Страшилка

Вернулась опять
В эту зимнюю стужу,
И в ветер и в снег.
Снова буду упрямо
В своей конуре
Скалить зубы наружу,
И чавкать, рыча,
И зализывать раны.

Глаза в темноте
Никогда не забудут -
Так было всегда
На веку седовласом:
Следы на снегу
Снова алыми будут,
Смердящие псиной,
И кровью и мясом.

Пусто, пусто, как мне пусто,
Страшно, страшно на душе.
В раму бьется белый сгусток -
Звездный свет в Большом ковше.

Ели, ели, их вершины -
Черных копий долгий ряд,
Тишина тревожных линий,
Хаос, ритма авангард.

Что еще для страха нужно?
Эту полночь и мороз,
Стену елей неуклюжих,
Пустоту в долине звезд.

Терновым венцом изувеченный, хилый
Рассудок смутился и стал незнаком.
Мелькали в глазах белозубые вилы,
Безумье грозило своим кулаком.

С рождения ум был колючим, речистым,
Он знал слишком много, но вам не понять,
Что послан он был, чтобы молниям чистым
Всецело себя на распятье отдать.

Забыв как на ангелов бесы похожи,
Как черное с красным, как сын на отца,
Я черные пики увидела позже,
Сменившие червы - восхода сердца.

Но кто бы подумал, что карта побита,
Что все указали на черную дверь,
И высекла мысль на тени из гранита
Историю жизни, любви и потерь.

Щелчок зажигалки -
Огонь -
Эхо расстрельных команд
Музыка с той стороны
Всегда попадает в такт

Липкая вата - снег
Холодно здесь, как в аду
И я танцую один
На чёрном прозрачном льду

Медвежья лапа или сталь
Плоть не поймет таких нюансов
Зима не знает слова "жаль"
Капканы не оставят шансов

Тёплый май оберегает ее свято,
Обливая ярким светом тень больницы.
Тридцать девятая по номеру палата,
А ей дом с тенистым садом часто снится.

Этот день она запомнила навеки.
Как машина её жизнь перелетела.
Как простить такого человека?
А она, представь себе, сквозь всё, сумела.

Третий год одно и тоже место,
И врачи, глаза не пряча, отвечают,
Что лечить ее совсем неинтересно
И такие как она не выживают.

Каждый день безудержные слезы,
День за днем один и тот же вид.
Её радуют одни лишь только розы,
Те, которые он каждый день дарил.

Темный город замирает
На часах два сорок два
Я, должно быть, много знаю,
Но все тайны скроет тьма

Дымный привкус снега с пеплом
Взгляд холодный и чужой
Знаешь, я тебя ревную,
Но не вправе быть с тобой

Трепет скованных желаний
Шифр, шпионаж, секреты
Мы идем чужой дорогой,
Нарушая все запреты

Мое сердце бьется часто
Руки по утрам дрожат
Но ведь мне не нужно счастье
Лучше приключений ад

Я где-то резко оступилась.
Какой здесь смысл, какой тут толк?
Я все бегу, я заблудилась.
Скользка дорога, будто шелк.

Я в лабиринт себя попала,
Все повороты, тупики...
Я тороплюсь, но все мне мало,
Близка расплата за грехи.

Здесь воздух - уксус и горчица,
И пол в коростах и мышах;
А сверху музыка стучится
Усталым путником в ушах.

Капал дождь в окно,
Уж в который день.
Вроде бы тепло
И уже капель...

Кто бы мог подумать:
В такой весенний день
Умерла невеста
И сомкнулась тень.

Тень в полях, лугах,
На горах, в лесах.
Видно не проста
Невеста та была...

У лукоморья гроб дубовый,
Златая цепь на гробе том.
Землёй прижаты стены плотно,
Не выбьешь ты их кулаком.

Лежишь один, с ума ты сходишь.
Кричишь от страха, в темноте
И в тишине по крышке долбишь.
Никто не знает о тебе.

Там на протоптанных дорожках
Среди деревьев и крестов,
Быть может, кто-то топнет ножкой,
Но не услышит он твой зов.

Мы все больны недугом вечным,
Мы все танцуем на краю.
Бросаясь в бездну в изувечьях,
Мы обрываем песнь свою.

И в муках молим о спасеньи
От порожденных бед и склок.
Мудрея волею мгновенья,
Мы познаем, как зол наш рок.

И мы бросаемся на двери,
Сгорая в собственном огне.
Мы все хотим наивно верить,
Что зло - иллюзия во тьме.