Страшилка

Анна никогда не считала себя суеверной. Она была практичной девушкой, которая не верила ни в призраков, ни в проклятия. Именно поэтому она даже не задумалась, когда купила квартиру на вторичном рынке. Продавец предупредил её, что в ванной есть странное зеркало, которое невозможно снять — оно буквально вросло в стену. Но Анна лишь пожала плечами. Зеркало как зеркало.

Первые несколько дней всё было нормально. Она адаптировалась к новому жилью, расставляла вещи и наслаждалась тишиной. Но однажды вечером, принимая душ, она заметила краем глаза какое-то движение в зеркале. Обернувшись, она никого не увидела. Решила, что ей показалось.

На следующее утро она снова почувствовала это странное ощущение, будто за ней наблюдают. Подойдя к зеркалу, она начала внимательно его рассматривать. Оно было старым, с потускневшей поверхностью и странными царапинами по краям. Вдруг она увидела, как её собственное отражение моргнуло. Только оно.

В маленьком городке, затерянном среди бескрайних полей, стоял старый дом. Он был построен ещё в начале прошлого века, но никто точно не помнил, кто его построил и зачем. Дом находился на самой окраине, там, где асфальтированная дорога превращалась в грязную тропу, а тропа — в заросли бурьяна. Местные обходили это место стороной, а дети шептались о нём на переменках, рассказывая друг другу страшные истории.

Говорили, что в доме живёт призрак женщины в чёрном платье, которая каждую ночь плачет у окна. Говорили, что если подойти слишком близко, то можно услышать её голос, зовущий тебя по имени. Но никто не знал, правда это или выдумки. Никто, кроме меня.

Моё имя Алексей, и я всегда любил всё загадочное. Возможно, поэтому, когда мои друзья начали спорить о том, кто осмелится зайти в этот дом, я сразу согласился. Я думал, что это будет просто забавно — немного пощекотать нервы и вернуться с парой фотографий для местного форума. Как же я ошибался.

Я расскажу историю, как её запомнил. Рассказчик утверждал, что лично там был, а верить этому или нет – решайте сами.

Дело происходило в одной деревне, недалеко от Чебоксар. Молодой парень, известный своей лихостью, незадолго до призыва в армию разбился на мотоцикле: решил напоследок покататься, отпраздновал с друзьями получение повестки, не заметил поворот... В общем, проводы получились в один конец.

На похороны собрались все его товарищи, включая того, кто потом рассказал эту историю. Когда все уселись за поминальным столом и налили первую рюмку, в наступившей тишине неожиданно раздался звонок в дверь. Мать погибшего, до этого пребывавшая в состоянии оцепенения, встала и пошла открывать.

Вы когда-нибудь испытывали ощущение полного ужаса, сродни животному страху? Если вы затрудняетесь с ответом, значит, скорее всего, не испытывали. Этот опыт остается в памяти навсегда, его невозможно перепутать с чем-то другим. Я пережил это чувство лишь однажды.

Это произошло в предуральской тайге, на берегу живописной реки Сылва. Наш лагерь был расположен примерно в двух километрах от станции, на большой поляне среди необъятной тайги. Нам приходилось регулярно преодолевать это короткое расстояние, чтобы съездить за продуктами в близлежащий город Кунгур.

Сойдя в сумерках с электрички и накинув на плечо рюкзак, полный хлеба, сахара и тушенки, я уверенно шагал по лесной тропинке. Я не раз бывал ночью в самых глухих местах леса, наблюдая за его ночными обитателями, и был абсолютно убежден, что в лесу ничего неожиданного со мной не случится.

Сидит в баре грустный мужик, печально взирает на свой стакан. Тут в бар вваливается здоровенный амбал. Осмотрелся, к мужичку подвалил и одним глотком осушил его стакан. Мужичок уронил голову и горько зарыдал.

Детина, не ожидавший такого поворота, аж рот раскрыл. Похлопал мужичка по плечу:
- Да не убивайся ты, блин! Это же шутка! Я тебе следующий стакан оплачу.
- Да не понимаете вы, это мой самый худший день в жизни! Сначала я проспал. Пришел в контору, и меня с треском уволили. Вышел на улицу и обнаружил, что мою машину угнали. В полиции мне сказали, что вряд ли помогут. Пришлось домой на такси ехать, и там я забыл портфель со всеми документами и деньгами, а водитель, сволочь, сразу смылся. Дома застал жену в постели с садовником. Жена мне сообщила, что в постели я ни хрена не гожусь, и выгнала меня. Ну, я иду в бар, напиваюсь, и вот, когда я решаю порвать с этой жизнью, тут приходишь ты... И выпиваешь мой яд!

В моем далеком детстве на протяжении долгого времени мне каждую ночь снились страшные сны. Хотя сюжет каждый раз менялся, но я всегда выходила со двора и оказывалась на совсем незнакомой улице - какая-то смесь моей улицы и множества других, которые я вроде бы когда-то посещала. Эта неопределённая улица кружила голову, и вскоре на меня нападали. Это могли быть жуткие монстры или всякие пугалки из рассказанных друзьями страшилок. Всякий раз меня пытались убить, а я убегала.

Во сне я могла летать, если разгонялась и прыгала, но это редко удавалось. Меня ловили, отрывали и ломали ноги, что уничтожало все надежды на спасение. Засыпать было страшно, ведь я понимала, что снова окунусь в мир кошмаров.

Волны, одна за другой, накатывали на пустынный берег. Когда-то здесь находились дорогие виллы, отели 5*. Фешенебельные пляжи, принадлежащие хозяевам жизни.
Теперь ничего не осталось, кроме сгоревших корпусов зданий.
Волны обмывали песчаный пляж, точнее, уже берег. И казалось, разговаривали.

- А помнишь, когда-то здесь было полно народа. И дети играли с родителями, – слышалось с океана. – Помнишь этот весёлый смех людей? Бары на побережье, аттракционы. И Мы это помним.
Солнечный диск висел над горизонтом, через минуту он должен был скрыться, уступая место другим светилам: Луне и звездам. Волны сильнее заходились, превращаясь в могучие валы, шёпот из глубин слышался сильнее. Затем раздался смех, похожий на звон множества хрустальных колокольчиков, ну, или бокальчиков.

Однажды вечером, когда за окном уже сгущались сумерки, Лиля сидела за столом и делала домашнее задание по английскому языку. В комнате было тихо, только шелест страниц и мягкое мерцание настольной лампы создавали уютную атмосферу. Внезапно тишину нарушила мама, которая вошла в комнату и строго сказала:
— Ни в коем случае не смотри в окно.
Девочка кивнула, немного удивленная, но послушалась. Мама повторила это несколько раз: «Не смотри в окно», — с настойчивостью, которая звучала почти как приказ. Каждое слово было наполнено тревогой и каким-то скрытым страхом. Девочка почувствовала, что мама что-то знает или боится, но не говорит прямо.
Она продолжила писать, стараясь сосредоточиться. Но любопытство все равно росло — почему мама так настаивает? Почему нельзя смотреть?

Одна девочка была трусихой: она очень сильно боялась, что с ней произойдет нечто ужасное. Например, ей могли встретиться красная рука или гроб на колёсиках. Девочка опасалась машин, так как можно попасть под колёса. Она боялась просроченных продуктов из-за опасности отравления, боялась, что кирпич упадёт на голову. Именно поэтому никогда не ходила близко к стенам.

Но больше всего её пугало всё неожиданное. Девочку пугали поздние звонки в дверь, незнакомцы, заговорившие с ней на улице, необычные собаки и даже чересчур хорошая погода. Она даже боялась, если мальчик предлагал её проводить и понести портфель. Девочка избегала книг с неизвестной концовкой, ведь она не знала: будет она хорошей или плохой.

Однажды, возвращаясь из школы, она заглянула в почтовый ящик и увидела там конверт. Этот конверт был черный, он выделялся на фоне остальных. Жутко-жутко чёрный конверт.

Этот сон повторяется у меня уже несколько лет. Он приходит не каждую ночь, чему я, пожалуй, рада, но настолько часто, что стал восприниматься как старый друг или дорогой гость.

В сновидении меняются детали и персонажи, но одна вещь остаётся неизменной - женщина, которая запирает меня в сарае. Иногда это моя мать, а иногда совсем другой человек. Каждый раз она заставляет меня проделывать одно и то же: передо мной два огромных мешка, полных крыс, и я должна доставать по одной штуке и резать им хвосты. Хвосты иногда складываю в поддон, а иногда бросаю на пол, тогда как крысы убегают и прячутся в щелях между половыми досками.

За мной всегда кто-то наблюдает. Независимо от того, сижу ли я спиной или лицом к двери, кто-то всегда есть позади. Однажды мне удалось разглядеть его - высокий мужчина в широкополой шляпе. Он начал бить меня по рукам, когда я начала свою работу. Я угрожала ему ножницами, он отходил к стене, а потом снова подходил и снова бил меня по рукам. В конечном итоге он ушёл.