Через тернии к звездам
Печальную сагу поведаю, дрУги,
Как жизнь изменилась в мгновенье одно,
Как мне повязали и ноги, и руки,
И мордою ткнули в чужое говно.
Я жил беззаботным студентом веселым,
Хотел космонавтом на Марс полететь,
Я духом был сильным и телом здоровым,
Мечтал стать богатым и денег хотеть.
Но рок неизбежно крадется за нами
И путает карты, и бьет по рогам.
Он шлет нам тайфуны, торнадо, цунами,
И мы, словно щепки, плывем по волнам.
Как жизнь изменилась в мгновенье одно,
Как мне повязали и ноги, и руки,
И мордою ткнули в чужое говно.
Я жил беззаботным студентом веселым,
Хотел космонавтом на Марс полететь,
Я духом был сильным и телом здоровым,
Мечтал стать богатым и денег хотеть.
Но рок неизбежно крадется за нами
И путает карты, и бьет по рогам.
Он шлет нам тайфуны, торнадо, цунами,
И мы, словно щепки, плывем по волнам.
Я вместо учебы валялся в канаве,
Блевал по помойкам, по бабам ходил,
Сидел на "Загонах", на "Воффке", "Удаве",
И сессию я завалил, как дебил.
Очнувшись с попойки с чужими трусами
На бедной и лысой, больной голове,
Я вдруг обнаружил мужчину с усами,
Всучившим повестку из армии мне.
Сейчас же поняв всю серьезность момента,
Мой разум потухший взыграл, как огонь.
Напившись пургена, наевшись цемента,
В больницу помчался, как бешеный конь.
В больнице об стены я бился истошно,
Пытался от армии я откосить.
Рыгал и поносил цементом нарочно,
И всех умолял и понять, и простить.
"С такими симптомами вылечить могут
В одном заведенье", - сказали врачи.
Собрали меня очень быстро в дорогу,
Я после укола забылся в ночИ.
Проснувшись в дурдоме, в обкаканой койке,
Я связан лежал по рукам и ногам,
И думал, что лучше валяться в помойке,
Чем так вот отдаться проклятым врагам.
Наутро назначили мне процедуры.
Я думал, таблетки мне станут давать,
Но тут же приперлись две старые дуры
И начали клизму мне в попу совать.
И клизма была эффективна ужасно,
Имейте в виду этот трюк, старички.
Цемент я покушал совсем не напрасно,
Цементной струей я разбил им очки.
Затем мне надели на голову каску
И провод из меди прибили к ноге,
И вывезли прочь в инвалидной коляске
К ужасной, корявой и страшной карге.
В обрызганном кровью своем кабинете,
В резиновых фартуке и сапогах,
Где все пациенты рыдают, как дети,
Пытает вас бабушка с током в руках.
И сплюнул я на пол два выжженных зуба,
И глазом косящим уперся в стенУ.
Я понял, что дам обязательно дуба,
Отсюда живым я никак не уйду.
Зачем не пошел я служить на границу,
Уж лучше б кормил я в окопе блоху,
Берег бы страну я, как ока зеницу,
Варил бы я кОком на флоте уху.
А вместо того мне втыкают иголки
Под ногти, под кожу... Я словно в огне.
Здесь все доктора очень злые, как волки,
И в попу соломинкой тыкают мне.
Я вздумал бежать по больничной березе,
И спрыгнул с палаты на дерево вдруг.
Но снова забыл о своем я поносе.
Я снова попал в этот замкнутый круг.
Еще много раз убежать я пытался
В тележке с вонючим и грязным бельем,
Но снова в палате своей оказался.
Сказал санитар, мол, тебя мы убьем.
Тогда мой измученный мозг отозвался
На мощный извне марсианский призыв.
Я как дирижабль от земли оторвался,
Печали и боли земные забыв.
Теперь я на Марсе служу по контракту,
И вам я хочу посоветовать всем:
Служите, не бойтесь идти в космонавты,
И будете рады всегда и совсем.
21.07.2012
Так же в соавторстве с сестренкой
Блевал по помойкам, по бабам ходил,
Сидел на "Загонах", на "Воффке", "Удаве",
И сессию я завалил, как дебил.
Очнувшись с попойки с чужими трусами
На бедной и лысой, больной голове,
Я вдруг обнаружил мужчину с усами,
Всучившим повестку из армии мне.
Сейчас же поняв всю серьезность момента,
Мой разум потухший взыграл, как огонь.
Напившись пургена, наевшись цемента,
В больницу помчался, как бешеный конь.
В больнице об стены я бился истошно,
Пытался от армии я откосить.
Рыгал и поносил цементом нарочно,
И всех умолял и понять, и простить.
"С такими симптомами вылечить могут
В одном заведенье", - сказали врачи.
Собрали меня очень быстро в дорогу,
Я после укола забылся в ночИ.
Проснувшись в дурдоме, в обкаканой койке,
Я связан лежал по рукам и ногам,
И думал, что лучше валяться в помойке,
Чем так вот отдаться проклятым врагам.
Наутро назначили мне процедуры.
Я думал, таблетки мне станут давать,
Но тут же приперлись две старые дуры
И начали клизму мне в попу совать.
И клизма была эффективна ужасно,
Имейте в виду этот трюк, старички.
Цемент я покушал совсем не напрасно,
Цементной струей я разбил им очки.
Затем мне надели на голову каску
И провод из меди прибили к ноге,
И вывезли прочь в инвалидной коляске
К ужасной, корявой и страшной карге.
В обрызганном кровью своем кабинете,
В резиновых фартуке и сапогах,
Где все пациенты рыдают, как дети,
Пытает вас бабушка с током в руках.
И сплюнул я на пол два выжженных зуба,
И глазом косящим уперся в стенУ.
Я понял, что дам обязательно дуба,
Отсюда живым я никак не уйду.
Зачем не пошел я служить на границу,
Уж лучше б кормил я в окопе блоху,
Берег бы страну я, как ока зеницу,
Варил бы я кОком на флоте уху.
А вместо того мне втыкают иголки
Под ногти, под кожу... Я словно в огне.
Здесь все доктора очень злые, как волки,
И в попу соломинкой тыкают мне.
Я вздумал бежать по больничной березе,
И спрыгнул с палаты на дерево вдруг.
Но снова забыл о своем я поносе.
Я снова попал в этот замкнутый круг.
Еще много раз убежать я пытался
В тележке с вонючим и грязным бельем,
Но снова в палате своей оказался.
Сказал санитар, мол, тебя мы убьем.
Тогда мой измученный мозг отозвался
На мощный извне марсианский призыв.
Я как дирижабль от земли оторвался,
Печали и боли земные забыв.
Теперь я на Марсе служу по контракту,
И вам я хочу посоветовать всем:
Служите, не бойтесь идти в космонавты,
И будете рады всегда и совсем.
21.07.2012
Так же в соавторстве с сестренкой
(голосов: 33)
Категория: Страшные стихи
