Страшилка

Поднимешь глазки - а там самолет летит.
Но не машет крыльями, как обычно.
А на парашюте.

Я в своей жизни сталкивался с шаровыми молниями дважды. Первый случай почти забылся, мне тогда было примерно 10 лет. Погода была, по словам моих домашних, душная, собирался дождь. Яркий желто-оранжевый шарик медленно влетел в комнату на даче, где собралась почти вся наша семья. Влетел из соседней комнаты. Повисев немного, он упорхнул в открытое окно, никому не причинив вреда. Но этот случай я описываю по рассказам домашних, хотя сам был в этой комнате.

А вот второй случай, куда более страшненький, помню отлично.
Насколько помню, после четвертого курса дело было. Еще СССР, спортлагерь рижского политеха. Славные "Рониши", расположенные метрах в пятидесяти от дюн. Вечера традиционно проводятся в этих дюнах. Костерок, гитара, "Возьмемся за руки друзья", "Что же из этого следует, следует шить....". Романтика, восторженные девичьи глазки, раскатанные наши губки. Все напитки в ассортименте, пиво в индустриальных количествах за напиток просто не считается, идет фоном.
Фоном идет, но и, простите, выходит.

Воспользовавшись паузой в песнопениях, я решил отойти в сторонку, по известному поводу.

В Индии змеюшка ползала.
Аборигенам то не очень нравилось.
И поставили они капкан на веревочке.

Спать надо дома.
А не в метро Нью-Йорка.
Так безопасней будет.

Осень. Начало октября. Тот период времени, когда ещё не холодно, но уже не жарко. Темнеет рано.
Утро.
Проснулся Олег от невыносимой боли во всем теле. Каждая мышца, каждая косточка буквально ныла и пульсировала, словно он всю ночь разгружал фуру со строительным материалом, а по окончанию работы его самого засунули под ту самую фуру и проехались по нему несколько раз:
вперёд – назад, вперёд – назад.
Олег несколько минут пялился в потолок, пытаясь вспомнить вчерашний день.
А что было вчера? Этого он не помнил, и как мужчина не пытался вспомнить хоть что-то, хотя бы малейшее воспоминание и моменты - ему это не удавалось. Будто-то кто-то вырвал из его головы все, что связано со вчерашним днём, словно страницу из книги.
Вообще, он смутно помнил как переехал в это место, видимо, на фоне стресса и переживания мозг совсем прикипел, однако причину, по которой он здесь, Олег помнил чётко.
Олег покинул теплую постель и взял курс в сторону ванной комнаты.
- Эх, Олежек, Олежек, что с тобой стало? – проговорил мужчина вслух, глядя на свое отражение в зеркале.

Дело было в детском летнем лагере. Мальчики лежали в палате и старались уснуть. И вот один мальчик по привычке засунул руку под подушку. Под подушкой оказалось что-то тёплое и влажное. И тут вдруг раздался жуткий крик. Это кричала девочка в соседней палате. Все повскакивали. Стали сбегаться взрослые люди, несколько мальчиков тоже пошли на разведку.

В соседней палате на кровати лежала девочка с распоротым животом. Вся кровать была в крови. Девочка умирала. Вызвали скорую помощь, но она не успела приехать. И тут кто-то заметил, что у того мальчика рука по локоть в крови. Его стали подозревать в том, что это он убил девочку. Когда приехала полиция, они сделали экспертизу крови на руке мальчика. Оказалось, что это кровь девочки. Другие мальчики не заметили был ли он в своей палате или не был, когда девочка стала кричать. Мальчика арестовали, а потом отправили в спецшколу для малолетних преступников.

Очень-очень давно, еще до отечественной войны, но уже после революции, помер врач. До смерти врач имел частную практику, жену и большую квартиру из пяти комнат. Зажиточно жил врач. Но помер.

Жена врача, имевшая кроме мужа молодого любовника, к врачу относилась с уважением и похороны ему устроила по высшему тогдашнему разряду, несмотря на временно-постоянные трудности со всем. Похоронили врача в хорошем габардиновом костюме-тройке и лаковых штиблетах, с золотой булавкой, золотыми запонками и золотым семейным кольцом.

На счастье об этих вложениях в покойного узнала банда мелких жуликов, и в самую ночь после похорон могила была разрыта, а гроб вскрыт. С врача сняли булавку, сняли запонки и кольцо. Сняли пиджак и начали было снимать жилет, когда врач, который, оказывается, не умер, а впал в летаргический сон, проснулся, узрел на одном из жуликов свой пиджак и хриплым протяжным голосом попросил:
- Отдайте клифт, гнида, мне холодно.

Маленькая девочка плачет у окна.
Отчего печальны все её слова?
Почему тревожны тихой ночью сны?
Кто овладевает фибрами души?
И за кем уходит босиком в тиши,
Молча утопая в призрачной глуши?

С языком кто в уши ей вливает яд,
От кого в испуге прячет она взгляд?
Почему боится в робости зеркал,
Что за существо там таит оскал?

Жила-была девочка Диана. Ей недавно исполнилось 12 лет. Она занималась спортом, легкой атлетикой. Особенно она любила бег на средние дистанции. Однажды она даже выиграла чемпионат города среди учащихся 5-7 классов.

Как-то папа решил сделать подарок своей семье и пригласил во время осенних каникулы съездить в Японию на недельку. Мама, Диана и её младший брат Сергей с радостью согласились.

Токио очень понравился Диане. На родине аниме всё было таким удивительно красивым и необычным. И пахло тоже везде очень вкусно. Вот только мужчины-японцы Диане не очень понравились: они когда волнуются, то как бы не разговаривают, а гавкают.

Ему с детства заявлял каждый:
- Мишаня, тебе в цирк надо, клоуном.
Кто по-доброму, а бабка так со зла прям, говорила, что если он еще раз так пошутит, то его цыгане похитят и в цирк клоунам продадут. Некоторые вампироориентированные шутили, что Мишаню клоуны покусали. И это все несмотря на то, что над Мишкиными шутками редко кто смеялся. Но он шутить не бросал, несмотря на удары судьбы и подзатыльники. Из всего мог шутку сотворить, даже из консервной банки, привязанной к кошачьему хвосту. Не смешно? В этом все и дело.

Какая сволочь подсунула Мишане Достоевского и бросила во дворе бесхозным топор, теперь уж и не выяснить. Это в студенческом стройотряде произошло. Во дворе избы, где пятеро студентов на постой определили к тетке Марусе. Днем они свинарник строили, а ночью у тетки в избе спали. По вечерам на танцах барагозили, в общем-то, все как положено в том времени и месте.

Мишане, оставленному друзьями на хозяйственное дежурство, после чтения "Преступления и наказания" попался на глаза топор.