Страшилка

Жизнь такая скучная... Почему не существуют эльфы или фей? А гномы, а русалки? Конечно, это детский сад... Но в каждом человеке обитает ребенок. Нет, я не о том, кто подумал про такое, я говорю... Эх, скажешь, подумаете, что я ребенок. Так и есть! Я знаю кто такие гномы! Да, знаю. Но история не о том... А о мне.

Меня зовут Саша. Я - девочка, которая постоянно мучает себя всякими вопросами. Ну, допустим: интересно, что делает другая я? Хммм, а вдруг... Нет этого не может быть, а если может? Вдруг я пойду гулять и увижу себя?!
Конечно, есть другая я, но она далеко.
После я засыпала крепким сном.

Меня разбудил звонок будильника.
- Мам! Сколько время?
- Спи давай! Сегодня суббота.
Ого. Уже суббота. Я как всегда встала с безжизненным настроением, и потопала в школ... Простите, и потопала к маме.

Привет, малыш. Ты заблудился?
Зачем сюда забрался ты?
Ну, тише... Тише... Ты не бойся.
Теперь ты в мире пустоты.

Теперь ты здесь один из нас,
Заблудшая душа на веки...
Мы бродим тихо по ночам
По улицам пустым, безликим.

Ты хочешь знать кто мы такие?
Мы палачи и судьи.
Мы те, кто стали здесь святыми.
Мы те, кто ночью бродит.

После смерти Дениса я занялся поисками. Его убийца был на свободе. Кто он?
Я перерыл все форму, связанные с мистикой, перечитал кучу историй, выдуманных и нет, но не нашел ничего.
Я сидел за ноутбуком, когда на кухне раздался шум. Это насторожило меня.
- Спокойно, свои, - услышал я голос Киры.
Она сидела на кухне и пила кофе.
- Мистикой стал увлекаться? Тебе ее в реальной жизни не хватает? - сказала она.
Я промолчал.
- На вот, это отличный писатель, съезди к нему в Рязань, - продолжила она, давая мне листок с информацией о нем.
Я понял, что она от меня хочет. Очередное дело.

Привет, меня зовут Даша и мне 11 лет. Когда мне было 6 лет со мной случилась страшная история, о которой я пытаюсь забыть.

Однажды мои родители уехали в гости к моей тете и попросили меня остаться дома. Я решила позвать свою подругу ко мне в гости с ночовкой, так как родители сказали, что могут задержаться и приехать только ночью. Мы поужинали, поиграли и решили лечь спать. Когда мы легли в пастель я и Соня услышали звук разбитой тарелки. не обращая внимания мы повернулись к стенки и решили заснуть. Снова этот треск и звук скрипящей половицы. Мы уже не на шутку испугались и спрятались под одеяло. Я увидела, что Соня встала из кровати и пошла на кухню, говоря мне о том, что проверит и вернется.

Я уже как час лежу под одеялом и пытаюсь заснуть. Сони уже давно нет. Я услышала крики на кухне молящие о пощаде и я побежала на кухню. Зашла и вижу ужас, который не могу забыть! Стоит Соня с белыми глазами и седыми волосами, кожа у неё сухая и синеватая, она стоит и показывает указательным пальцем на меня. От ужаса я замерла и не могла пошевелиться. Вдруг она мне тихонько прошептала "Он уже здесь".

- Крис!
Из-под стойки регистрации пациентов "вынырнул" парень, при этом тряхнув своей челкой, огляделся и спросил:
- Да, что случилось, я здесь?

Мужчина лет тридцати пяти, в белом больничном халате, подошёл к нему и сказал:
- Мари, её нашли примерно на том же месте где и Элис, - Кристофер заметно поник - Видимо, их изуродовал один и тот же человек, хотя не нам этим заниматься...
- Аа... - протянул Смит, печальными глазами смотря на главврача - какой кошмар, - получилось немного наигранно, но мистер Филиппс привык к немного странному поведению Кристофера, особенно в последнее время.
- В общем, через несколько дней тебе приведут её на беседу, готовься, - врач похлопал его по плечу.
Тот сразу же выпрямился и немного испуганно на него посмотрел.
"Ко мне? Нет, нет, нет, тогда меня вообще совесть замучает... Впервые буду слышать о себе в таком ключе, интересно, какого это? Хотя она вряд ли что-нибудь скажет в таком состоянии".

Проклятье мёртвых роз...
Тебя найдёт ты знай...
Поймает в свои сети...
И будет пожирать...

По чувствуешь ты боль...
Узнаешь ты тот страх...
Который пожирает...
И убивает враз...

Но розы не отпустят...
И пусть они мертвы...
Их лозы тихо плачут...
И стонут от тоски...

Жизнь. И вновь это слово. Но только сейчас когда судьба Джебола висит на волоске, приходит истинное понимание жизни.

Джебол очнулся прикованным цепью к стене. Оглядевшись, он понял, что лежит на диване. Обстановка в этой комнате была успокаивающей. Дорогие гобелены висели на стенах по соседству с потрясающими картинами. Напротив дивана, на котором лежал парень, находился балкон с закрытыми стеклянными дверьми. На этих причудливых в форме крыльев бабочки дверях был изображён колоссальный замок. Тёмные неприступные стены, большие окна, искусно украшенный фасад и прекрасные сады, всё это напомнило похищенному студенту о его родине. В Вене тоже есть замки. Ужасное чувство тоски и грусти поселилось в душе Джебола.
"Что же со мной будет?" - подумал он, понимая, что ничего хорошего с ним не случится.
Тишина, прерываемая лишь потрескиванием дров в камине, кажется говорила "Беги". Точно такая же атмосфера царила здесь и тогда, когда здесь лежали предыдущие жертвы.
"В тот месяц пропало семь мужчин" - вспомнил парень слова Линды.

Это было дождливое утро. Капли стучали по окнам здания лагеря "Волжское устье".
На крыше здания был расположен огромный обелиск, являвшийся символом "Волжского устья". Никто из обитателей лагеря не знал, что обелиск представлял собой башню, единственная комната в которой - тайный кабинет директора Венцеслава Эдуардовича Лазурова.
Венцеслав Эдуардович заседал в своем кабинете, разбирая дело о пропаже отдыхающей Софии Стефанской. Кабинет был круглым, приплюснутым сверху, повсюду стояли многочисленные пуфы, кофейные столики с пепельницами и небольшими растениями. На изогнутых шкафах стояли различные артефакты, оккультные принадлежности и черепа, чьи глаза светились зеленым. Черепа тех, кто перешел Венцеславу дорогу.
Директор был напуган. Что произойдет, когда информация попадет в СМИ?! Лагерь закроют. Единственное успешное коммерческое дело Венцеслава, то, что было делом всей его жизни, и тут... уйдет в небытие? Он этого не позволит!
Лазуров вытащил из ящика хрустальный шар, внутри которого клубился белый туман, и две черные свечи. Он поджег их и поставил по обе стороны от шара. Директор произнес несколько латинских слов и шар ярко полыхнул зеленым.

Вспомнила один случай в бане у нас в деревне. К сожалению, трагичный... Эту историю нам с бабушкой поведала пожилая соседка. Давно это было, и этой соседки уже нет в живых. Остался только повзрослевший внук, но он уехал на север и в наших краях больше не появлялся. Он рано осиротел, остался без родителей. А почему, я вам сейчас и расскажу.

Когда Игорь (назовем его так) был совсем маленьким, его родители частенько выпивали, и бабушка очень ругалась. Пыталась остановить, образумить и руганью, и слезами, но толка не было. Бедный Игорь каждый вечер выслушивал пьяные крики и песни до утра. Потом мамка с папкой "переехали" в старую баню и начали "собутыльничать" там. Новую баню, которая стояла прямо во дворе, дед выстроил, а старую снести не успел. Умер. Вот так старая и гнилая баня стояла в самом дальнем углу огорода. Огород был больше 12-ти соток, и родители Игоря решили, что их слышно не будет там да и бабка не станет надоедать.

И вот каждый вечер они сидели там, иногда водили своих друзей, оставляя Игоря на попечение старенькой бабушке.

У моего деда по молодости был сосед, ну прямо вылитый дед Митя из знаменитого фильма «Любовь и голуби». И звали-то его тоже Митя. Только вот дело было вовсе не в схожести физиономий. Любил Митяй к бутылке приложиться, а в то время мой дед делал вино яблочное, да еще вкусное такое, что к нему люди ходили, заказы делали. Вот и Митяй к моему деду повадился. Мол, налей да налей, и поводы-то разные выдумывал, то «за картошечку посаженную», то «за огород вскопанный», то «после банюшки немного положено». Тут в один прекрасный день улучил он минуту, когда его жена баба Катя картошку в мешки повязывала, и пошел к деду моему. Выпросил бутылочку «на пробу», и только Митяй с дедом моим к воротам вышли, как дверь с грохотом открылась. На пороге стояла нахмуренная баба Катя, упершая руки в бок и исподлобья поглядывающая на Митяя, готовая смести все на своем пути. Сосед, конечно, не растерялся после стольких лет «тренировок» и ловко бутыль под свой затертый пиджачок спрятал. Баба Катя тоже не растерялась и мастерски выдернула его с дедова двора, готовясь к бою. Из соседних окон повыглядывали любопытные, настраиваясь на то, что сейчас будет концерт. Вот и понеслась «Фигура вторая. Печальная». Баба Катя с руганью и криками за дедом Митяем, а тот от нее припустил, да так, как в молодости не бегал никогда. Сам еще винцо-то к груди прижимает и подвывает горестно так, печально, как пес побитый.