Роковая ошибка

Габриэла вскочила на ноги, её инстинкты сработали мгновенно. Она была крупнее его, и это давало ей преимущество. Они сцепились в борьбе, её кулаки находили цель, а его попытки схватить её лишь усиливали её ярость. Схватив его за плечи, Габриэла с силой ударила его лицом об трюмо. Он застонал, но не сдался. В этот момент она поняла, что он не оставит её в живых, если она не предпримет решительных действий. Схватив его за шею, она прижала к оконной раме и, сжав зубы, опустила окно с такой силой, что стекло треснуло. Парень, не ожидавший такого поворота, вылетел из окна, его тело пронеслось в воздухе и с глухим стуком упало на землю.
Габриэла, задыхаясь, смотрела вниз. Парень лежал неподвижно, его тело казалось неестественно вывернутым. Сердце бешено колотилось в груди, когда она услышала шаги за дверью. Инстинкт самосохранения заставил её действовать. Схватив с трюмо спрей антиперспирант, она прижалась к стене слева от двери, затаив дыхание.
Дверь распахнулась, и в комнату вошёл другой парень. Он огляделся, его глаза метали молнии. Габриэла выждала момент и, когда он повернулся, прыснула ему спреем прямо в лицо. Парень зашипел от боли, зажмурился и начал яростно тереть глаза. Не теряя ни секунды, Габриэла выскочила из комнаты и побежала по коридору.
Внезапно в стену рядом с ней вонзился топор, срезав прядь волос. Она едва успела увернуться, почувствовав, как лезвие прошло над её головой. В ужасе она обернулась и слева от себя увидела третьего парня, стоявшего возле дверного проёма с топором в руках. Не раздумывая, она швырнула в него спрей, и донышко баллончика попало ему прямо в лицо.
Воспользовавшись его замешательством, Габриэла бросилась к лестнице. Спускаясь по ступеням, она увидела четвёртого парня, стоявшего внизу с раскрытым складным ножом в руке. Его лицо исказила злобная гримаса.
— Я никому не скажу. — Прохрипела она, пытаясь выиграть время. — Вы можете просто удалить запись без резервного копирования файлов. Никто ничего не узнает.
— Ты уже видела. — Прошипел он в ответ. — Ты расскажешь полиции.
Он замахнулся ножом, но Габриэла, собрав все свои силы, перепрыгнула через перила лестницы, больно приземлившись на ноги. Боль пронзила её тело, но она не остановилась. Она знала, что её жизнь висит на волоске.
На первом этаже гремела вечеринка. Музыка, смех, пьяные крики — всё это создавало хаотичный фон для её отчаянной борьбы за выживание. Самая громкая студенческая вечеринка за эти месяцы. Парень с ножом спрятал оружие в рукаве и двинулся в её сторону, но Габриэла, воспользовавшись суматохой, растворилась в толпе. Светодиодный шар, вращаясь, заливал помещение разноцветными огнями, создавая иллюзию нереальности. Громкая музыка заглушала все остальные звуки.
Габриэла пробиралась сквозь толпу, стараясь не привлекать внимания. Она чувствовала, как её преследователь где-то рядом, выискивает её среди танцующих и пьющих студентов. Добравшись до кухни, она схватила большой кухонный нож из подставки. Его вес и острота вселяли в неё хоть какую-то надежду. Она знала, что ей придётся бороться за свою жизнь, и этот нож был её единственным шансом. В её глазах отражался страх, но в то же время и решимость. Она была готова на всё, чтобы выжить.

Ночь сгустилась над городом, словно чернильное покрывало, скрывая под собой грехи и тайны. В доме царила зловещая вакханалия, нарушаемая лишь тихим скрипом половиц под ногами двух фигур, крадущихся по второму этажу. Маркус, с лицом, искажённым злобой, и его молчаливый напарник, Рэй, двигались с хищной грацией, их тени скользили по стенам, словно призраки. Они знали, что время на исходе. Видео, компрометирующее их, должно быть уничтожено любой ценой. В спальне, где ещё недавно царил хаос борьбы, они нашли то, что искали — смартфон, отлетевший под кровать. Маркус выхватил его, пальцы быстро забегали по экрану, удаляя злополучную запись. Но тут же, словно насмешка судьбы, на экране всплыло уведомление: «Загрузка завершена». Рэй выругался сквозь зубы. Габриэла, эта чёртова девчонка, успела отправить видео себе. И, зная её параноидальную любовь к безопасности, наверняка сделала резервную копию и сохранила её где-нибудь на облачном диске.
— Нам нужно найти её. — Прошипел Маркус, его глаза горели недобрым огнём. — И её телефон.
Но смартфон Габриэлы был крепостью. Отпечаток пальца, сложный пароль — всё это делало его неприступным для посторонних. Они знали, что единственный способ получить доступ к устройству — это заставить Габриэлу разблокировать его.
Внезапно, тишину прорезал приглушённый крик. Они замерли, прислушиваясь. Звук донёсся с кухни. Одна из девушек стояла у кухонного стола, её лицо выражало растерянность смешанное со злостью. Очередная драма из-за того, как какой-то пьяный парень пролил на неё спиртное. Один из опасной компании, которого удалось скинуть из окна, лежал плашмя на светло-зелёной траве — он уже выбывший игрок. Итого: антагонистов осталось трое.
— Чёрт. — Пробормотала. — Где же она?
Её взгляд упал на пол. Она опустилась на колени, ощупывая пространство под столом.
«Сумочка. Моя маленькая сумочка. Она была здесь».
В этой сумочке лежал её смартфон. В коридоре Рэй, словно тень, прислонился к стене, держа в руках топор. Его лезвие тускло блеснуло в полумраке. Он ждал. Чарли, крадучись, прошёл в коридор. Он не увидел её. Габриэла стояла на коленях, её спина была повёрнута не к нему, а скрыта за габаритным столом с закусками и выпивкой. В этот момент один из них мог бы напасть. Но что-то пошло не так. На первом этаже полно народу, ведь нельзя было привлекать к себе внимание. Третий из парней подходил ближе и, развернувшись вполоборота, за столешницей с кухонными шкафчиками и ящиками никого не оказалось. Вместо крика боли, раздался глухой стук. Никто не заметил, как Габриэла вздрогнула и медленно осела на пол в другой части дома. Нужно было быть на шаг впереди, антиципировать дальнейшие действия оппонентов. Третий из парней, тот самый Чарли, на тот момент стоял возле стола, его лицо выражало растерянность. Он промахнулся. Будто почувствовав опасность, она прижалась тогда спиной к столешнице. Именно тогда на втором этаже в коридоре, Рэй с Маркусом схватили сумочку, лежащую на полу, рядом с тёмной прядью. Именно там, где Рэй замахнулся на неё топором. Эта прядь волос принадлежала ей, как откромсали. В тот момент и не заметишь о пропаже, когда на тебя замахиваются. Маленькая светло-розовая сумочка с золотой цепочкой через плечо, с отделанным ромбообразным декором. Они вытряхнули её содержимое на пол. Вот он, смартфон. Но как его разблокировать? Отпечаток пальца? Пароль? Они понятия не имели.
— Чёрт, чёрт, чёрт! — Шипел Маркус, его пальцы дрожали от злобы.
Они понимали, что времени больше нет. Дюваль могла отправить эту запись и сделать копии.
— Нам нужно найти её. — Произнёс кучерявый шатен, его голос был полон отчаяния. — Связать её и заставить разблокировать этот смартфон.
Рэй кивнул, его глаза лихорадочно блестели. Они обыскали весь дом, каждый уголок, каждый шкаф. Страх и отчаяние с каждой минутой сжимали их сердца всё сильнее. Где она? Куда она могла деться? Чарли прочёсывал области на первом этаже, припрятав в рукаве складной нож.

Она затаилась в кладовке, за баррикадой из пыльных, полуразвалившихся коробок. Сердце пропустило удар, готовое вырваться на свободу. Глаза, обычно скрытые за толстыми линзами солнечных очков, сейчас были широко распахнуты, полны первобытного ужаса, но в самой глубине мерцала искорка отчаянной решимости. Не слишком уж неприметная тихоня, вечный «синий чулок», зубрила наизусть учебники, жадно впитывая знания, но жизнь за пределами страниц казалась ей серой и однообразной. Однокурсники сторонились её, считая странной и нелюдимой. Никто не хотел делить с ней стол в столовой или парту в аудитории. В ответ она воздвигла вокруг себя невидимую стену, принципиально избегая любого общения.
Ночь окутала кампус, как и чью-то собственность в виде исключения густой, непроницаемой тьмой. Под покровом этой темноты Габриэла, словно тень, скользнула во внутренний двор, частного дома, в котором проходила одна из самых шумных вечеринок. Практически сразу приметила старую, почти что ржавую лестницу, ведущую на второй этаж, раньше использованную для общежития. Каждый шаг давался с трудом, каждый скрип и шорох отдавался в ушах оглушительным эхом. Она двигалась медленно, осторожно, стараясь не издать ни звука, словно крадущийся хищник.
— Она здесь! — Вопль, полный агонии, разорвал ночную тишину. Дэйв, распростёртый на траве, его тело неестественно вывернуто, сломанная спина, гримаса боли, исказившая лицо. Тот самый парень, которого она столкнула из окна второго этажа.
Девушка похолодела. Её взгляд метнулся к источнику звука. Дэйв, несмотря на чудовищную боль, из последних сил пытался выдать её.
— Здесь! Она здесь! — Его голос хрипел, надрывая связки.
Паника захлестнула её. Она бросилась к лестнице, словно спасаясь от неминуемой гибели. Пальцы судорожно вцепились в холодные металлические перекладины. Снизу донёсся топот приближающихся ног. Рэй и Чарли, словно выпущенные из клетки звери, выскочили из здания и ринулись к лестнице. Студентка взбиралась по ней с отчаянной скоростью, чувствуя, как мышцы горят от напряжения. Ещё немного, ещё чуть-чуть. Внезапно, мир перевернулся. Чарли, с диким криком, выбил лестницу из-под её ног. Габриэла вскрикнула, её тело полетело вниз, но инстинкт самосохранения сработал мгновенно. Она судорожно ухватилась за оконную раму, пальцы скользили по гладкому металлу. Собрав последние силы, она подтянулась, пытаясь удержаться на весу.
— Давай заряжай! — Задыхаясь, прохрипел Чарли Рэю.
Рэй, с безумным блеском в глазах, вскинул арбалет. Прицелился. Натянул тетиву. Габриэла видела, как смертоносный наконечник стрелы направлен прямо на неё. В этот момент, собрав всю свою волю в кулак, она совершила последний, отчаянный рывок. Влетела в окно, рухнув на пол второго этажа, тяжело дыша, словно выброшенная на берег рыба. В тот же миг Рэй спустил тетиву. Стрела со свистом рассекла воздух, но Габриэла уже была внутри. Стальной наконечник с глухим стуком вонзился в стену дома, чуть ниже окна, в миллиметрах от её головы. Отдышавшись, она перевернулась на четвереньки и поползла, словно раненый зверь, ища укрытие.
— Чтоб тебя! — Прошипел Чарли, наблюдая, как она исчезает в темноте комнаты. — Быстро за этой коровой!
Они бросились обратно в дом, не обращая внимания на Дэйва, корчившегося от боли на траве. Его сломанная спина, его агония — всё это было неважно. Главное — поймать основную свидетельницу.

Внутри дома царил хаос. Мебель была перевёрнута, вещи разбросаны. Казалось, здесь прошёл ураган. Габриэла, словно призрак, металась по комнатам, ища выход. Каждый шорох, каждый скрип половицы заставлял её вздрагивать. Она знала, что они близко, что они дышат ей в спину. В некоторых из помещений было темно, лишь слабый лунный свет проникал сквозь щели в закрытых окнах. Разбросанная в сторону мебель — следствие пьяной физической конфронтации. Как всегда кто-то напился, и словесная перепалка переросла в драку. Ледяной ужас сковал тело, когда она переступила порог ванной комнаты. В затхлом воздухе висел тошнотворный запах хлорки, смешанный с чем-то неуловимо гнилостным. Влажные плитки пола предательски скользили под ногами.
И тут она увидела его. Маркус. Его силуэт вырисовывался на фоне холодного света, проникавшего сквозь заляпанное окно. Он был здесь, в этом пропитанном чистом месте, и это было хуже любого кошмара. Очевидно, что кто-то был здесь до них и воспользовался ванной комнатой. Но он был явно не тем, кого больше всего ожидалось увидеть. Инстинкт самосохранения взревел в ней, как дикий зверь. Пальцы судорожно сжали рукоять кухонного ножа, спрятанного за поясом брюк. Лезвие, холодное и острое, казалось, пульсировало в унисон с её бешено колотящимся сердцем.
— Просто разблокируй свой смартфон. — Голос Маркуса был на удивление спокойным, почти будничным, что делало его ещё более жутким. — Ты обронила сумочку в коридоре, даже не заметила.
— Н-да? Может, потому что ты пытался убить меня? — Дюваль выплюнула слова, словно яд. Она старалась держаться на расстоянии, оценивая обстановку. Справа от Маркуса, на краю раковины, лежал фен. Спасительная возможность или смертельная ловушка?
— Разблокируй смартфон, удали ту видеозапись, и всё будет кончено.
В её голове вспыхнули образы: пропавшая девушка, бездыханная, униженная, её глаза, полные невыразимой боли, преследовали Габриэлу во снах.
— Почти всем кампусом мы разыскивали Мэри. Вы надругались над ней, снимая это на видео. Вы нелюди, даже хуже животных. — Каждое слово было пропитано ненавистью, отчаянием и жаждой справедливости.
— Ты не оставляешь мне выбора. — Прошипел он, и его глаза, обычно холодные и расчётливые, вспыхнули нездоровым огнём.
Он бросился на неё, но Габриэла была готова. Она полоснула ножом по его предплечью, рассекая дорогую кожаную куртку. Маркус взревел от ярости, и началась отчаянная борьба. Он пытался выбить нож из её рук, перехватить его, но брюнетка, подгоняемая адреналином, сопротивлялась с яростью загнанного в угол хищника. В один из моментов Маркус зажал её руку к грязному, покрытому разводами зеркалу. Боль пронзила запястье, когда он ударил им о стекло. Зеркало покрылось сетью трещин, а Габриэла, вскрикнув от боли, разжала ладонь. Нож с глухим стуком упал в раковину. Она отшатнулась назад, прижимая повреждённую руку к груди. Маркус, тяжело дыша, схватил нож.
— Теперь... — Он сделал несколько шагов вперёд, угрожая ей лезвием. В его глазах читалось предвкушение.
Она лихорадочно огляделась. Позади неё, на полке под зеркалом, стояла подставка для зубных щёток и флакон с элитным одеколоном. Не раздумывая, она схватила их и швырнула Маркусу в лицо. Предметы попали ему в переносицу, вызвав гримасу боли и замешательства. Воспользовавшись моментом, присела и резко дёрнула за грязный, слипшийся от влаги коврик для ванной под его ногами. Маркус, потеряв равновесие, споткнулся. Она выдернула коврик, и он, словно подкошенный, рухнул назад, прямо в наполненную водой ванну. Вода взметнулась вверх, окатив его с головы до ног. Он на секунду захлебнулся, пытаясь вынырнуть, но тяжёлая одежда тянула его вниз. Габриэла, не теряя ни секунды, заметила фен, лежащий на краю раковины. Его шнур змеился по влажной плитке, заканчиваясь вилкой, одиноко торчащей из розетки. В голове промелькнула мысль — безумная, отчаянная, но единственно возможная. Либо ты, либо тебя. С дрожащими руками она схватила вилку и воткнула её в розетку. Раздался короткий треск, и фен ожил, извергая поток горячего воздуха. Габриэла, зажмурившись, бросила включённый прибор в ванну, прямо в воду, в которой барахтался Маркус.
Тишину разорвал оглушительный треск. Вода забурлила, заискрилась, словно закипая. Тело Маркуса дёрнулось в конвульсиях. Его глаза расширились от ужаса, рот судорожно хватал воздух, но вместо этого в лёгкие попадала лишь вода, пропитанная электричеством. Он бился в агонии, его тело выгибалось дугой, мышцы сводило судорогой. Габриэла отшатнулась назад, прикрывая рот рукой. Её трясло. Она наблюдала за происходящим, словно в кошмарном сне. Лицо Маркуса посинело, глаза закатились. Он перестал двигаться. В один момент в ванной комнате воцарилась зловещая тишина, нарушаемая лишь тихим гулом работающего фена, плавающего на поверхности воды. В воздухе висел запах озона и горелой плоти.
Крупная по телосложению девушка, словно парализованная, не могла отвести взгляд от мёртвого тела в ванне. Она убила его. Она стала убийцей. Внезапно её охватила паника. Она должна уйти. Сейчас же. Спешно выдернула вилку фена из розетки, и тишина стала ещё более гнетущей. Осторожно, стараясь не прикасаться ни к чему, вышла из ванной комнаты, оставив за собой кошмар, который навсегда изменил её жизнь. В коридоре её ждала неизвестность, полная страха и непредсказуемости. Но она знала одно: она выжила. Пока что.

Тишина обрушилась на Габи, словно звуковая волна, вырвав её из кокона горячей воды и пара. Выйдя из ванной, она обнаружила, что дом, ещё недавно бурливший безумным студенческим праздником, превратился в зловещую декорацию. Разбросанная туалетная бумага, словно клочья разорванной одежды из шалости, и разноцветный серпантин, извергнутый из баллонов, напоминали о недавнем хаосе. Но хаоса без людей. Первый этаж был пуст. Куда все подевались? Габи, хорошистка, привыкшая к порядку и контролю, ощутила, как внутри поднимается паника. Она, всегда немного в стороне от шумных компаний, решила, что это её шанс.
Всё началось под вечер, в самый разгар веселья, два парня, Рэй и Чарли, проявляли к ней интерес, и она, уставшая от роли серой мышки, решила сыграть по-крупному. Но теперь игра приобрела зловещий оттенок. В ванной, на полу, усеянном осколками от треснувшего зеркала, блеснул один, побольше. Идея вспыхнула в голове, как спичка в темноте. В кладовке, за дверью с ржавым засовом, спешные рыскания привели к результатам, ведь там лежал старый мультинструмент. Поиски заняли мучительно долгое время. Каждый шорох, каждый скрип половицы заставлял её вздрагивать. Наконец, в руках оказался топор — тяжёлый, с зазубренным лезвием, покрытым налётом ржавчины. Он казался зловещим продолжением её собственных мыслей. Конструкция над кухонным проёмом получилась грубой, но эффективной. Топор, подвешенный на верёвках, ждал своего часа, словно гильотина. Габи спряталась слева от проёма, в тени, оставив свет в кухне включённым, словно приманку. Вскоре она услышала голоса. Рэй и Чарли. Они искали её, сбившись с пути в лабиринте комнат и коридоров, изначально плутая в гараже. Габи затаила дыхание. Рэй поднялся наверх, а Чарли, словно мотылёк на пламя, направился к кухне. Габи медленно, почти незаметно, потянула за верёвку, прикреплённую к осколку зеркала, справа от себя. Он служил ей фронтальным отражателем, позволяя видеть приближающегося Чарли, оставаясь незамеченной. Сердце предательски колотилось в груди, настолько громко стуча, будто выдавая её. Под этим углом, вверху, осколок служивший зеркальцем, был незаметен для насильников. Чарли двигался медленно, неторопливо, словно предвкушая встречу. Габи видела его лицо в отражении осколка — расслабленное, довольное. Она ждала. Ждала идеального момента. Когда Чарли вошёл в проем, Габи дёрнула за верёвки. Топор со свистом рассёк воздух. Лезвие, острое, как бритва, вонзилось в лицо Чарли, разрубая плоть и кости. Кровь брызнула во все стороны, окрашивая стены и пол в багровый цвет. Чарли рухнул на пол, издав хрип, оборвавшийся в предсмертном стоне. Минус один. Габи, тяжело дыша, освободила топор из изуродованного лица. Лезвие было окровавлено, но в глазах девушки горел огонь надежды. Остался Рэй. Она направилась к прихожей, волоча за собой топор, когда за окном раздался вой полицейской сирены. Красно-синие огни замелькали на стенах, окрашивая комнату в зловещую палитру. В дом ворвались вооружённые полицейские, их лица искажены тревогой и решимостью.
— Бросить оружие! Быстро на пол! — Прозвучал резкий, командный голос.
Габи в ужасе выронила топор, который с глухим стуком упал на пол, забрызгав её ноги кровью. Она подняла руки вверх в знак капитуляции и медленно опустилась на колени.
— Нет, подождите! — Отчаянно закричала она, пытаясь перекричать вой сирен. — Это они! Они надругались над ней! Вы должны задержать их! Нет, стойте! — Её слова тонули в хаосе. Полицейские, не обращая внимания на её протесты, схватили как кусок мяса и потащили к выходу. Она сопротивлялась, цепляясь за дверной косяк, но её быстро оторвали и затолкали в полицейскую машину. Сквозь решётку заднего стекла она видела, как полицейские осматривают территорию.
Возле дома нашли Дэйва, лежащего на земле со сломанной спиной. Он не мог пошевелиться, лишь стонал от боли. В ванной комнате обнаружили Маркуса, бездыханное тело которого покоилось в наполненной водой ванне, рядом валялся выключенный фен. У кухонного проёма, в луже крови, лежал Чарли, его лицо было изуродовано до неузнаваемости. Полицейские тщательно прочёсывали двухэтажный дом и территорию вокруг него, но больше никого не нашли. Рэй исчез, словно растворился в воздухе.
Холодный пот липкой плёнкой обволакивал кожу. Габриэла била ладонями по стеклу полицейской машины, словно пытаясь прорвать барьер между кошмаром, в котором она застряла, и реальностью, где ещё могла надеяться на спасение.
— Там был ещё Рэй! Рэй, он был в доме! — Кричала она, захлёбываясь в рыданиях. Её голос, сорванный и хриплый, едва пробивался сквозь вой сирен, разрывающих тишину ночи. — Ещё один был! Они надругались над Мэри! Проверьте мой смартфон, там сохранённая видеозапись с ними! У меня есть видеозапись! Пожалуйста, проверьте смартфон!
Её слова тонули в гуле подъехавших полицейских машин, в приглушённых командах, в шарканье ног судмедэкспертов, спешащих к дому, ставшему эпицентром ужаса. Дом, ещё несколько часов назад казавшийся уютным гнёздышком для отдыха и веселья, теперь зиял чёрной дырой, поглотившей свет и надежду. Габриэла Дюваль чувствовала, как её сознание ускользает, как реальность расплывается, превращаясь в калейдоскоп кошмарных образов. Она видела перед собой окровавленное тело Мэри, её безжизненные глаза, устремлённые в никуда. Она слышала хриплые голоса, полные похоти и жестокости. Она чувствовала липкий, металлический запах крови, пропитавший воздух.
— Это не то, чем кажется! — Выкрикнула она, собрав последние силы. Но её голос, слабый и дрожащий, потерялся в какофонии звуков, в хаосе, царящем вокруг. Никто не слушал. Никто не верил. Мужчина, сидевший за рулём, бросил на неё беспристрастный взгляд.
— Успокойтесь, мисс. Мы разберёмся. Сейчас вам нужно прийти в себя.
В полицейском участке Габи сидела в допросной, дрожа от холода и страха. Её руки были скованы наручниками, а лицо покрыто засохшей кровью. Детектив, с усталым взглядом и суровым выражением лица, сидел напротив неё. Однако Рэя уже не было в доме. Девушка понимала, что он подставил всех, выйдя сухим из воды. Он сумел перехитрить каждого из них. Трое парней воспользовались состоянием одной студентки, а четвёртый снимал это всё на камеру. Ошибка состояла в том, что один из них не удалил данную видеозапись. Мэри уже не найти, она никогда не вернётся домой, к своим родным и близким, жизнь Габриэлы сломлена, ибо, этот вечер точно останется из незабываемых, а один из преступников сумеет избежать наказания.

Идея и сюжет: Alonso, автор: Alonso.

Комментарии отключены.
Причина: неадекватная реакция автора, хамство и истерики.