Страшилка

В течение всей следующей недели Диана ещё дважды просыпалась посреди ночи с чувством тревоги и начинала всматриваться в темноту, пытаясь разглядеть, кто на неё смотрит, и снова засыпала. Днём девушка периодически замечала периферийным зрением едва уловимое движение или мимолётную тень, которая исчезала, стоило сосредоточить на ней внимание. Временами ей начинало казаться, что кто-то незримо наблюдает за ней из каждого тёмного угла, и Диану охватывало смутное чувство беспокойства, иногда сменяемое страхом. Кроме того, девушка страдала от хронического недосыпа, у неё почти не было сил вставать по утрам. Постепенно она погружалась в депрессию, её перестало что-либо радовать. У Дианы больше не было желания что-то делать, и смысла в своих действиях она больше не находила. Дни слились в одно беспросветное тёмное пятно. Михаил же, возвращаясь с работы, чувствовал невероятную усталость, словно нечто постепенно высасывало его силы, стоило ему только переступить порог дома.
Вечером, когда Михаил сидел на диване в гостиной и читал книгу, в комнату вошла Диана. Она явно была чем-то встревожена.

Ранним утром Диану разбудил громкий плач Матвея, длительный и эмоциональный. Девушка проснулась с ощущением, что ночью не сомкнула глаз, она чувствовала себя усталой и разбитой. Покормив ребёнка, Диана приготовила на завтрак творожные сырники со сметаной, проводила Михаила на работу. Вскоре, потягиваясь и потирая кулачком глаза, на кухню зашла Даниэла.
- Привет, как ты спала вчера ночью? Удалось заснуть после того кошмара? - Поинтересовалась Диана, ставя чайник на плиту.
- Да, мама, только это не было сном. - Серьёзно ответила девочка, садясь за стол. - Я пыталась заснуть, когда почувствовала, что кто-то чужой находится рядом и смотрит на меня из тёмноты. Я посмотрела в сторону шкафа и увидела стоявшую там девочку, у неё было бледное, словно полупрозрачное лицо, длинные, тёмные волосы, падающие на лицо и яркие глаза. Мне стало страшно, и я закричала. Мама, а вдруг она снова придёт в мою комнату?
- В таком случае просто позови меня или папу, и ничего не бойся. - Успокоила её Диана.

Это был ясный вечер в конце мая, яркий золотистый закат окрасил лёгкие, хрупкие облака в оттенки светло-розового. По трассе, ведущей в пригород, мчался легковой автомобиль вишнёвого цвета. Его водителя звали Михаил, ему недавно исполнился тридцать два года, и он был преуспевающим адвокатом. Ветер, дувший из наполовину открытого окна, ерошил его тёмно-каштановые, цвета горького шоколада, волосы с отблеском серебра, тёмно-карие, почти чёрные, глаза внимательно смотрели на дорогу и в зеркало заднего вида, отражавшее его немного бледное, с оттенком оливки, лицо с тонкими, гармонично расположенными чертами. Небесно-голубая рубашка поло и строгие деловые брюки тёмно-синего цвета удобно сидели на его подтянутой, пропорционально сложенной фигуре. Михаил направлялся в коттеджный посёлок "Приречье", расположенный на берегу реки Дон. Там он недавно приобрёл для своей семьи просторный частный дом с садом.
Рядом с Михаилом, на переднем сидении, задумчиво глядя в окно, сидела его жена Диана. Девушке было двадцать восемь лет, её длинные чёрные, цвета смоли, волосы с лёгким серебристым оттенком красиво обрамляли слегка смуглое, с оливковым оттенком, лицо с аккуратным носом, мягкими щеками, полными губами и большими изумрудно-зелёными глазами. Мягкий джемпер нежно-лилового цвета и белые брюки подчёркивали её фигуру типа "песочные часы" с тонкой талией и объёмными бёдрами и грудью.

— Детектив-консультант? Прямо как в тех нуарных фильмах?
— Так точно. Маньяки — это то, чем я занимаюсь сейчас. Многих мы уже успели поймать. Но есть один, который от меня ускользает.
— И кто он?
— Достаточно умный. Слишком уверенный, будто играет со мной.
— Что это значит?
— Старается меня напугать или высадить на эмоцию. Оставляет мне записки, звонит.
— Ты и с ним переписываешься?
— Только получаю входящие сообщения с зашифрованных адресатов.
— Он шифрует своё местоположение?
— И устройства с которых выполняется вход в сеть. Полно приложений для этого. Кстати, я тут поду... Подожди секунду.
— Хорошо.

Роберт стоял в тесной ванной комнате, словно загнанный в угол зверь. Керамическая плитка, выложенная небрежно, местами отколотая, создавала ощущение заброшенности. Холодный кафель под босыми ногами контрастировал с обжигающим паром, поднимающимся из раковины, которую он до краёв наполнил кипятком. Зеркало над умывальником, когда-то блистательное, теперь покрылось густой пеленой конденсата. В этом хаотичном мареве вдруг проступили цифры, словно написанные невидимым пальцем: «7539». Код. Он должен был запомнить этот чёртов код. Паника нарастала. Роберт дёрнул ручку двери, но та оставалась неподвижной. Заперто. Снаружи. Кто-то играл с ним в жестокую игру. Слева от умывальника зияла тёмная пасть дверного проёма. Он шагнул туда, нащупывая выключатель, но тот не отзывался. Тишина, нарушаемая лишь клокотанием воды в трубах, давила на барабанные перепонки. На противоположной стене, словно насмешка, возвышался старый электрощит. Запасной генератор. Он помнил, как дед, вечно ворчащий о расточительстве, хвастался этой штуковиной, позволяющей экономить энергию. Роберт, не раздумывая, опустил массивный рубильник.

Гипермаркет гудел, словно растревоженный улей. Под сводами, усеянными лампами дневного света, копошилась пёстрая толпа, каждый — со своей историей, вытканной на лице и в манере двигаться. Макс и Клим, словно два заброшенных течением бревна, вплыли в этот людской водоворот. Первой в глаза бросалась женщина, закутанная в цветастый платок, словно в кокон. На её лице, испещрённом морщинами, читалась усталость долгих лет и, вместе с тем, какая-то внутренняя, неистребимая сила. Она медленно перебирала яблоки, каждое ощупывая с особой тщательностью, будто выбирала не просто фрукт, а частицу солнца. Рядом с ней, словно контраст, вышагивала девушка в рваных джинсах и футболке с вызывающей надписью. В ушах — огромные наушники, из которых просачивался ритмичный бас. Её взгляд был устремлён в никуда, будто она существовала в своём собственном, параллельном мире. Дальше, у прилавка с сырами, стоял мужчина средних лет, одетый в строгий костюм. Его лицо, гладко выбритое и слегка надменное, выражало крайнюю степень сосредоточенности. Он внимательно изучал этикетки, словно решал судьбу мира, а не выбирал кусок пармезана.

Слоган: «Неподдатчивость станет спасением, один глоток гибелью».

Тогда

Солнце пробивалось сквозь листву, раскрашивая поляну для пикника пятнами золотого света. Марк подошёл к Зои, его лицо было искажено тревогой, словно он только что увидел призрака.
— Они ведут себя странно, Зои. Очень странно.
Зои, удобно устроившаяся на клетчатом пледе, отложила недоеденный сэндвич.
— Кто? О чём ты говоришь?
Марк нервно перебирал пальцами, его взгляд метался по сторонам.
— Дилан, Мартин, Элис... Все они. Помнишь, когда мы шли по лесу? Я был впереди, а они за мной. — Он замолчал, собираясь с мыслями, словно ему нужно было убедить не только Зои, но и самого себя в реальности происходящего. — Дилан достал бутылку воды. Просто так. И предложил мне. — В его голосе звучало недоверие, как будто предложение воды было самым невероятным событием в мире.

Основано на реальных событиях.

Описание:
Как кот манул в Озёрске загрыз 3-х грабителей. Животное, может быть, не чистый манул, а допустим - помесь. История произошла в Кыштыме. Это буквально 15 минут езды до Озёрска. И об этом не только писали. Об этом все на улице говорили.

***

В промозглом октябре 1992 года, когда город уже примерял на себя серый плащ осени, тихая жизнь Анны Петровны, скромной пенсионерки, совершила неожиданный поворот. Возвращаясь из магазина с авоськой, полной гречки и кефира, она заметила у мусорного бака дрожащий комочек. Приглядевшись, Анна Петровна ахнула — это был котёнок, но какой-то необычный. Шерсть густая, пепельно-серая, с едва заметными полосками, а глаза — круглые, янтарные, смотрящие с какой-то дикой, недетской серьёзностью.

Внезапно в конце туннеля послышался шорох. Девушка замерла, прислушиваясь. Шорох повторился, стал громче, ближе. Кто-то шёл к ней. Кто-то, кто убил Лиама. Она думала, что этот незнакомец с парковки, он был таким странным и пугающим, когда подбежал к ней. Страх парализовал её. Она не могла ни двигаться, ни кричать. Только смотрела в темноту, ожидая неизбежного. Шорох превратился в шаги. Тяжёлые, размеренные шаги, от которых содрогалась земля. Луч фонарика дрожал в её руке, освещая лишь узкую полоску туннеля.
В темноте показалась фигура. Высокая, массивная, она надвигалась на Кейт, словно тень из преисподней. Лицо было скрыто в тени, но Кейт чувствовала на себе его взгляд. Холодный, безумный взгляд. Фигура остановилась в нескольких метрах от нее. Тишина стала оглушительной. Кейт затаила дыхание, ожидая, что произойдёт дальше.
Внезапно фигура шагнула вперед. Луч фонарика осветил его лицо. Это был он.

Описание:
Преследования незнакомца казались игрой воображения и выдумкой, пока дело не приняло инверсный оборот. Чем больше главная героиня углубляется в предпосылки происходящего, тем больше осознаёт, что не всё так однозначно.

***

Поздней ночью, когда город уже погрузился в сон, Кейт стояла у плиты, рассекая тишину кухни тихим шипением разогревающейся сковороды. В воздухе витал дразнящий аромат жареного лука и лесных грибов, предвещающий скорое появление котлет — с мясом и с грибами.