Композиция 33. Глава 3

Некто взял картину в руки и передо мной предстало моё же лицо, злобно ухмыляющееся мне.
- Ну что, Джеймс, туго быть по ту сторону реальности? - спросил мой двойник, усмехнувшись, а после понёс картину куда-то из комнаты.
- Кто ты? - заорал я, - Какого хрена тут делаешь?! - но он не обращал на меня внимания и просто нёс картину куда-то вниз.
Он оказался в холле, далее повернул к прихожей и отправился к подвальной двери.
- Не делай этого! - напрасно старался я.
Оставив меня в кромешной тьме, он вышел, негромко хлопнув дверью. Я осторожно ждал какого-то продолжения, хоть чего-нибудь, но было тихо. Я молча думал, думал о том, что сейчас произошло. Теперь мы поменялись местами: сейчас я жалкий урод из картины, а он - это я. Но есть небольшой нюанс: я могу вылезать из этой проклятой картины и я уж точно попытаюсь узнать, как это делается.
Вдруг подул сильный ветер и я увидел, как небо заволокли ещё более чёрные тучи, нежели которые были. Нужно было возвращаться обратно, но я и понятия не имел, сколько прошёл от того дома. "Ненавижу это место", - пронеслось в голове, я схватил картину и поспешил найти хоть какое-нибудь укрытие от приближающегося ливня. Я зашёл в какой-то незнакомый мне дом и решил остаться тут, всё равно хозяин не вернётся, так как это место безлюдно. Все здесь дома пустые: заходи в какой хочешь. Я присел на стул, глядя на тёмный квадрат на картине. Как же я смогу из неё вылезти? Может быть нужны какие-либо магические слова... Я стал перечислять всё, что только мне приходило в голову, но всё было бесполезно. На секунду я поддался унынию, осознавая, что сейчас где-то в моей комнате спит мой двойник из картины, а я вынужден мотать сроки в этом безлюдном месте, с пустыми холодными домами... Но вдруг, в голову мне стукнула идея и я тут же проговорил, вглядываясь в картину: "Гостиная". Ничего не произошло. "Коридор" - настойчиво продолжал я, но ничего не происходило. "Эта картина не может перемещаться, если её поместить в тёмное место", - подумал я, хотя в коридоре ночью тоже темно... Тем не менее, мистер Фокс хранил эту картину на чердаке (не зря же там были исцарапаны стены), а этот гад меня запер в подвале... неужели нет никакого выхода? И что, мне теперь здесь оставаться навечно? "Давай же," - взмолился я, - "ванная, кухня, моя комната, хоть куда-нибудь!". Но ничего не происходило. Я упал на пол, с ненавистью и страхом озирая этот полутёмный дом и стараясь хоть немного успокоиться. Злость неимоверным жаром кипела во мне. Здесь было некуда прилечь, потому я выбрал холодный пол. Я лежал и смотрел на картину, которая осталась лежать на табуретке. Я закрыл глаза, пытаясь задуматься ещё, но ничего не вышло - я мгновенно заснул.

Я проснулся в такой же полутьме. За окном также слышались порывы ветра. Скудное утро... хотя здесь видно одно время суток и оно крайне хреновое. Вдруг, послышался знакомый голос и я притих. Это говорила моя мама. Я тут же ринулся к картине и увидел, что вместо тёмного квадрата, на ней залитая солнечными лучами гостиная.
- Но кто, как не ты мог её отнести в подвал? - спрашивала мама, хоть на картине её видно и не было.
- Дорогая, я не знаю, как она там оказалась, я тебе уже говорил, - послышался папин голос, - а теперь извини, я опаздываю на работу.
Далее их голоса стали отдаляться, превращаясь в обыденный спор, а картина так и осталась стоять. Везение! Я не стал тормозить и проговорил: "Кухня". Тут же краски потекли и стали вырисовываться силуэты кухни.
- Дааааа! - воскликнул я, взмахнув руками, - ванная!
И вот перед глазами стала появилась ванная, со старой раковиной.
- Коридор!
Теперь я очутился возле стены, с видом на перила к нашей лестнице. Вот оно - счастье в мелочах! Тут мне пришла ещё одна мысль и я торопливо крикнул:
- Дом мистера Фокса!
Да! Вот снова поплыли краски и я оказался в пустом холле зловещего дома! Радости не было предела, мысли сменяли друг друга и вдруг меня осенило. Я тут же, скрестив пальцы и затаив надежду, воскликнул:
- Дом Джейкоба!
Краски на картине медленно поплыли и я с радостью стал смотреть, как вырисовываются силуэты комнаты Джейкоба, заваленной всяким хламом. В угол обзора попала кровать, на которой развалился и сам Джейкоб.
- Эй, чувак, - крикнул я, - вставай, аллилуйя, доброе утро!
Но мои старания никак не оправдались: Джейкоб даже не пошевелился.
- С добрым утром! - завопил я во весь голос, но снова ничего не произошло, - значит меня не слышно, - сказал я вслух.
Раз меня не слышно, значит нужно попытаться вылезти из этой картины, только как... В голову пришла новая мысль, перекрывая старую и я ради опыта решил попробовать:
- Париж!
Картина же осталась в комнате Джейкоба.
- Детройт, Люксембург, Лос-Анджелес... - бесполезно, видать, картина не переносит на далёкие расстояния.
- Джей, просыпайся, я испекла пирожков, - отвлёк меня голос из картины от размышлений.
Это была бабушка Джейкоба, которая тоже попала в угол обзора.
- Бааа... щаас... - промямлил сонно тот, переворачиваясь на другой бок.
- А что это за картина? Ты её вчера притащил? Страх-то какой божий, - заметила она, глядя прямо на меня.
Это оказалось самым эффективным действием, которое смогло разбудить Джейкоба: резко поднявшись на 90 градусов, он бодро спросил "Какая картина?"
- Ну, вон стоит, сам не знаешь, откуда у тебя вещи берутся, - усмехнулась бабушка и ушла.
Джейкоб тут же прыгнул к картине и стал глазеть на неё.
- Вау, чувак, ты пришёл ко мне... - сказал удивлённо он, а потом выставил два пальца, типа приветствуя меня и сказал, - я пришёл с миром, я никому не расскажу, ты можешь выйти со мной на контакт.
Здесь я невольно прикрыл лицо рукой, убирая взгляд от этого позора:
- Ты чудак, Джейкоб, - сказал я, но он, не услышав меня, продолжал:
- Эй, чувак, я знаю, что ты живой, я не причиню тебе зла, давай же.
- Ты полный, чудак, - уточнил я.
- Эх... ладно, вздохнул Джейкоб, никуда не уходи, я только поем и вернусь, я щас...
Каким нужно быть идиотом, чтобы говорить с картиной? Я, конечно, всё понимаю, к тому же я действительно сижу тут и всё слышу, но чёрт подери, я всё равно считал Джейкоба полным идиотом. Нужно было что-то сделать, как-то дать ему сигнал, но я не знал как... очередная идея осенила меня мгновенно: этот урод разгуливал по дому только ночью, значит и я смогу вылезти наружу только когда стемнеет. Придётся ждать.
Через десять минут вернулся Джейкоб и стал более усердно пытаться установить контакт с картиной, вследствие чего я не выдержал и решил пойти прогуляться. На улице по прежнему клубились тучи, но дождь кончился. В этом месте не было времени суток, здесь вечно было темно и пасмурно. Наверное, это и выражает всё содержание картины. Автор старался максимально передать свою удручённость. Только вот как он смог сделать картину такой... такой глубокой, в прямом смысле этого слова? Раздумья меня глушили, но все они были гораздо менее значимы перед моим желанием выбраться из этой картины и обо всём забыть. Ведь это так просто, но что же будем потом? Как мне затащить моего двойника обратно в картину. Я решил, что буду думать по мере продвижения моего плана.
Серость очень сильно удручала, у меня было невыносимое желание оказаться там, где утро встречает ласково солнце, где тепло и беззаботно. Каникулы только начались, всё было хорошо, но теперь... все проблемы из-за этой картины! Я мысленно, в который раз, проклял мистера Фокса. Так я шёл вперёд, не задумываясь, что не стоит далеко уходить от того дома, где меня ждёт картина, но опомнился я, когда, вдруг, вдалеке увидел дерево. Оно было единственным в этом городке, к тому же оно скрашивало всю эту серую картину зелёными листьями. Зелёными листьями... Странно это, ведь на картине всегда отсутствовал зелёный цвет...
Я неуверенно взглянул назад, обдумывая, смогу ли я вернуться обратно и после того, как убедился, что я запомнил дорогу, решил подойти к этому дереву. Здесь была простая тёмная земля. Дерево было необычайно большим, а за ним виднелся спуск. Я шёл ускоренно к нему, замечая, что на ветках висит какой-то странный объект. Когда я приблизился, то увидел, что это человек: он висел на верёвке. Сердце стало биться ускоренно, а я стал понимать, что не особо хочу подходить ближе, но всё-таки шёл. Ведь любопытство меня пересиливало, к тому же я прошёл уже не малый путь, так как дерево находилось на приличном расстоянии.
Наконец, я оказался возле него и смог вблизи разглядеть человека: это был мужчина, с лысиной на голове, склонив бледную голову он безжизненно свисал, изредка пошатываясь под порывами ветра. По телу пробежали мурашки. Я осмотрел дерево, а после решил спуститься со склона. Но как только я подошёл к краю, мне представилась ужасающая картина. Внизу у склона валялись тысячи мёртвых людей: одни из них сгнили, другие были бледные. Страх стальным холодом сковал руки и ноги, так, что я застыл и медленно поддавался приступам паники. Что, кто, как? Я не мог объяснить увиденного, это было ужасно, я с минуту глазел на это страшное зрелище, а потом развернулся и со всей дури помчался обратно, желая поскорее оказаться возле картины. Теперь это место было не простой унылой коробкой, в которой я оказался закрыт, это был ужасающий купол, изолированный от реальности, где со мной могло случиться всё, что угодно, а именно, меня могла постигнуть участь всех тех людей. Я бежал в страхе обратно, надеясь, что не забуду путь. Я пробегал все ненужные дома, которые, вроде и ничем не отличались от моего, но, в то же время, были чем-то на него не похожи. Наконец, я прибежал к своему дому и открыв дверь, вбежал туда. Да, я не ошибся, именно здесь я был, табуретка была отодвинута от стола, как я её и оставил, но вот картина... картина куда-то пропала.
Снова меня охватила паника, на этот раз какая-то новая, более сильная - я потерял единственный ключ к спасению, без картины у меня нет шанса выбраться отсюда.
- Чёрт, - выругался я, - кто здесь? Давай, выходи!
Хоть я и совсем не желал, чтобы этот некто показался, но я хотел получить свою картину назад любой ценой. На мой вопрос ответила напряжённая тишина и ничего более. Я выбежал из дома, попав под очередной начинающийся дождь и стал внимательно осматривать близстоящие дома. Может я ошибся? Это единственное объяснение, которое мне нравится. Но я точно был уверен, что это тот самый дом, пусть они и похожи все, как один, но именно там стояла не так табуретка и вся обстановка была похожей... Я отчаянно рванул к ближайшему дому и ворвался в него. Тут стояла небольшая кровать, стол, небольшие тумбочки, явно не мой дом... Следующий дом и ещё и ещё... Я старался не отчаиваться, пускай мне нужно было оббегать все дома, всё равно времени было бесконечно много, а оставаться в полном отчаянии я не собирался. В шестом доме меня ждал успех, на столе лежала моя картина, табуретка стояла неровно. С сердца тут же упал тяжёлый камень, не знаю как, но по иронии судьбы, я действительно ошибся домом, обстановка в котором была очень похожа. Я схватил картину и с нежностью обнял её, мысленно ругая себя за то, что вообще додумался её оставить.
На картине было светло, комната Джейкоба была пуста и, вероятно, наступил полдень. Мне оставалось только ждать и я, вспомнив про кровать, поспешил свалить в другой дом. Я пробежал под дождём около километра, когда, наконец, оказался внутри и развалился на мягкой кровати, которая на удивление была очень удобной. Вот это самое большое блаженство: после твёрдого пола очутиться на мягкой кровати, с картиной в руках. Я решил наблюдать за происходящим до самой ночи, не упуская ни одного момента. Так я и поступил.
- Да, чувак, она тут! - услышал я голос Джейкоба.
В комнату скользнули две тени и в поле зрения показался сам Джейкоб и я... Точнее мой двойник.
- Джейкоб, - заскулил я, - какой же ты идиот! Дом мистера Фокса!
Ничего не произошло.
- Мой дом? - неуверенно переспросил я, - ванна, кухня?
Картина оставалась на месте и показывала мне моё же лицо, которое с еле заметной ухмылкой глядело на картину. Значит, я могу "телепортироваться" только когда никого нет... Как же всё плохо...
- Спасибо, что сказал мне, а то я уже её обыскался, - сказал мой двойник, - ты не против, если я её заберу?
- Ну конечно, она же твоя, - усмехнулся Джейкоб, - а ты разве не боишься этого человека?
- Больше нет, - улыбнулся двойник, - он перестал вылезать из картины.
Джейкоб проводил его до входной двери и я увидел солнечную улицу, с уже темневшими тенями - наступал вечер.
- Ну вот и всё, дружок, добегался, - сказал он, не глядя на картину, - теперь пора от тебя избавляться, - и с этими словами он куда-то понёс картину в противоположном направлении от моего дома.
Я молча смотрел на часть дороги, понимая, что кричать ему что-либо бесполезно. Я туго понимал, куда мы идём, да и, скорее всего, мне бы это ничего не дало, так как район я практически не знал.
- Ну что же ты гад делаешь... - проговорил я, глядя на кусок дороги, обрисованной тенями деревьев, которые только ещё больше напоминали о наступающем вечере.
Наконец, он остановился, положил картину на землю, так, что я увидел темнеющее небо, а сам встал прямо надо мной и строго посмотрел. Я нервно сглотнул, глядя самому себе в глаза, в напряжённом ожидании чего-то. Мой двойник достал коробок спичек, а дальше стал вынимать картину из рамки.
- Даже не думай! - завопил я, понимая, что сейчас у меня может оборваться последний шанс на спасение, - Чёртов урод! - двойник меня не слушал, он возился с картиной, оставляя мне последние минуты хоть какого-то соприкасания с моим миром.
- Пожалуйста, дом Джейкоба, - взмолился я, - дом мистера Фокса, давай же, работай!
Мой двойник чиркнул спичкой и поджёг картину, после чего он немного ещё посмотрел на меня сверху и, развернувшись, ушёл из области зрения.
- Нет, нет, нет! - негодовал я, глядя, как углы охватываются пламенем, картина словно загоралась у меня в руках.
В голове мелькнула отчаянная мысль и я, схватив картину, выбежал на улицу, подставляя её под капли дождя. Это было ничтожной попыткой, углы загорались сильнее, пламя охватывало картину. Я с ужасом смотрел на остатки моей реальности, осознавая, что всё кончено.
- Туши её, туши! - вдруг раздался голос внутри картины.
В области зрения появились парни, которые стали хлопать по небольшим волнам огня.
- Ха, кто это додумался картину жечь? - воскликнул один из них.
- Не знаю, но она какая-то жутковатая, - сказал другой, дотушив остатки огня.
- Я люблю вас, парни! - воскликнул я, присев прямо на землю, не в силах стоять на ногах.
- Понесли её, остальным покажем, может стоит чего?
- Не знаю... вроде, не сильно подпалилась... может за сотку и протолкнём.
"Отлично... - подумал я, - теперь я пойду по рукам". Как бы это ужасно не звучало, но было именно так. Я оказался в окружении подростков, которые сразу же стали пялиться на картину и удивляться, что это за чушь.
- Надо показать Патрику её, я говорю, что-то в ней есть, - сказал один из них.
- А куда мы её денем-то?
- Себе возьму, ночку простоит.
- Ну я не знаю... странная она какая-то... Не просто же так кто-то её поджёг и оставил.
- Не ссы, Крис, страшный дядя на картине тебя не укусит.
Минут через десять меня понесли домой. Новая местность была мне на руку: теперь я мог без проблем сбежать, когда наступит ночь.

Вечер, тем временем, устало клонил к концу своего дежурства. Мой безымянный спаситель сидел за компом, не собираясь ложиться, мне же открывался хороший кусок его комнаты, с одной стороны, утопавший в сумраке, а с другой, освещённый светом компьютера. Глаза немного слипались и я старался всеми силами держаться, чтобы не заснуть и не прошляпить эту драгоценную ночь.
Наконец, парень выключил комп и пошёл, вероятно, в ванну, чтобы почистить зубы. Это был замечательный момент, чтобы ускользнуть. Я погладил руками холст и проговорил:
- Дом Джееееей... - на этом мой голос оборвался, так как руки прошли сквозь рисунок и я полетел куда-то вниз.
Моё падение оказалось недолгим и я очутился на полу той комнаты, которая когда-то была лишь на картине.
- Вот как плохо вышло, - прошептал я и оглянулся, чтобы взглянуть на холст. Теперь картина была без рамки со слегка обгоревшими краями, на ней был тот самый абстрактный фон без зелёного цвета, человека на нём тоже не было, - очень плохо, - добавил я.
Вдруг за дверью послышались шаги и я понял, что этот парень возвращается. Я тут же нырнул под кровать, так как ничего получше придумать не мог. Дверь скрипнула и я увидел в поле зрения ноги, которые вошли в комнату. Сердце бешено колотилось и я прикрывал себе рукой нос и рот, чтобы не показать своё учащённое дыхание, которое на тот момент казалось довольно громким. Вошедший громко зевнул, потом, по звукам наслаждения сладко потянулся и стал расправлять постель. Вроде бы всё было в порядке - он не заметил, что картина пуста, да и я неплохо расположился, но всё хорошее когда-нибудь кончается... в этот момент моих размышлений, живот громко и протяжно заскулил, напоминая, что он готов был бы сейчас сожрать и всю картину целиком, если понадобится.
- Какого..? - послышался голос сверху.
Я в напряжении закусил кулак и стал ждать когда наступит полный писец.
- Это... монстры что ли? - сказал он и усмехнулся, - монстры под кроватью, хехе, пора завязывать много сидеть за компом.
"Только, не смотри под кровать, а то будут тебе, блин, монстры", - подумал я. Меня действительно пронесло и парень просто разделся и улёгся на кровать, потушив свет.
Я лежал и слушал, как его дыхание постепенно замедляется и превращается в ровное, но всё равно ждал, на всякий случай. Не могу точно сказать сколько прошло времени, но я, наконец, решил выбираться из своего убежища, так как хотелось побыстрее вернуться домой. Я осторожно выполз из-под кровати и взглянул на парня: тот спокойно храпел, распластавшись по всей территории кровати. Я сделал пару осторожных шагов, как, вдруг, мой чёртов живот снова заурчал. Я замер в неудобной позе, пытаясь понять, проснулся он или нет, но всё обошлось и на этот раз.
Живот неприятно свело и он ужасно болел от голода, казалось, что в желудок вонзили сотни острых иголок. "Нет, это слишком опасно", - ответил я сам себе на предложение сходить на кухню чего-нибудь перекусить. Но есть хотелось неимоверно: здесь, в реальности, я стал ощущать голод. Я всё-таки не удержался от соблазна и осторожно пошёл в противоположном направлении от картины. Приоткрыв дверь, я вышел в коридор и отправился по лестнице вниз, замечая, что план дома у него очень схож с нашим. Кухня была там же, где и наша, что облегчило мне поиски. Я открыл холодильник и со свирепой жаждой и некоторой частичкой совести, стал лопать куски нарезной колбасы. Я чувствовал, как становится гораздо получше, уметая с огромным аппетитом.
- Мама, чего это тебе не спится? - услышал я голос и с ужасом выглянул из-за двери холодильника.
У входа стоял тот самый парень, сонно потирая глаза. Увидев меня, он остолбенел.
- Эммм... - протянул я, стараясь развеять эту неловкую тишину, - колбаску хочешь?
- Какого хрена?! - завопил он.
- Эй, эй, чувак, тише, - попытался я его успокоить.
- Убирайся! - не унимался тот, хватая из мойки нож.
- Погодь, погодь, - замахал я руками, - не нужно делать поспешных выводов, давай нормально поболтаем...
Он же нервно смотрел на меня, сжимая в руках нож.
- В общем, - сделал я шаг вперёд, но тот сразу же отскочил от меня на полметра.
- Не приближайся, урод!
Я конечно никогда не блистал красотой, но это было уже слишком обидно.
- Ты какой-то... - начал я, но тут увидел своё отражение в тёмном оконном стекле, - БОЖЕ!
Парень тут же отскочил от меня ещё на полметра.
Теперь я увидел свой облик и это был не я, это был тот человек с картины, тощий и страшный.
- Так, слушай, - сказал я, - давай не будем терять время... смотри: мне этот нож нипочём, а вот твою голову мне всё равно придётся сожрать, да-да, именно сожрать, - пояснил я, когда он от ужаса округлил глаза, - потом я нашпингалетю твою тушу зеленью и поставлю тыкву на место головы, причём всё будет выглядеть так, как будто так и было раньше, далее я вселюсь в твоё тело и буду расхаживать по дому, как ни в чём не бывало. Так, что... извини...! - с этими словами я угрожающе зарычал и кинулся на него.
- Ммааммаааа! - завопил тот, бросив нож на пол и убегая прочь.
- Фух.. - вздохнул я, - хорошо, что всё снова обошлось, - и тут же рванул наверх.
Забежав в сумрачную комнату, я нырнул в картину и оказавшись в старом доме другой реальности, проговорил:
- Дом Джейкоба!
Краски поплыли, фон стал меняться, превращаясь в старую добрую комнату. Облегчённо вздохнув, я упал на кровать и прикрыл глаза. Теперь нужно было вылезти из картины и объяснять Джейкобу, что это я. А это будет довольно трудно сделать в таком обличии.
За окнами шумел дождь, в дом ломился пустой туманный свет. Было непривычно оказаться в ночи и снова попасть в день за несколько минут.
- Ладно, - сказал я сам себе, - погнали, - и приложив руки к картине, нырнул обратно в свою реальность.
Я оказался в груде всякого хлама и, стараясь не шуметь, поднялся и подошёл к кровати со спящим на ней Джейкобом.
- Ну, чувак, - прошептал я, слегка толкая его рукой в бок, - пора просыпаться.
Джейкоб сонно приоткрыл глаза и, взглянув на меня, заулыбался:
- Афигенный сон...
- Дебил, - встряхнул я его, - это не сон!
Джейкоб тут же округлил глаза и, посмотрев с восторгом на меня, заворожено прошептал:
- Ты пришёл...
- Это я, Джеймс! - проговорил я, - это долгая история... но понимаешь... - мои слова не нашли продолжения, так как Джейкоб меня всё равно не слушал. Он с удивлением осматривал меня, пытаясь дотронуться до руки, - это я, Джеймс!
- Чувак, можно с тобой сфотаться? - проговорил Джейкоб, также не слушая меня.
- Тваю мать! - взбесился я, - ты самый огромный чудак на планете, честное слово... Я Джеймс! Такой парень, который с тобой гулял и с которым ты лазал в дом к мистеру Фоксу!
- Стоп, - проговорил Джейкоб, протирая глаза, - ты сейчас пытаешься меня наколоть, неплохой ход, но давай поговорим...
- Джейкоб, он меня запер в доме и затащил в картину, тогда, когда мы с тобой пошли ко мне, чтобы я отпросился переночевать у тебя!
- А ты сказал, что тебя не отпустили...
- Не я сказал... Чёрт, проснись уже!
- Ох, а почему ты тогда в теле этого чувака?
- Потому что он забрал моё тело!
- Ух ты, а органы он тоже забрал? Ну, в смысле, там лёгкие, почки...
- Да какая нахрен разница! - разозлился я.
- Ну это же интересно! Кстати, ты говоришь не своим голосом...
- Чего... - обомлел я, - Эмм... один, два, три... чёрт, вроде бы... не помню...
- Как ты можешь не помнить свой голос?
- Не знаю... у меня плохая слуховая память...
- Ты какой-то странный, - недоверчиво прищурил глаза Джейкоб, - а ну-ка, говори, в каком месяце у меня День Рождения!
- С дуба упал? Ты мне не говорил об этом даже!
- Молодец, почти угадал... А что с тобой случалось два раза, когда ты вылезал из дома мистера Фокса?
- Я рвал футболку...
- Да... точно, - залился диким ржачем Джейкоб, - нет... ну это ж надо...
Я только недовольно закатил глаза, стараясь не думать о том, какой Джейкоб долбо...
- Слушай, ты мне должен помочь, нужно идти сейчас ко мне домой и разобраться с моим двойником - затащить его в картину!
- Может пойдём утром, а? - зевнул Джейкоб.
- Идиот, Я могу вылезать только ночью!
- Странно, - задумался Джейкоб, - но ведь ты сказал, что он тебя затащил в картину днём, значит он мог вылезать из неё не только ночью.
Каким бы Джейкоб не был чудаком, но сейчас он сказал действительно умную вещь, которая заставила меня сильно задуматься и немного испугаться.
- Знаешь... - сказал я, - а здесь ты прав... но я пробовал вылезти днём и у меня не получалось.
- Видать плохо пробовал!
- Да не суть, слушай, у нас очень мало времени, папа говорил, что через четыре дня мы поедем домой, а прошло уже два дня... или три... я совсем потерял счёт... В общем, времени у нас очень мало!
- Ты... эммм, точнее, твой двойник, говорил, что вы задерживаетесь на пару дней, из-за того, что с ремонтом не успели уложиться в срок, у тебя есть время, а сейчас давай спать!
- Чёрт, Джейкоб, только ночью мы его застанем врасплох, сможем затащить в картину.
- Не волнуйся, всё будет чики-пуки.
Я снова прикрыл лицо рукой, дабы не показывать Джейкобу какого я о нём мнения, хотя его это, видно и не волновало. Он сонно обнял подушку и глядел на меня умоляющим взглядом.
- Джеймс, если ты говоришь, что не можешь вылезать днём, то иди к противному: не залезай в картину до рассвета и узнаешь, что будет. Так, что ложись спать, а утром мы убьём сразу двух зайцев.
- Надеюсь, одним из этих зайцев будешь ты... - расстроено проговорил я.
В словах Джейкоба была доля правды и логики. Мой резкий и безумный план по возвращению угас, хотя я до сих пор хотел покончить с этим по быстрому. Но мой друг был не в моем положении и потому не торопился действовать, в доказательство моим словам, Джейкоб добавил:
- Утро вечера мудренее.
- Ладно, убедил, - согласился я, - сейчас поспим, а завтра с утра пойдём ко мне!
- Да-да, обязательно пойдём, - вяло проговорил Джейкоб, - а сейчас ложись, - подвинулся он, поднимая одеяло.
Я брезгливо скривился, глядя на него:
- Чувак, ты конечно неплохой парень, но спать я с тобой не буду.
- Нммм, - промямлил, засыпая, тот, - у тебя комплексы, дружок... у тебя комплексы...
- На полу тоже неплохо, - сказал я и лёг на пол. К тому же мне было не привыкать спать на полу, - раз ты так хочешь спать, тогда я тебе не расскажу, каково там, в картине... а там так круто...
Джейкоб тут же побил свой рекорд по скоростному пробуждению вновь: высунув голову с кровати, он посмотрел на меня округлёнными глазами, полными неугомонимого любопытства и проговорил:
- Расскажи!
- Ну... ты сам предложил спать... Скажу только, что там постоянно идёт дождь, а ещё есть дерево со склоном и там полно мертвецов.
- Ахренеть, я же теперь ночь спать не буду! - возбуждённо сказал Джейкоб.
- Ну... - улыбнулся я, - утро вечера мудренее, друг, давай спи.

Пробудило меня солнце, которое стеснительно запускало свои первые лучи в комнату. Бока болели от твёрдого пола, в комнате стояла тишина. Я приподнялся, чтобы разбудить Джейкоба, но его кровать была пуста. "Куда этот идиот уже додумался умотать, оставив меня здесь одного", - с горестью подумал я. На настольных часах, которые на удивление не принимали участие в этой забастовке барахла, а стояли на тумбочке, рядом с кроватью, высвечивалось пол десятого. Я протёр глаза и присел на кровать, понимая, что никуда за пределы этой комнаты мне выходить нельзя и остаётся ждать только этого чудака. Хотя, вероятно, всё проще, чем кажется: Джейкоб умотал в туалет и сейчас вернётся. Нужно было только его ждать. В голове стояла полная неразбериха от того, что я толком и не знал, как мне удастся затащить моего двойника в картину. Я стал поверхностно обдумывать план, как это сделать лучше, вырисовывать себе картину как, вдруг, заметил, что у меня человеческие руки.
- Вот это дела, - прошептал я сам себе, - ахренеть! Джейкоб был прав.
Неужели мне вернулась моя внешность, а мой двойник благополучно оказался в картине? Тут же меня охватило непреодолимое желание взглянуть в зеркало, чтобы убедиться. В комнате Джейкоба не было никакого намёка на зеркало и потому, я осторожно приоткрыв дверь, вышел наружу. Внизу слышался шум готовки на кухне, а также дразнил и звал за собой чудесный аромат. Живот намекающе заурчал, но я только лишь погладил его, намекая, что вниз мы не пойдём. Нужно было осторожно прокрасться до ванной, что я и стал делать, осторожно шагая на цыпочках. План мой оборвался мгновенно: зацепившись ногой за собранный выступ ковра, я стал падать, протянув руку к стене чтобы как-то приостановить падение, при этом я сорвал какую-то фотографию в рамке, которая с треском упала на пол, сразу же следом за мной. И хоть эта картина была и неописуема, но я молча матерясь стал собирать осколки стекла разбившейся рамки, проклиная себя за такую косолапость. На лестнице послышались шаги и я замер в ожидании нового писеца. В коридор вышла бабушка Джейкоба и, увидев меня, удивлённо спросила:
- Джейкоб, ты тут что вытворяешь?
- Я... эммм... случайно... Кто? - выпалил я.
- Кто-то ещё не проснулся, - усмехнулась бабушка, ты не поранился?
- Нет... - проговорил я, стараясь не показывать вид своего дикого охренения, хотя глаза и выпирали из орбит на все сто процентов.
- Рановато встал, иди отлеживайся, каникулы же, а я вот пирог когда испеку, тебя и разбужу.
Я, не в состоянии вымолвить ни слова, просто развернулся и зашагал в комнату.
Так, я - Джейкоб, очень интересно. Для убедительности я пощупал своё лицо, но сразу же понял, что это бесполезно. "Картина!", - мелькнуло в голове и я тут же устремил взор на полотно. На абстрактной подгоревшей композиции был запечатлён размытый странный фон, без зелёного цвета и странный человек, в непонятной позе, на месте которого должен был быть я.
- Джейкоб... сраный Колумб...
"Ну чтож... - подумал я, - хотя бы поем пирог".