Страшилка

Огни ночного города начали загораться. Я стоял на краю крыши и смотрел вниз, собираясь с силами. В голове была каша из мыслей. По спине пробежал холодок.
- Так быстро сдулся? Мы же так мало поиграли. Всего 27 лет.
Я обернулся. За моей спиной стояли двое. Мальчишка лет 15. Черные как смоль кудрявые короткие волосы. Острые уши как у эльфа. Голым был по пояс. Этакий демон. А вторым был парень, выглядевший года на 3 старше меня. Длинные золотистые волосы блестели в лунном свете. Похоже, ангел. И баранка над головой светилась, и крылья на месте.
- Какого?! Кто вы?
Тот, что был как демон засмеялся.
- Не узнал нас? Юрий, скажи ему.

Тёплый день. Всё вокруг цветет и распускается. Дети играют в игры весело смеясь и радуясь. Я это вижу каждый день. Я тоже хочу радоваться жизни, как соседские дети. Но я не чувствую радости, я не чувствую грусти. Я безэмоционален, я давно умер внутри. И вновь сидя на подоконнике и смотря как играют дети, мне становится лучше.

Но я не всегда был таким. Таблетки, которые мне выписали, глушат эмоции, и я чувствую себя только хуже. Почувствовать радость хотя бы на мгновенье помогают алкоголь и сигареты, но на следующий день мне очень плохо.

У каждого подрастающего мальчика любое заброшенное здание вызывает восторг и неизвестное чувство исследовать каждый угол этого здания. Так и случилось со мной и моим другом Гошей. Мы были обычными любителями по лазить по таким зданиям. И вот как-то раз до нас дошла информация о новой гигантской заброшке.

Нам сразу стало очень интересно исследовать это загадочное и в то же время манящее место. Я и Гоша взяли еще по одному другу, чтобы было не так страшно. К нам присоединились Андрей и Вован. Они были такими же "исследователями", как и мы, и поэтому мы сочли взять именно этих персон. Мы пошли, шли мы больше 45 мин, так как мы жили довольно далеко от той заброшки. Когда мы оказались на месте, снизу это величественное место казалось еще более прекрасным на вид.

И вот тот самый момент, когда 4 школьников вошли в бетонные стены этой заброшки. И как мы и хотели, мы залезли на самый вверх заброшки на недостроенную крышу 8-этажного здания. И вот мы на крыше, только мы начали наслаждаться живописными видами открывающимся с заброшки, как вдруг Андрей что-то услышал рядом с лифтовой шахтой, он пошел посмотреть, мы за ним.

9 октября 2018.

Сергей пришёл со школы. Зайдя в свою комнату, он бросил портфель на кровать и снял куртку. Направился в прихожую и повесил куртку. Внезапно на кухне раздался треск. Парень подумал, что это кто-то из его родителей. Направился на кухню и никого не обнаружил. На столе записка: «Мы уехали на два дня к твоей бабушке, огород помогать вскапывать, итак задержались. Мама».
После этого, Сергей включил чайник и направился в свою комнату. Он даже начал забывать о таинственном громком треске.
Взяв в руки телефон, парниша написал однокласснику сообщение, которое содержало лишь «Чувак, что мне делать? Надоело это всё. По одному сценарию каждый день».
На что одноклассник лишь послал Сергея.
В мыслях Сергей считал, что вокруг него одни идиоты.
Так и было. Он учился в одной из самых худших школ Москвы. Жил в разваленном районе.

Туман начал рассеиваться, что было плохим знаком для сироты.
В этом районе ему на свет лучше не выходить - опасно, слишком уж он много тут натворил, и самым доступным убежищем казалось на крыше 9-этажного кирпичного дома.
Не в силах больше держать на себе "отключеного человека", положил его на лавочку у подъезда, а сам принялся искать адрес этого дома в своём блокноте с кодами. В конце концов, только на крышах он и живёт... Зимой и летом... Днём и ночью...
- Хмм... Ага! Наконец-то. #7540*
Убрав блокнот обратно во внутренний карман, он принялся вводить его на кнопочной панели.
Загорелась зеленая кнопка, проиграла 8-битная музыка.
Поставив кусок керамической плитки за роль подпорки, вернулся к скамейке и пыхтя взял бессознанное тело на руки, поднял и понёс ко входу.
Как только он вошел, вполне привычно, взмахом ноги выбил керамическое изделие, и дверь захлопнулась.
- Благо тут есть лифт...

С некоторых пор хорек тормошит меня изо дня в день ровно в 4 утра, вываливаясь из тяжелого сонного забытья на тонком переходе в реальность сквозь постоянную головную боль, я успеваю заметить, что в глубине недостроенной мансарды есть еще кто-то, он ждет меня, молчаливо, но настойчиво требует - расскажи им, расскажи все. Хлопает оконная рама от несуществующего сквозняка, я окончательно просыпаюсь, хищная зверюшка кусает мою руку, кусает и вскидывая голову внимательно оценивает - удалось ли меня разбудить.

*****

Крыши, двускатные - покрытые жестью, с облупившейся краской или шифером, почерневшие от сырости, с островками мха, с застрявшими в сгонах и желобах обрывками мусора, крыши, накрытые рубероидом, с непременными орудиями ремонта – ведрами в гудроне, остатками костра в железной бочке, какими-то кистями. Крыши, манящие подростков на уровне инстинкта вседозволенности, авантюризма. Волнующие, зовущие, ласкающие разгоряченные детские лица ароматами большого города. Все те же спокойные 80-е, еще нет хипстеров, еще практически нет видеомагнитофонов, еще бобины с магнитной лентой, вращаясь, зажигают чужими ритмами, дребезжат хриплым надрывом Владимира Семеновича.

- Мама, я снова видел этого дядю в окне моей комнаты.
- Женька, сколько раз я тебе говорила - не выдумывай и не ври. Хватит уже фантазировать. Еще раз тебе говорю, мы живем на девятом этаже. Никто не может смотреть в твое окно.
- Но, мам, я говорю правду, - пролепетал детский голосок белокурого мальчика. - Вот ты только выйдешь с моей комнаты, и он появится.
- Спать, - командным голосом ответила девушка. Затем вышла с комнаты сына, выключив свет и плотно закрыв дверь.
Мальчишка сильнее натянул одеяло, спрятав под ним свой носик, и уставился в окно. Так он пролежал минут пять. Смотрел внимательно, пытаясь не моргать. Глаза начали закрываться – потянуло на сон.
Вот он их открывает. А в окне тот самый дядя, которого он видит каждый вечер.
Он словно парит в воздухе, но почему-то вниз головой. У него заклеен рот скотчем и почему-то широко открыты глаза.
Мальчишка натягивает одеяло еще выше, спрятавшись под ним полностью. Мама говорит, что никакого дяди нет,и я все это придумал - сам себя утешает ребенок. Глаза снова начинают закрываться и он засыпает.

Дома он включил телевизор, чтобы посмотреть какую-нибудь передачу. На экране шел экстренный выпуск новостей. Диктор вещал произошедшее за день.
- И так, на данный момент, в Нью-Йорке происходят странные вещи - неслось с экрана - В городе объявлено чрезвычайное положение. На многих улицах Нью-Йорка были замечены необычные животные, нападающие на людей. Полицейские и военные просят граждан не выходить без лишней надобности из своих домов. И о погоде: Сегодня к вечеру возможен сильный дождь, гроза и штормовой ветер. Порывы ветра при грозе могут достигать двадцати-тридцати метров в секунду - диктор закончил говорить.
Мерсер щелкнул пультом и направился на кухню. Там он заглянул в холодильник.
"Еды достаточно" - размышлял парень - "Несколько дней можно не ходить по магазинам".
Затем он достал два яйца и бекон, чтобы приготовить себе яичницу. Перекусив, Алекс положил посуду в раковину и пошел в душ. Быстро ополоснувшись, он накинул на себя одежду и после решил вздремнуть. На него неожиданно накатила усталость. Через пять минут Мерсер провалился в глубокий сон.

Аноним
05:10
Привет.

Женя
05:13
Что тебе надо в такую рань? И кто ты?

Аноним
05:14
Я просто хотел поболтать с кем-нибудь. Мне скучно.

Женя
05:20
Ты так и не сказал кто ты.

Вы верите в привидений? А в мистику? Нет? Открою секрет: я тоже не верила. Пока не поняла, что я каким-то образом убиваю людей, просто когда подумаю что-то плохое о них. Но, я должна знать как выглядит человек и как зовут. Ничего на ум не приходит? А на аниме "Тетрадь смерти" не напоминает?
Лайт, чтоб убить человека, должен был знать имя и внешний вид. Но мне не нужна тетрадь, я и так убиваю эфективтивние. Никто даже не подозревает, что я убийца. Но я вам расскажу как я узнала про свой, так сказать, дар.

Мне тогда было 14 лет. Я тогда связалась с не очень хорошей компанией. Я там была самой младшей, и почему-то меня назвали макне. Потом я поняла, что это означает. Так в Корее называют самых младших. В один день Диего, самый старший из нас (ему тогда было 17), предложил пойти на крышу. Для меня это странным не было, поскольку мы на крышу ходили каждый день.