Страшилка

В огромном круглом зале психиатрической больницы, уже много лет служившем ритуальной площадью для для проведения культовых ритуалов, несколько десятков помешанных сектантов слушали пламенную речь Дауруса. На стенах, как бы в качестве декораций, висели, шесть знакомых нам субъектов. Пламенная речь Дауруса сопровождалась отчаянными криками и угрозами озверевшего Зака и воплями его жены. Однако, никто на них внимания не обращал.

Вскоре, Даурусу, стоявшему в центре зала, надоела вся эта какофония и он повернул голову вправо, презрительно и с усмешкой посмотрев на Зака - не злитесь, не злитесь сеньор помидор! - шальным голосом произнёс Даурус, тем самым выставив на показ свои характерные черты, цинизм и отточенное чувство юмора, которые он не утратил даже за много столетий (по земным меркам) в аду. Сказав это, он резко абстрагировался от Зака и подошёл к Кармелле, ещё раз отведя её за пределы зала, в один из тёмных коридоров, подальше от криков, выходящих из зала.

- Что они там так долго?! До рассвета я должен выпить кровь мальчишки, иначе... иначе я останусь таким, как минимум, до следующего полнолуния. А меня это не устраивает. Я бы сам лично сходил и проверил, но я не могу.
- Почему мой господин? - Спросила Кармелла у громадного неземного великана - монстра в ожогах, стоявшего перед ней.
- Просто не могу... покровительница мёртвых убьёт меня при первом же взгляде!
- Покровительница мёртвых? Кто это мой господин? Неужели на земле есть кто-то, кто способен вас напугать?! - С трепещущим тоном спросила Кармелла, смотря снизу вверх на Дауруса, который на три головы выше неё.
- Ну, вообще-то она не на земле, а в космосе. И она почти на 390.000 километров отдалена от нас! - спокойно сказал Даурус.
- Это какое-то инопланетное создание, мой господин?

- Какой возможностью? - переспрашиваю я
- Мы можем попытаться установить контакт с Софитом, чтобы узнать где узелок - отвечает Серафим
- А это не опасно?
- Конечно опасно-отвечает дядя Миша - ты сам подумай. Сколько раз Софит пытался тебя убить. Мало того что он хочет убить тебя наяву, так он ещё убивает тебя в твоих же кошмарах, которые тебе сняться каждый раз.
- А у тебя есть другой способ узнать где узелок? - спрашивает Серафим
- Нет, но вариант, который ты предлагаешь не очень безопасный.
- Сейчас главное не безопасность, а время.
- В смысле?
- Времени всё меньше. Чем меньше времени, тем яростней становиться Софит и тем больше шансов что он убьёт всех нас.
- У нас нет выбора - обращаюсь я к дяде Мише
- Ладно, Серафим. Будем пытаться установить контакт с Софитом. Но прежде, ты должен объяснить парню всё, что ты собираешься делать, чтобы он понял суть плана.
- Хорошо. Итак, садись за стол мой мальчик - обращается Серафим ко мне - я тебе объясню.
- Я слушаю.
- Ты должен делать то, что я тебе скажу. Во время установки контакта ты не должен произносить лишних слов и звуков.
Так как узелок от части относится к тебе, то для установки контакта мне понадобится твоя рука. Тебе ясно?
- Да - неуверенно ответил я.
- Можешь оставить нас на пару минут? - обращается Серафим к дяде Мише
- Времени нет...
- Оставь нас!
- Ладно.

"Прошло три года... Целых три года... Боже, я скучала..."

Солнце садилось за горизонт, окрашивая небо в алый цвет. Лёгкий ветерок игриво гулял по городу, играя с волосами прохожих. Русоволосая девушка лет двенадцати, одетая в серую толстовку и в чёрные кеды, в руках она держала рисунки. В её ушах были наушники. Капюшон скрывал её глаза. Минуту постояв, она побежала домой. Прохожие только посмотрели е в след...
Ночная тьма догоняла девушка, холодные объятия укутывали её, но та продолжала упрямо бежать вперёд. Вот он и дом, родной, только родители опять уехали. Она бежала, опустив голову, никто не видел её глаз. Но как только она захлопнула входную дверь. Она начала дрожать, месть, боль, огорчение, ярость, кипело внутри юной художницы.
"За что?!" - она начала бить в стену кулаками, стирая костяшки пальцев до костей. Уже кровавое пятно было на стене, но она не чувствовала физическую боль. Ей было больно в душе...

- Джефф, а у тебя много шрамов?
- Я ими весь покрыт...
- Но у тебя их нет, не считая лица и немножко на теле.
- А ты загляни ко мне в душу...
- Мне жаль...
Голубоглазая прижалась к Джеффу и обняла его за шею.
Приятное тепло вновь разлилось в Джеффе. Тот улыбнулся и обнял её. Свою подружку...

- Вот вы говорите, что это все чушь. Чтобы запугать маленьких детишек и вам такие сказки на ночь уже поздно рассказывать. Ну что же, ваше право, я пожалуй удалюсь тогда уж с праздника, раз вам так не интересны мои рассказы для "маленьких детишек"...
- Ну куда же Вы собрались? Неужто обиделись? Мы же шутим, Иван Иванович. Рассказывайте уж свою историю, они у Вас всегда интересные, хоть и приукрашены.
- Ах, так мои истории еще и приукрашены? Но мне в общем-то все равно, что вы все думаете. Я просто рассказываю об этом, чтобы люди знали, что не одни они на этом свете разумные существа... Итак, начну пожалуй.

Было это летом, в городе на тот момент стояла нескончаемая жара, люди то и дело вздыхали от невыносимой духоты, а кому-то даже плохо становилось, прямо в здании... Ну а мне все это в один прекрасный день надоело и решил я выбраться за город, на дачу, свежим воздухом подышать да в реке покупаться. Собрал быстренько вещички, предупредил родню, да поехал своим ходом, прямиком в деревню. Закончился город и пошла дорога через поля да редкие березы. Еду я значит такой, на каждой второй ухабине подпрыгиваю и радио с помехами слушаю... И вдруг, откуда ни возьмись, прямо на дорогу, мне на встречу, выбегает парень молодой. Ну я давай по тормозам, а он даже и не шелохнулся. Как остановился посередине дороги, так и замер, словно вкопанный. Высовываюсь я из окна, кричу ему: "Чего на дорого выскочил? Жить надоело?" А он как глянет на меня, что аж мурашки по телу муравейником побежали... Вечер уже был, сумерки на небе, неизвестно кто шастает по здешним полям и вдруг такое...

- Да что с ним не так-то было?
- А то и было. Не перебивайте лучше, я этого не люблю.

На улице игриво светило солнце, обогревая осенними лучами небольшой загородный поселок. Роман Ковальский открыл дверь своего Ленд Ровера и осторожно, чтобы не наступить в грязь вышел из машины. Высокий светловолосый мужчина 30 лет, с легкой небритостью и пронзительным взглядом, вдохнул свежего загородного воздуха и внимательно посмотрела на свои новые владения. Участок десять соток, небольшой, но крепенький одноэтажный домик и такая же крепкая баня, построенная ещё дедом где-то в шестидесятых. Все выглядело именно так, как он запомнил с детства, хотя раньше дом казался побольше. Это наследство, оставшееся от бабки, было как нельзя кстати. Бизнес Романа находился не в лучшей своей стадии, да ещё и крупную сумму денег задолжал другу, а сроки уже поджимали.
Дед Романа пропал без вести ещё несколько лет назад. По словам бабки, он ушел рыбачить на пруд и не вернулся, его тело так и не нашли. Местные жители поговаривали, что это бабка свела его со свету. В поселке она была известной ведьмой и хотя при жизни в основном помогала людям, её дом все же обходили стороной.
Роман немного поностальгировал, затем открыл ворота и загнал свой джип во двор. В город сегодня он возвращаться не планировал, а сотовый телефон выключил, так как в очередной раз поругался с женой из-за какой-то ерунды.

Цокот копыт... Огненные следы на забытой пустоши...
Игреневая масть, серебряные копыта. Черная узда, черное седло. На пустом отверстии, где должны были быть глаза, был дым. Нижняя челюсть существа была обглодана до кости. Слюна и кровь. Дым и смерть. И лишь звон стремян отвлекал путников от их дороги. И лишь черный силуэт, сидящий верхом на дьявольском жеребце наводил больший ужас на ту ночь, которая в принципе не предвещала никого о большой беде.
Они не знают пощады. Они не знают "любви". Их желания смешиваются только в двух словах: "Месть" и "Смерть".

Это был самый обычный день, с самыми обычными людьми на улицах, с самыми обычными прохожими и их детьми.
Она прорывалась сквозь толпу идущих на нее пешеходов с синей сумкой на плече. В руках блестел хлыст.
Изредка посматривая на часы, та все более и более ускоряла шаг к своему любимцу.
И вот она уже близко. Трамвай. Остановка. Она выходит.
Легкой пробежкой та добежала до конюшни, где должно было проходить занятие на ее частном коне, которого купили ей ее родители перед уездом навсегда.
И снова она второпях, запыхавшаяся неслась в раздевалку, где быстро разбросав свои вещи, понеслась к деннику.
Дойдя до стойла "Шторм", та встала в ступор. В стойле стоял совершенно другой конь, рыжей масти низкого роста.
"Где мой конь?" - пронеслось у нее в голове.
Резкое ржание, ор людей, прохожих. Девушка побежала туда.
Навстречу ей вышел малец, с ухмылкой. Это был Сакрат. Злой паренек, честно вам сказать. Он всегда недолюбливал главную героиню и ее коня, ездя на своем рыжем.
- Стой! - Крикнула конница вслед мальчишке. Но тот лишь ехидно улыбнулся и унесся вдаль конюшни.
"Не стану его догонять. Он как обычно запрется в мужском туалете, зло смеясь" - подумала та и направилась туда, откуда "вибрировал" звук бешеного жеребца.

В одной деревне стоял старый, но довольно большой дом. В нем жил мужчина примерно сорока лет. Он разводил свиней, убивал их и продавал их туши, за что получал немалые деньги. Но до конца жизни так и не смог обзавестись семьей. Дело было далеко не во внешности: он всегда держался в стороне от общества, был необщительным и все попытки наладить с ним отношения оканчивались крахом. А после сорока лет и вовсе стал проявлять агрессию по отношению к обществу.

От постоянного одиночества и работы, так близко соседствующей со смертью, он сошел с ума и повесился у себя дома. У него не было родственников, поэтому его дом остался "сиротой". Поросят увезли. Здание выставили на продажу, а пока оно пустовало жители деревни рьяно пытались доказать агентству, желающему побыстрей продать дом со столь неприятной историей, что по ночам и особенно ранним утром со двора того дома раздается дикий визг поросят. Точно такой же, какой раздавался при жизни свиновода, когда он убивал очередную свинью пожирней, чтобы заработать денег.

Но агентство слишком желало денег, поэтому настаивало на своем и в итоге дом был продан. Туда заселилась молодая парочка, которая долго там не прожила. В ночь, когда дом снова опустел, по всей деревне раздавались ужасные крики, только на этот раз не поросенка, а человеческие. Жители, услышав вопли, позвонили в полицию и, не выдержав, отправили несколько мужчин посмотреть, что там происходит.

Многие из вас наверное читали кулстори про мод Jvk1166z.esp для Morrowind. Так вот, это перевод ее продолжения.

JVK теперь в Skyrim?
Это должно было когда-нибудь случиться.
Прочитав рассказ о злополучном криппи-плагине для Morrowind, я загорелся идеей найти этот плагин несмотря на то, что в сети писали о явной подставе. Пролистав множество файлообменников и использовав в помощь кучу поисковиков, я ничего не нашёл, кроме самих рассказов от "свидетелей" и, увы, я сдался.
Прошло четыре дня и я уже остыл и даже стал забывать об этой истории. Но внезапно на мой электронный ящик пришло сообщение от некоего gazer. Письмо не имело темы, а внутри содержало строчку "Ты не это ищешь?" и прикреплённый файл с названием jvk1166z.zip.
У меня глаза расширились от удивления. Руки тряслись по мере приближения курсора к кнопке "скачать". Я понимал, что этот архив может содержать вирус, поэтому перед тем, как его открыть, я скопировал важную информацию с компьютера на ноут.
Места на ноуте, слава богу, хватило, теперь я могу не волноваться о своих документах, если вирус сожрёт их. На ноуте я завёл текстовый документ, чтобы вести "дневник" о своих похождениях в игре с новым плагином.

Вчера я как обычно шел с работы на остановку. Было уже темно и что бы обходить грязь и лужи, мне пришлось включить фонарь на телефоне. Я шел не спеша. Живу я один, животных у меня нет, так что я могу приходить домой в любое время.
Я уже подошел к остановке, как вдруг у меня выключился телефон. Ругнувшись шепотом, я положил его в карман и погрузившись в полную тьму, ждал автобуса. Я не заметил как у меня начали закрываться глаза... Я начал засыпать.
Очнулся я в каком-то старом помещении. Вокруг разные фотографии, хирургические инструменты, клетки... В клетках сидели люди... Они спали... Один из них проснулся. Это был накаченный мужчина, очень высокий и сильный. Оглядевшись по сторонам, он стал кричать что бы его выпустили, пытался разогнуть прутья клетки, но безуспешно...
Через полтора часа проснулись абсолютно все. Мы не знали что делать. Над железной дверью были электронные часы. 04:55. Мы просто сидели, не имея ни малейшей возможности что-то сделать.
Когда часы показали 05:00, клетки поднялись под потолок и железная дверь внизу открылась. К нам зашел человек, осмотрел нас всех снизу и прокричал, что выйдет живым лишь один из 10 людей. Как только клетки опустятся и откроются, кто-то один останется в живых. Он ушел. Дверь закрылась...
Клетки опустились и открылись. Громила с огромными мышцами накинулся на слабого очкарика и стал его избивать. Остальные пытались убежать.

Свет не горел и от этого в комнате царил полумрак. Зеркало накрыто тяжелым коричневым покрывалом. В колонках играла незнакомая мрачная мелодия. Четверо людей сидело кружком в центре, взявшись за руки. Их глаза были плотно закрыты и по лицам было видно, что они напряжены. Дыхание их было учащенным, казалась, что сама комната содрогается от их сердцебиения. Дверь отворилась и в комнату вошел пятый человек, держащий в руках книгу. Плотно закрыв за собой дверь, он закрыл глаза и подошел к остальным, присоединившись к кругу. Несколько минут они сидели неподвижно, с закрытыми глазами, но ни один человек на земле не сказал бы, что они расслаблены. Напротив - они вкладывали все свои силы во что-то.
В какой-то момент все разом открыли глаза и опустили руки.
Тот, что зашел с книгой, раскрыл её на одной из страниц и начал читать.

- Взывая к теням, мы просим защиты и покровительства. Пусть окутает наш круг незримая преграда, что встанет пред теми, что раньше были людьми!
- Покрывало теней ниспошлите на нас! - хором ответили остальные. Они даже не говорили, а пропели эту строчку.
Обладатель книги продолжал.
- Взывая к теням, мы просим умения. Пусть наш круг прозреет и услышит тех, что раньше были людьми!
- Ниспошлите прозренье теней!