Страшилка

- В объявлении написано, что у вас можно взять квест, - сказал Полуэльф бургомистру. - Но там не объясняется, в чём суть. Вы не могли бы уточнить?
- Да всё просто, - пожал плечами бургомистр. - Видите вон тот холм? На нём засел гоблин с гранатомётом. И периодически обстреливает город. Вот, собственно, и вся проблема.
- Ага, понятно. Надо убить гоблина...
- Что вы, что вы!? - бургомистр вытаращил глаза и замахал руками. - Его ни в коем случае нельзя убивать!
- Почему? - удивился Гном. - Это же гоблин!
- Вот именно! Если мы его убьём, мировая общественность скажет, что это геноцид, а мы расисты.
- Ну и что? Пусть говорит что хочет.
- И введёт войска, - мрачно закончил свою мысль бургомистр.
- Хм... - задумался Полуэльф. - То есть, этот засранец стреляет по вам из гранатомёта, а вы терпите и не смеете дать сдачи?
- Не смеем, - развёл руками бургомистр. - Иначе нас назовут агрессорами.

Что будет, если в полете открыть дверь самолета?
А такие идиоты постоянно находятся.
Которые решают это проверить.

Сначала у одного мальчика по имени Серёжа не было ни брата, ни сестры. Потом его мама забеременела, а через девять месяцев у неё родилась девочка. Назвали её Надя - Надежда.

Маленькая Надя постоянно улыбалась. Мама с папой очень радовались этому. Им нравилось, что их дочка всегда в хорошем настроении. Чуть ли не каждый день они говорили Серёже: "А вот с тобой-то мы намучились. Так намучились! Так намучились! То плачешь весь день, то зубы режутся, то температура... А вот Надя лежит и у неё всё хорошо!" Но потом оказалось, что Надя не просто так лежит. У неё тяжёлая болезнь - идиотия. Надя оказалась идиоткой. Не той идиоткой, которой обзываются, а настоящей идиоткой. Слабоумной.

Прошло пять лет. За это время Надя не научилась даже ходить и разговаривать. Она лежала в своей кроватке, улыбалась или мычала как корова. В туалет она ходила под себя и вонь в квартире стояла ужасная от этого. Серёжу заставляли убирать за Надей и это был полный отстой!

Как-то раз он моется в ванной, в душевой кабинке. Тут что-то случилось и пропал свет. Стало очень темно. Серёжа выключил воду и стал звать маму: "Мама! Включи мне свет! Мама!" Но никто не отзывался. Тогда он кое-как домылся, оделся, вышел. Тихо в квартире. Серёжа заходит на кухню, а там его мама лежит. А из спины здоровый нож торчит.

Маленький мальчик по лесу гулял,
Хоботом длинным зверей он пугал,
Вот он копытами в лужу залез.
Тихо качался Чернобыльский лес

Маленький мальчик сел на качели,
Вдруг его сзади кувалдой огрели.
Шепчет с восторгом школьница Света:
- Ух ты! И правда, мозг серого цвета!

Яблочек мальчику мама приносит.
Каждый попробовать яблочко просит...
Вечером в лагере флаги спустили:
Весело третий отряд хоронили.

Однажды Люциферу пришла в голову гениальная мысль. Он день и ночь (а по нашему, человеческому, пониманию - не один век) перекатывал ее в голове, думал, как бы лучше сделать, чтобы поймать побольше простачков.
Учитывая условия жизни некоторых из них, это был сущий пустяк. А если взглянуть на это с другой стороны? Там находились люди религиозные и богобоязненные, с огромным рвением бросающиеся на любые каверзы самого Люцифера и разбивающие их своей верой. Вот, незадача.
Надо так, чтобы всем хотелось. Надо так, чтобы они сами шли к нему. Вот тут-то его и осенило.
Всем - ВСЕМ! - хочется простого человеческого счастья. У каждого оно выражается по-разному. Кто-то хочет денег. Другой хочет здоровья. Третий еще какую-нибудь ерунду, вроде любви. Вот и надо дать им это счастье. И чтоб каждому свое. Так- так- так. Дело сдвинулось с мертвой точки. Но если им просто дать счастье, ничего не изменится. Наступит хаос, а души-то, души останутся при них.
Вот! Надо расфасовать счастье в ампулы. Принял он содержимое - и счастлив! Но не просто так. Если сразу забрать душу у одного, другие взбунтуются. Надо сделать так, чтобы провернуть это дельце незаметно...
Точно! Надо забирать по одному году жизни за ампулу. Цена такая будет - 1 год. И незаметно и выгодно.
Преодолев технические трудности, он сделал три ампулы счастья. Первую попробовал сам и стал счастливым! Ну таким счастливым, как будто все души его стали.
Две другие он припрятал - на всякий случай.

Пишу это сейчас в отчаянном страхе. Моя девушка в данный момент занята на кухне. И именно её я сейчас больше всего боюсь.

А ведь начиналось всё довольно неплохо. Я - студент одного из ростовских вузов, мне 19 лет, учусь хорошо. Можно сказать, что женским вниманием я обделён, так как я далеко не красавец и вдобавок при этом у меня куча "комплексов". В общем, девушки никогда на меня внимания не обращали и я на тот период времени был уверен, что останусь одиночкой на всю жизнь. Однако, я ошибался.

Осенью после пар мне нужно было зайти в магазин, чтобы купить моему младшему брату подарок на день рождения. Я остановился у прилавка с игрушками и стал думать, какую же игрушку выбрать. Краем глаза я заметил красивую девушку лет двадцати, которая стояла неподалеку. Она была настолько красива, что я смотрел на неё и не мог оторвать взгляд. Вдруг она взглянула на меня и улыбнулась. Я сначала даже не поверил: она улыбнулась? Мне?! Я, как идиот, продолжал на неё смотреть. Я даже не думал подойти к ней и познакомиться, наученный горьким опытом и разочарованный собой. Она не могла быть моей! Просто не могла... Придя в себя и поняв, что у меня никак не может быть девушки, я продолжил выбирать игрушку для своего брата. А она тут как тут - подошла ко мне ближе и тихо произнесла: "Извините, а можно с вами познакомиться?" - "Боже мой! Вот это да! Офигеть!" - вот такие несуразные мысли пронеслись в тот момент в моей голове.

У одной семьи, в которой жили папа, мама и их сын с дочкой, были плохие соседи. Эти соседи постоянно устраивали какие-то вечеринки с пьянкой и танцами до утра. Обычно после таких вечеринок подъезд оказывался заблёванным, а на подоконниках стояли бутылки из-под пива и использованные шприцы. Иногда прямо в подъезде спали какие-то люди - гости соседей. Надо детям утром идти в школу, им тогда приходится пробираться мимо спящих тел. А как-то раз одно тело схватило девочку за ногу - так девочка потом три дня заикалась. Думали, что всё уже, девочка останется заикой навсегда, но обошлось.

Возмущённые соседи постоянно звонили в полицию, соседей и их гостей ругали, иногда забирали с собой. Но проходило время и всё начиналось сначала. Наконец всё-таки соседей посадили в тюрьму за хранение наркотиков, а их квартиру продали. Теперь в ней живёт новая семья.

Сначала эта семья понравилась соседям - всегда улыбаются, такие тихие. Оказалось, что они вообще не умеют разговаривать, ни папа, ни мама, ни четверо их детей. Весь день напролёт они только и делали, что сидели у себя в квартире: кто на диване, кто на стульях - и улыбались. Иногда чему-то тихо смеялись. Взрослые не работали, дети не учились. Вся их работа и учёба заключалась в том, что они сидели и улыбались. Оказалось, что это семья настоящих идиотов.

Неожиданный звонок застал меня врасплох. Увидев на дисплее имя абонента, я в нерешительности нажал кнопку вызова. Странно, он раньше практически мне никогда не звонил.

- Алло?
- Андрюха, привет. Дело есть. Поговорить надо... срочно, - произнес хриплый голос из трубки.
- Серега, это ты? - от его скомканных фраз мне стало не по себе.
- Да, я - это, я. Ну что, сможешь? Давай через полчаса встретимся у подъезда? - в его голосе слышалось мольба. С такими интонациями обычно больной просит, чтобы ему вкололи морфин.
- Да-да. Давай встретимся. Хоро... - мой голос оборвался, когда я услышал в трубке гудки.

Не прошло и двадцати минут, как во дворе послышался визг автомобильных покрышек. Узнав за лобовым стеклом силуэт Сереги, я быстро оделся и выскочил из квартиры. Вид у него был потрепанный. Круги под глазами и взлохмаченные волосы говорили о бессонной ночи. А глаза придавали ему вид перепуганного кролика.

Далее я привожу то, что он мне рассказал, за исключением своих возгласов, вопросов и комментариев.

Я не особо помнил, сколько я здесь. Впереди блестела каменная дорога, мокрая от дождя: капли лениво падали с неба, не думая прекращать. Я шёл вперёд, держа картину в руке: не знаю, зачем она мне была нужна. Я надеялся найти хоть одного человека, но город пустовал, здесь было совершенно тихо. Это место напоминало век девятнадцатый, всё здесь было как-то старинно и просто. Устав от своего бесполезного пути, я присел на мокрую лавочку, не обращая на это внимание. Я взглянул на картину со своим домом и стал обдумывать, что же всё это могло значить. "Эх, что же там сейчас творится без меня? Наверняка родители с ума сошли от беспокойства... Эх... если бы очутиться сейчас наверху, в моей комнате...". Вдруг краски на картине стали расплываться, и от рисунка осталось тёмное пятно.
- О нет! - воскликнул я, прикрывая картину от капель дождя футболкой, - чёрт...
Но картина размывалась всё сильнее и сильнее, пока вдруг не стала проявлять новый рисунок. Я с удивлением глядел, как размытые краски рисуют нечто новое, превращаясь... превращаясь в мою комнату! От удивления я затаил дыхание, осознавая то, что сейчас произошло. В моей комнате было темно, но я узнал моё окно, обои и кровать на которой... кто-то спал. Да! Кто-то лежал на моей чёртовой кровати, и я пытался понять, кто это. Силуэт лежал неподвижно, хотя я ожидал действий, словно смотрел не на картину, а на экран телевизора. И ожидания мои были не напрасными: силуэт повернулся и, заметив картину, приподнялся с кровати. Сердце замерло, я щурил глаза, пытался понять, кто же это такой, но темнота и большое расстояние не позволяли этого сделать. Этот кто-то встал с кровати, и пошёл медленно к картине и по мере приближения, от него остались только ноги, которые подошли вплотную и остановились.
- Кто ты, чёрт подери? - прошептал я.

Резкий удар и Анжелика вновь кривится от боли и закрывает руками живот. Удары, снова и снова. По голове, лицу, ногам и рукам. Боль, кроме нее она не чувствует ничего. Не слышит ни своих мыслей, ни собственных криков и стонов, лишь боль. Везде, повсюду. По всему телу. Резкая боль в затылке... А потом ничего... пустота...

Хрупкая девушка лежит на асфальте у мусорного бака. Вокруг нее лужа крови, рыжие волосы, а скорее красные от количества эритроцитов, торчат клоками. Сломанный нос, из которого выпирает косточка и хлещет кровь. Разбитая скула, несколько дырок в зубах и страшно опухшие губы. Ярко-синие синяки и много крови.