Страшилка

29 мая 2016. 12:00
Берлин, Германия. Выпуск новостей:
«Сегодня город охватили массовые беспорядки. Рядом с торговым центром скопилась огромная толпа. Люди нападают друг на друга, а также на полицейских. О пострадавших ничего неизвестно, слишком большое количество людей...»

12:23
Военная база.
На объекте находятся два отряда военных и генерал.
— Сейчас вы направляетесь в центр нашего города. Там в данный момент происходят массовые беспорядки. Необходимо контролировать территорию. Убивать кого-либо запрещено. — Произнес генерал и приказал им идти. Два отряда по 4 человека и с одним командиром залезли в две военные машины. У каждого, кроме командира на вооружении была автоматическая винтовка. У командира — пистолет.

Алина и Кристина - две школьные подруги из старшей школы – лицея и, как водится, одноклассницы.
Алина была девушкой от природы стройной, голубоглазой, натуральная блондинка. Она за собой следила, занималась в спортзале, поддерживая отличную форму, умела хорошо танцевать восточные и современные танцы. А также знала толк в моде. В лицей девушка приходила в обычной деловой форме, принятой в школе по умолчанию для всех учениц – черная юбка или черные прямые брюки и белая блузка с галстуком. И черные туфли на плоской подошве. Длинные волосы укладывала в аккуратный хвост, затянутой черной резинкой. При этом Алина была всегда одета с иголочки и сильно выделялась на фоне других. Такая местная «кукла Барби». Разумеется, Алина была популярной девушкой в школе и нравилась многим парням, которые делали многочисленные и безуспешные попытки встречаться. В отличии от ее подруги Кристины. Кристина была не сказать чтобы некрасивая или уродина, но во первых девочка уступала Алине в стройности. Кристина была, как говорят девушкой в теле. Кристина с темными волосами – брюнетка. Нос был картошкой, толстые губы, пухлые щеки и карие глаза. В общем, обычная ничем не примечательная девочка, как и многие ученицы в лицее.
Кристина и Алина сидели за одной партой и дружили, как хорошие одноклассницы. Конечна эта дружба была по негласному расчету и была очень выгодна Алине, не стоит пояснять почему.

Это было рядом с моей деревней.
Там простиралась территория, куда мне было запрещено ходить. Бабушка и мама строго раз и навсегда запретили даже близко туда приближаться.

Я много раз пыталась понять, почему мама беспокоится, что "Это место" рядом с нами; почему старые жители деревни, случайно посмотрев "туда" начинали креститься.

Вокруг запретного места росла лесополоса, поэтому раньше я ошибочно думала, что это поле и на нем что-то росло. Я до сих пор так бы и думала, если бы однажды не забралась с друзьями на холм и не увидела бы какое-то построение. Крыша? Купол церкви? Вечером я спросила у бабушки что находится там, за густыми деревьями. Такую реакцию от моей добросердечной бабушки я никак не ожидала увидеть: она дала мне пощёчину, и я упала на пол. В истерике она сказала даже не интересоваться что там находится. Рыдая, я смотрела на маму, ожидая поддержки или защиты: не могла понять, что я сделала не так. Но помощи не дождалась: на глазах мамы навернулись слезы, и она сказала: "Не надо. Не думай что там". Мне было семь лет. Такая сцена только добавила желания узнать что там находится.

За последние несколько лет я понял, что профессия психолог - помогает далеко не всем. Я вам более скажу: этих людей, с искусственно спокойным голосом, я ненавижу. Когда они смотрят на меня, им страшно. Они нервничают. Отводят взгляд, запинаются. Разве это профессионально? Нет. Последний из них заплакал. Худенькая брюнетка не выдержала моего рассказа, как я медленно пожирал маленькую девочку... Я и сам помню. Ее маленькие ножки торчали из моей огромной пасти. Розовые босоножки... С цветами. Я и сам плохо это вспоминаю. Но я не могу. Тот, кто так безнаказанно поселился в моей теле - самый ужасный из всех паразитов. Он взял мою душу и вывернул ее наизнанку. По ночам я не сплю. Дергаю руками-ногами, бегаю по комнате. Когда его голос слишком сильный, я начинаю бить себя по голове, резать себе горло, вены. Чего я только не пробовал... Один раз я выпрыгнул в окно и мои кишки намотались на ближайший поломанный фонарный столб. Такого вам по новостям не расскажут. А вы смотрите новости, слушайте все вранье и побольше. Забейте себе голову и вы не заметите, как я подкрадусь сзади, сверну вам шею, сломаю тело в несколько раз и медленно вас сожру.
Кто я?

Наша школа была построена у самого кладбища. Вообще, это был морг, но затем его переделали в школу. Странно конечно, но нам было весело учиться в бывшем морге. Учеников здесь было мало, так как немногие рискнут заявиться в морг, хоть и старый.
Недавно к нам пришла новенькая. Ее звали Эмма и училась она в 7 классе. Она была очень худая и из-за этого все ее называли анорексичкой (плюс ко всему этому она никогда не ела, по крайней мере, я этого не видел). У нее были черные волосы и фарфоровая кожа. Иногда она казалась мне ходящим трупом. У нее были странные повадки. Один раз, когда я сидел вечером на лавочке, я заметил, как она шла на кладбище. Я не рискнул за ней проследить.

Один раз, когда я шел мимо шкафчиков с одеждой, то услышал странные звуки и конечно же, интереса ради, пошел на них.

Эту историю мне поведала знакомая, у которой бабушка застала блокаду Ленинграда. Далее с её слов.

Когда мне было 7 лет, началась блокада Ленинграда. Жили мы в общежитии, так же там проживало ещё 5 людей и среди них немощная старуха, которая почти не ходила, но это было не так. Едва все взрослые ушли, остались только я и старуха, она сразу вскочила и начала суетливо бегать по кухне. Тут она достала свежий кусок белого хлеба, от которого у меня ум за разум зашёл, ведь я не ела около 2-ух дней. Так же она достала вазочку с конфетами, о чём на тот момент даже и мечтать не приходилось. Мои руки сами потянулись к конфетам, но едва я хотела взять одну, как старуха забрала их у меня из под носа и сказала: "Пошли ко мне, чай с сахаром попьём". Старуха шла впереди, я следом.

В её комнате мерзко пахло гнилью. Как только мы оказались в её комнате, она резко схватила меня за руку и потащила в угол. Обессиленная голодом, я не могла сопротивляться. Старуха швырнула меня в угол комнаты так, что я сильно ударилась головой и мое сознание помутилось.

Жила-была девочка Оля. У нее была подруга - Катя. Как-то раз Катя не пришла в школу, но вместо нее пришла новенькая - Карина. На обеде Карина ела мясо из дома. Оля подошла.
- Привет!
- Привет!
- А можно...
- Я уже поняла - перебила Карина. - Вот, попробуй.
Мясо оказалось вкусным. Девочки доели его вместе. Они подружились.

Вот Кати нет уже неделю. Карина пригласила Олю в гости.
После школы они сели в автобус и выехали на окраину города. Здесь начинался лес.
- Ну, дальше идем пешком.
- В лес?!
- В лес.

Первые несколько мгновений я не мог понять где я и что со мной происходит... Сначала я вдруг осознал, причем совершенно четко, что я не дома. Совсем. И даже не в России. Воздух сухой и жаркий, несмотря на то, что здесь, судя по всему, раннее утро. А почему не в России?..

Я стоял на обочине автомобильной дороги. А прямо передо мной громыхал сломанный явно по чьей-то злой воле огромный билборд с яркой надписью на английском языке: "Добро пожаловать в Неваду!"

Я продолжал стоять, ошалело уставившись на пробитый в нескольких местах рекламный стенд, но посторонний шум за спиной заставил меня обернуться. И мне сразу захотелось исчезнуть. Быть где угодно, только не здесь, не в этом месте...

Буквально в 50 метрах от меня, чуть съехав в кювет, полыхал ярким пламенем автомобильный фургон. Видно было, что подожгли его недавно и с неизвестной целью. Почему я был уверен именно в поджоге, стало очевидным из увиденного: в десятке метров от полыхающего огнем автомобиля группа странного вида субъектов в рваной грязной одежде, с ухмылками на почерневших то ли от копоти, то ли от никогда не смываемой грязи физиономиях, раскладывали что-то на большой решетке, возведенной на высокой металлической раме над еще одним костром, сложенным из автомобильных сидений из того самого фургона, судя по всему. Пожар на обочине незнакомцы ликвидировать вовсе не торопились, напротив, он имел, как мне показалось, некую смутную связь с происходящим. Я присмотрелся повнимательней к тому, чем они занимались. На решетке один из аборигенов что-то возбужденно выкрикивая, вращал из стороны в сторону что-то похожее на большую оленью ногу. Вот только нога эта заканчивалась вовсе не копытом, а...

- Ты должен отомстить ему за всё. За всю ту боль, что он причинил тебе. За всю ту боль, которую он еще причинит тебе.
- Но это же были школьные времена. Он не только меня задирал, а еще и Кольку с Петькой, - ответил парнишка своему собеседнику. - И я его уже не видел лет как пять, что он еще сможет мне сделать? - добавил парень.
- Ты спрашиваешь - что он еще сможет тебе сделать? Тебе разве недостаточно того, что он уже сотворил? Посмотри на себя в зеркало. Кем ты вырос? Кто ты?
Мальчик посмотрел в зеркало.
Худощавое телосложение, под глазами синяки, туповатое выражение лица, которое будто не выражает никаких эмоций.
А если описать его внешность подростковым сленгом, то это выглядело бы так: дрыщ, задрот и слово, которое нежелательно употреблять.
- Наверное, ты прав, - неуверенным голосом сказал парень.
- Наверное? Ты еще можешь говорить "Наверное"? Тебе напомнить, как он дал тебе подзатыльник и плюнул в тебя, и все это произошло при Людке. А она, между прочим, тебе до сих пор нравится. Не ты ли на её фотографию в социальной сети делаешь свои грязные делишки?

— Слышь, Денис, не гони так, — раздался голос Серёги с заднего сидения.
— Правда, милый, сбавь обороты. — Маша посмотрела в окно. Мимо пролетали деревья. Чересчур быстро для этого времени суток и погоды. — Поздно уже и дорога вся разбитая. Не хватало ещё слететь с неё.
— Боишься? — Денис задорно ухмыльнулся и прибавил скорости. Машину немилосердно затрясло на ухабах. Дорога, как всегда бывает за городом, была не очень приспособлена для быстрой езды. Маша злобно на него глянула, но ничего не сказала.
— Да нет же, болвана кусок, пиво разливается! — Серёга горестно вздохнул, глядя на здоровенное пятно на джинсах. — Ну, вот...
— Обмочился со страху? — засмеялся Коля, отхлёбывая со своей бутылки. — Смотри на меня не попади, криворукий.
— Иди ты, — беззлобно пробормотал парень, пытаясь хоть немного протереть джинсы, найденным в заднем кармане, платком. ­Протянул руку. — Открой мне ещё одну...
— Ребята, в самом деле, может, хватит? — Маша всё больше злилась. Отдых уже не казался таким весёлым, а пьющие ребята постепенно раздражали своей тупостью.
— Дебилы, харе бухать в моей машине! — Денис тоже был не в восторге, потому что, на данный момент, такого себе позволить не мог. Он повернулся к нам, одним глазом посматривая на дорогу, другим на алкоголь, словно пытаясь выпить его взглядом. — Уже час подождать не можете? Потерпите! Сань, ну ты хоть проследи за этими ушлёпками.