину с котом.
- Кто здесь! Это не смешно! - выпалил он в темноту с плохо скрываемой дрожью в голосе.
Ответом были скрежет и царапанье. Луис вновь потянулся к выключателю, натолкнувшись на теплую волосатую руку. Невидимые во мраке пальцы сжали его кисть, раздалось довольное мурчание. Дверь захлопнулась.

Мэри Пайтон шла домой, укрываясь от непрекращающегося ливня под черным зонтом, который, то и дело выворачивало под порывами не на шутку разбушевавшегося ветра. И она уже подходила к дому, когда услышала душераздирающий крик из соседнего дома, дома Луиса Брэдшоу. Мэри остановилась, заметив в окне какое-то движение. Внезапно, сквозь приоткрытую дверь вынырнула черная сутулая тень, отдаленно напоминающая стоящую на задних лапах кошку. Зверь взглянул на Мэри огромными желтыми глазами и оскалился в злобной насмешливой гримасе. От увиденного, девушка, не помня себя, мигом помчала домой. Забежав в квартиру, она принялась лихорадочно набирать номер полиции.

Двадцатипятилетний риэлтор Луис Брэдшоу, пропал без вести. В доме отсутствовали какие-либо улики. Но на стене, в одной из комнат, висел портрет Луиса Брэдшоу с бутылкой виски в руке. Его необычайно реалистичные глаза отдавали нетрезвым блеском.