Страшилка

Начало описываемых событий относится к 1990 году. Тогда, в самый разгар новогодних праздников, семья наших приятелей взяла в дом двухнедельного котёнка...

Взяли с рук у своих же знакомых. Сунули хозяевам рублик (чтоб котейка прижился) и принесли домой. Котик умещался на ладони. Манюсенький серый комочек, полосатый и пушистый. Над именем долго не думали, оставили то, которое дали прежние хозяева – Кузя. Да оно и впрямь ему подходило лучше некуда. Такой шустрик, с кисточками на ушках и огромными зелёными глазищами. На новом месте быстро освоился. Гонял с утра до вечера по всей квартире, как домовёнок из мультика.

По мере взросления оказался, на удивление, добрейший и ласковый кот. Несмотря на свою «тигровую» полосатую внешность. Очень любил хозяев: мужа с женой и их малолетнюю дочку. Запрыгивал на подоконник или другое возвышение, вставал на задние лапки, а передними тянулся к человеку. На ручки. Когда его брали на руки, обнимал за шею совершенно по-человечески и прижимался своей мурлыкающей пушистой головой к щеке. Если его не сгонять, мог так сидеть вечно, довольно мурча и щуря свои ясные зелёные глаза.

А вот еще случай был.
Приехал к деду внук. Вечерком как-то комп включил, да тут соседка позвонила. Ну, внук к ней пошел, 25 лет как никак, пора и детей делать.
А тут дед Фёдор в комнату зашел. Видит - на экране лестница темная, да ступеньки вниз. Ну, дед сел, вперед нажал. Начал спускаться.
Пролет за пролетом, стало скучно деду. Включил дед музыки на компьютере (дед продвинутый был, все нормально). Баскова. Спускается дальше, смотрит - а в углу фигура стоит. Дед думает - поди, бомж местный! Только хотел подойти, денег дать - тот как бросится!
Испугался дед, чуть все штаны не замочил.
А бабка в погреб полезла, за огурцами. Да темно там, ничего не видно. Ну, кричит она деду: "Фёдор, фонарь принеси!"
Ну, дед взял фонарь, начал спускаться по лестнице в погреб. Видит - в углу фигура темная стоит, с бабку размером! Дед сразу - хрясь по ней фонарем!
Мораль - не позволяйте мужу долго сидеть за компьютером.

Мой дедушка был редкостный затейник. Хотя почему был, он и поныне здравствует, разве что нескончаемый поток затей немного поугас. И то не столько из-за почтенного возраста, сколько из-за отсутствия детей в семье. Я уже выросла, уехала учиться в университет, а мои уже остепенившиеся двоюродные братья и сестры разъехались по разным городам.
Практически за всё наше со старшим братом детство нужно благодарить деда. Когда наши родители решили, что подошло время отправить детей в сад, дедушка предложил свои услуги в качестве бессменного воспитателя. Он сам научил нас читать и считать, на ночь рассказывал сказки Пушкина. Гулять он выводил нас в любую погоду, а затем сам чистил наши курточки и штанишки от грязи. Но, самое главное, за что мы его любили и за что в наших глазах он был настоящим героем - его "пугалки". Так мы называли их. О, это были не только так называемые страшилки, это был целый набор игр, рассказов, постановок. Кстати "пугалок" дедушка знал несчетное множество, при этом они были такими страшными, что мы братцем просто визжали от страха и восторга. Причем от страха больше визжал брат, хоть и был старше меня на два года. Меня дедушка всегда называл "казаком" и говорил, что "Эту девчонку за так не проймёшь!"

Настали долгожданные зимние каникулы. На улице была метель, снег валил уже второй день. Я предложила маме съездить в пригород к дедушке, но у них с папой был завал на работе. К счастью, муж подруги моей мамы как раз должен был ехать в командировку недалеко от этого пригорода и меня отправили с ним. Помню то прекрасное зимнее утро, это предвкушение встречи с любимыми местами и дорогим человеком. Мама накормила меня вкусным завтраком и отправила в путь. Знала бы я тогда, что всё обернётся таким образом, эта поездка никогда не была бы желанной...
- Так, как приедешь, сразу позвони! - сказала мама, предварительно открыв входную дверь. - Я, конечно, понимаю, что ты у меня взрослая, но не заставляй меня переживать.
Родители провели меня до машины, поцеловали, а я вместе с дядей Витей отправились в путь. Мужчина этот был замкнут, на его лице всегда было заметно безразличие: казалось, ему было совершенно плевать на всё и всех. За всю дорогу он не обмолвил ни слова, хотя я пыталась из него что-то вытянуть. В салоне машины витало напряжение, но я старалась не обращать внимания и занималась своими делами.

А вот еще случай был.
Лежал как-то дед Фёдор на печи. Видит - одеяло свисает. Ну, дед от греха подальше его подобрал, ноги завернул, лежит дальше. Слышит - стучит что-то. Дед одеялом накрылся. Снова слышит - вроде тикает что-то. Дед - крестится, но не вылезает.
Лежит, лежит, чует - воздуха мало. Ну, дед щелку приоткрыл в одеяле, а оттуда на него глазища смотрят!!! Ну, дед в обморок!
Мораль - спишь с котом - не бойся его.

А вот еще случай был.
Сидит дед на завалинке, смотрит - а в земле трещина! Ну, дед сразу понял - конец света начался, земля ломается!
Ноги в руки, и побег дед в погреб. Залез туда, крышку закрыл, сидит, ждет, когда начнется.
А бабка в то время коз пасла. Ну, и пригнала их домой. Сидит дед, слышит - а со двора блеяние козлиное! "От черти-то на землю повылазили!" - подумал дед. Решил спасти, кого сможет. Вылазит из погреба, во двор выбегает, бабку хватает и бегом с ней - на сеновал!
Ну, бабка обрадовалась: сколько лет дед ей не интересовался, а тут - на тебе! Спрашивает его: "Егорушка, а ты трезвый хоть?" Он ей: "Молчи, бабка! Не видишь, что творится! Спасаю тебя!" Она еще больше зарумянилась.
Мораль - чего только не придумают мужчины, лишь бы заняться сексом.

А вот ещё случай был.
Идет как-то Фёдор в магазин, а на дороге цыганка встала, и не пропускает. Говорит, "Ручку позолоти, а я погадаю". Ну дед подумал - подумал, взял, да и позолотил. А та как закричит, руками замашет "Ты что ж делаешь, ирод поганый!" И убежала.
Мораль - Золотая краска - не выход.

А вот ещё случай был.
Идёт как-то дед по улице, смотрит, а там милицейский их, в форме стоит. Ну Фёдор как крикнет: "Товарищ милиционер!", а тот не отвечает. Фёдор подходит, смотрит ему в лицо, а там полицейский!
Мораль - Чёртовы реформы!

А вот ещё случай был.
Собирался Фёдор водки выпить, налил в стакан, а он бах! И под стол. Взял второй, тот тоже упал и разбился. Ну дед на трезвую голову, схватил бутылку, хотел из горла пить, а та тоже на пол, и разбилась. Ну дед в панике побежал к Михалычу. А тот ему "Это всё черти. Черти выпить не дают!" Ну дед запасся святой водой и пошел домой, чтобы избу освятить. Заходит, а там бабка стаканы вазелином мажет!
Мораль - не женись.

Жил дед Фёдор, пиво любил. Ну, сидит как-то за столом, пытается бутылку глазом открыть, не получается. Заходит бабка, ну, думает, черти Деда за глаз тянут! Побежала к священнику Михалычу, тот ей "Это джинн, ты бутылку потри, а он желание исполнит".
Ну, бабка прибегает, а дед сидит довольный и пиво пьет из открытой бутылки. Ну бабка как заарёт "Ты что ж наделал?! Джинна выпил!"
Мораль - упустил дед свое счастье.

А вот ещё случай был...
Лежит Фёдор на кровати, уснуть пытается. Посмотрел в окно, а там у соседей под потолком светится что-то. Ну, он побежал, водой святой оббрызгал, и всё потухло.
Мораль - закрывайте на ночь двери.

Жила-была бабушка и дедушка и была у нее внучка по имени Репка. А звали ее так потому, что та девочка ростом не вышла.
И вот дед говорит бабке:
- А что если нам закопать Репку в землю, может вырастет?
- Дед, ты что сдурел, махорки обкурился иль водки опился? Как же мы ее закопаем, задохнется же!
- Так мы ее по колени, да и все.
Думали-думали, на том и решили. Дед закопал девочку по колени и говорит девочке:
- Ну, что-нибудь чувствуешь?
- Нет, дедушка, - отвечает девочка. - Ничего не чувствую.
Почесал дед лысину и закопал девочку на следующий день по пояс.
- Ну что, Репка, растешь ли, аль нет?
- Нет, дедушка, - закачала головой девочка.

Холодный осенний ветерок лениво трепал золотую листву. Молодая осина, что росла через дорогу, с каждым его порывом, дрожа, шелестела и роняла редкие листья. По октябрьскому небу медленно плыли молочные облака, обещая в недалёком будущем первый снег. Печальная пора окутала районный центр и его окрестности, в одном из которых на отшибе, неподалёку от старой дороги - "мёртвого шоссе", скрытая от чужих глаз осиновой рощицей, стояла старая "односемейка" вдовы Евдокимовой, недавно скоропостижно отошедшей в мир иной. Деревянный одноэтажный дом, с прохудившейся в нескольких местах шиферной крышей, словно безмолвно скорбил о безвременном уходе своей нелюдимой хозяйки: свежевыкрашенные бежевые стены его, казалось, приобрели коричневый оттенок, а резные белые наличники посерели, видимо намокнув от проливных дождей. В прохладном воздухе ещё стоял "болотный аромат", тянувший с лесных просторов, сменяясь с запахом дыма - в доме затопили печь.
- А дальше что было? - кинув в топку последнее полено, спросил Артём.
- А дальше, я ему говорю: "Нет тут никакой Оксаны! Женская общага в следующем корпусе!" - хлопнув себя по колену закончил Никита.

- Давно это было. Мы деда в психушку сослали. Точнее, не мы, а отец мой. А я, знаете ли, по его следам не хочу. Потому и встретились мы в такой себе неформальной обстановке. Диктофон прошу убрать. Вам незачем запоминать то, что я сейчас поведаю.
- Будущее лечение....
- Обойдёмся без формальностей. Договоримся так. Я рассказываю - вы слушаете, даёте совет и уходите. И больше мы никогда с вами не встретимся. А в отчёте напишите "анонимно". Идёт?
На стол упала толстая пачка стодолларовых купюр.
- Тут пять тысяч. Надеюсь, этого хватит.
Мужчина средних лет, успешный бизнесмен и примерный семьянин, наполненным тоски и мольбы взглядом взывал о том, насколько плачевно его душевное состояние и как нужна ему помощь.
- Вы можете мне полностью доверять. Я вас не выдам. Устраивайтесь поудобнее, давайте начнём.