Страшилка

Обитал наш милый мальчик в большом девятиэтажном доме. Подъезд был всего один по три квартиры на этаже. Семья мальчика жила в доме много лет, соседи все были знакомы друг с другом, соседи были хорошие, жаловаться не приходилось. Но вдруг в один совсем не прекрасный день они стали разъезжаться. Сначала одна семья уехала, на следующий день уехала вторая, еще через пару дней третья. Прошла неделя - и уехало еще пять семей. Так за пару месяцев все и разъехались, две семьи только осталось. Одна семья терпела ещё месяц, но все равно собралась и уехала. И из старичков в доме осталась только та семья, в которой жил мальчик.
Вместо уехавших, естественно, заезжали новые семьи, ни одна квартира в доме не осталась пустовать. Но все новые жильцы были какие-то странноватые и неприятственные. Что-то в них было такое общее, но родители мальчика и сам мальчик долго не могли понять, чем же эти новые люди так похожи друг на друга.

Часть первая. Возвращение

Эпизод 1

Бэлфорд встретил Бэкки запахом прелой листвы и дождя, который моросил уже третьи сутки. Городок почти не изменился за те шесть лет, что она отсутствовала: те же сонные улицы, те же викторианские фонари, та же булочная на углу с облупившейся вывеской «У Марты». Только деревья стали выше, а витрины — тусклее. Или это ей так казалось.

Она вышла из автобуса и поёжилась. Пальто, купленное в городе, здесь казалось слишком тонким, и довольно лёгким для этого промозглого, пробирающего до костей холода. Белокурая красавица подхватила чемодан и зашагала по мостовой, стараясь не смотреть по сторонам. Она не хотела видеть знакомые места. Не хотела вспоминать. Но Бэлфорд сам лез в глаза: вот здесь она разбила коленку в десять лет, вот здесь бабушка Пэг покупала ей карамель, вот здесь...

Он появился в конце ноября — снял квартиру напротив. Вежливый, тихий мужчина лет сорока, представился Олегом. Мы сталкивались на лестничной клетке, он всегда кивал и желал хорошего вечера. Одна деталь смущала: у него не было запаха. Никакого. Ни пота, ни стирального порошка, ни уличной сырости на пальто. Будто проходишь сквозь пустоту.

Через неделю я заметил, что Олег выходит из квартиры исключительно в сумерках — и всегда на одно и то же время: без пятнадцати пять, когда зимнее солнце уже село. Он шагал к лифту, нажимал кнопку и, ожидая, стоял ко мне спиной. Я не придавал этому значения, пока однажды не увидел его лицо в зеркальной панели лифта. Оно не отражалось. Двери разъехались, он вошёл, а стекло осталось безупречно-чёрным — только моя собственная фигура корячилась на лестничной площадке.

Я решил, что галлюцинирую. Недосып, стресс. Но инстинкт заставил заглянуть в дверной глазок в тот вечер, когда Олег не вышел по расписанию. Я приблизился к двери в полной тишине, приник глазом к линзе. Лестничная клетка просматривалась искажённо, но чётко: площадка была пуста. Тогда я перевёл взгляд на глазок его квартиры напротив — и обмер. Из крошечного кружка света на меня смотрел глаз. Вплотную. Не мигая. С той стороны.

Мой сосед похож на рыбу, и эта мысль не даёт мне покоя. Я понимаю, как это звучит. Я и сам пытался смеяться над собой: сравнение нелепое, детское, недостойное взрослого человека. Но чем дольше я живу рядом с ним, тем труднее отмахиваться. Есть сходства, которые нельзя свести к случаю, как ни старайся.

Он живёт напротив, в такой же как и у меня однокомнатной квартире. Ему 70 лет, может, больше - лицо всё в морщинах, складки кожи свисают, добавляя ему схожести с рыбой-каплей и неестественно прикрывая шею.

Глаза. Нет, не выпученные, да и без выразительной черты, но всё же "стеклянные". Смотрят долго и куда-то за тебя, не выражая ничего, что я бы мог понять. Я привык, что взгляд - всегда вопрос, просьба, желание ответа, интерес. Его же взгляд был пуст. Свободен от эмоций. Абсолютно не содержателен. Сначала я списывал это на его возраст, но никогда в редкие разговоры со мной или с другими соседями - его взгляд не менялся. И, что хуже всего - всегда это был долгий взгляд.

История произошла шесть лет назад. Мне тогда было двадцать два года. Шёл я в тихом дворе, в не менее тихом районе. Со мной жил дед, куковать не приходилось. Мать моя покончила с собой, когда мне было семнадцать лет, а отец умер ещё тогда, когда я был младенцем. Но я продолжал жить, несмотря ни на что, и дед мне помогал, будучи для меня духовным наставником. И вот как-то раз я выходил в магазин, чтобы купить хлеб. Возвращаюсь и тут вижу, едет машина, обыкновенная «Лада». Она останавливается возле моего подъезда и из водительского сиденья выходит мужчина среднего роста, плохо выбритый, с кругами под глазами, в майке-алкашке и джинсах, с несколько обвисшим пузом. Из другого сиденья вышел мелкий пацанчик небольшого роста. И тут с пассажирского сидения открылась дверь, из неё стала выходить огромная туша. Это, по всей видимости, была жена того мужчины. Она чуть ли не подняла машину, когда пыталась вылезти, и мужлан с пацанчиком помогли ей.
«Ничего себе!» — Подумал я.
Ничтоже сумняшеся, что сие слоны водятся в России. Когда они её вытащили, мужик открыл багажник, взяв какой-то школьный рюкзак, вручил сыну, отчего тот чуть ли не упал и не скончался на месте. И пацан потащил рюкзак в подъезд. Мужик пытался помочь жене протиснуться в дверной проём подъезда, и тут я посмотрел в окно моей квартиры. Там я увидел лицо деда, и тут мне стало не по себе. Он смотрел на всё это действо с ужасом на лице. А после, отодвинувшись, убрав лицо от окна, скрылся из поля моего зрения. Когда это семейка, по-видимому, наши новые соседи поднимались вверх на свой этаж, я быстро заскочил в квартиру. Семейка это, как оказалось, теперь живёт сверху нас.

Статуя на стадионе

Жил-был один дядя. И у него было золотое кольцо. А сам дядя был спортсмен. А кольцо ему мешало: все сваливается и сваливается. Он взял и надел его на палец статуе, которая там на стадионе стояла. И ушел. А статуя подумала: "Раз он мне кольцо надел, значит, мы с ним обвенчались".
Закончилась тренировка, пришел дядя за кольцом, а снять никак не может. Так и ушел. Лег он ночью с женой спать. А в 12 часов статуя пришла, жену сбросила и сама легла на кровать. Обняла дядю, а он проснулся и вздохнуть не может. Тут петух прокричал, и статуя ушла.
А утром все увидели: стоит статуя к дому задом, а была передом (просто она повернуться не успела). А у дяди того так и осталась бронзовая полоса от объятий. Он рассказал все, что ночью было, но ему не поверили. Но дали статуе игрушку - она и ее обняла, и полоса осталась. Тогда статую в колокол слили.
И зазвонил один раз колокол - и война началась, и пришли фашисты, и жену дяди того мучили и убили. И когда еще колокол стукнет - беда будет...

— Хай, Лора! — Кэйти набирает сообщение. — Лора? Почему молчишь?
— Привет, извини, сосредоточилась на учёбе, всё сижу за рабочим столом. Телефон был в авиарежиме)
— Точно? Или всё-таки опять подглядывала за ним?
— Давай не будем об этом говорить. Я правда готовилась к экзамену, но на данный момент я свободна, интересно, что там на улице.
— Ну-ну. Сколько выучила то хоть?
— Больше половины. А как у тебя с этим обстоят дела?
— Я же ни за кем не слежу, поэтому осталось чуть-чуть.
Девушка с русыми волосами проигнорировала очередной выпад со стороны подруги.

23:58.
— ОМГ! В его квартире сейчас такое 18+ было!

Я сижу с бутылкой браги,
Одурела голова.
Мне недавно рассказали –
Изменяет мне жена.
Что, когда я на работе,
Ночью ходит к ней сосед.
Мне поверить в это больно.
Изменяет?
Или нет?

Брага разум помутила,
Я отправился к нему.
Пусть признается, как было.
Пусть расскажет - что к чему.
Он признался: «Это правда.
Знаешь, как про кобеля?
Полюбила твоя баба.
Ты не злись.
Она моя».

Шёл 1991 год. Мне на тот момент стукнуло четырнадцать. Ситуация в стране была непростая, я бы даже сказал - специфическая и стабильно-неспокойная. На многое не хватало денег, даже на то, чтобы заплатить за коммунальные услуги, не говоря уже о том, чтобы поесть вдоволь. В магазинах почти пусто. Морская капуста заняла всё свободное место. Но, к счастью, капуста была не одинока, с ней вперемешку была килька в томатном соусе, лавровый лист, уксус и трёхлитровые баллоны берёзового сока... Покупать "Дальневосточный" салат жители первое время не торопились, но делать это в итоге приходилось, чтобы не голодать. После столкновений с такими проблемами многие люди от безысходности и уныния шли на любые авантюры, спивались, вешались, сходили с ума, но сие никого не волновало.

Вот и моих соседей с нижнего этажа беда не обошла стороной. Это была обычная семья - муж Николай и жена Клавдия, уже в возрасте. Детей у них не было, а может, и были, но никто их не видел, возможно, по той причине, что дети давно перестали навещать своих родителей.

Мужик пил не просыхая, и его лицо румянилось, как от мороза, а глаза сияли, словно видели перед собой нечто совершенно необыкновенное и замечательное. Но даже в хмельном состоянии он был на удивление спокойным и никого не обременял. В то время я начинал втихаря покуривать и иногда стрелял у него сигареты. Он смотрел на меня, неодобрительно качал головой, но не отказывал.

Дня три назад умер сосед по лестничной площадке - отношение к этой новости "не хорошо и не плохо" - просто никак. День прошел гладко, а вот ночь...

Просыпаюсь от ощущения, что за мной кто-то пристально наблюдает, помню в этот момент мне стало ужасно холодно, а ночь была теплой, тут я открываю глаза (и странно - сонливости совсем не было) и вижу призрачную фигуру мужчины, стоящую в проеме дверного косяка. Точно помню на нем была рубашка, помню расплывчатое лицо и, вообще, всю его внешность, и то, как я ору: "Мааааамааа!".

Мама спала в соседней комнате, а я еще около двух минут сижу на кровати в шоке, а потом бегом несусь к маме. Помню, как мне было жутко пробегать мимо того косяка, и при том, когда на протяжении 10 минут сижу уже у мамы в комнате, я все не могу отойти от шока (потому, что никогда не было и в мыслях, что я - ценитель всего непонятного, на своей шкуре испытаю те эмоции, да еще и увижу это).