Страшилка

Нет сомнения, что все это мне снилось, снилось сегодня ночью. Правда, я никогда не думал, что сон может быть столь осмысленным и последовательным. Но все события этого сна стоят вне всякой связи с тем, что испытываю я сейчас, с тем, что говорят мне воспоминания. А чем иным отличается сон от яви, кроме того, что оторван от прочной цепи событий, совершающихся наяву?

Мне снился рыцарский замок, где-то на берегу моря. За ним было поле и мелкорослые, но старые сосновые леса. Перед ним расстилался простор серых северных волн. За мок был построен грубо, из камней страшной толщины, и со стороны казался дикой скалой причудливой формы. Глубокие, неправильно расставленные окна были похожи на гнезда чудовищных птиц. Внутри замка были высокие, сумрачные покои и гулкие переходы между ними.

Вспоминая теперь обстановку комнат, одежду окружавших меня лиц и другие мелкие подробности, я с ясностью понимаю, в какие времена унесла меня греза. То была страшная, строгая, еще полудикая, еще полная неукротимых порывов жизнь средневековья. Но во сне, первое время, у меня не было этого понимания эпохи, а только темное ощущение, что сам я чужд той жизни, в которую погружен. Я смутно чувствовал себя каким-то пришельцем в этом мире.

Странностей в нашей жизни происходит довольно много. Но далеко не каждый будет верить в истории о призраках-привидениях. Но это длится недолго, до определённого момента. В моей жизни такой момент наступил когда мне было 17 лет. Сейчас мне уже за тридцать, но ту историю я помню в деталях.

Было это в тот год, когда я закончила школу и сдала вступительные экзамены в ВУЗ. Жизнь казалась сказкой, а впереди было свободное от уроков и лекций лето! Приехала я в то лето в гости к родне в небольшой зелёный городок N. И сразу попала на грустное мероприятие...

Поминки. Погиб молодой парень, друг двоюродного брата Игоря. Погибшего звали Сергеем. Игорь и Сергей были офицерами, вместе прошли что называется огонь и воду. Игорь имел семью и жил в том самом городке, Сергей же был холостым и приехал к другу в гости. Приехал, да и остался пожить. И вот в один роковой день ему предложили машину. Причём просили за неё сущую ерунду, отдавали совсем недорого. И Сергей согласился. Купил. Уж как его отговаривал Игорь от этой покупки, рассказывал ему, что эта машина несчастливая, что не один раз попадала в аварии и что от неё надо держаться подальше. Но Сергей никого не послушал. Ездить ему пришлось на железном палаче совсем недолго. Через два месяца он попал в аварию и разбился насмерть.

Мы были свободны. Пожалуй, единственное, что радует, когда приходится вспоминать о том ужасном времени. Почему ужасном? Чтобы вы понимали.. Подростковый максимализм бьёт через край!
Парни трясут грязными шевелюрами, ловко захватывая гитарные струны отросшими ногтями, из-за чего на уши давит соответствующий скрип. Да, наверное и до сих пор остаются мечтой вечера в холодном общежитии на полу в комнате мальчишек, пока дежурный не совершил обход по этажам. Хотя какое дежурному дело до наших пьяных песен, когда тараканы занимают большую часть кровати и лезут в открытый пакет чипсов? Пепел оставлял серые дорожки на моих штанах. Мы многим занимались. Да на самом-то деле всем на свете, кроме учебы. Родители ругались, а мы редко им звонили, потому что считали себя взрослыми. Какая девушка в шестнадцать лет, связавшаяся с плохой компанией, поддавшаяся стадному инстинкту и всеобщему давлению, не набьет татуировку, не сделает пирсинг на самом видном месте, словно знак отличия, флаг собственной индивидуальности?
В школьные годы Марину тяжело было услышать, добиться слова от нее, ведь мелкая мышь куда громче пищит, чем говорит Марина. Правда, поступив в нашу «шарагу», она осветлилась перекисью, тогда-то от её густой шевелюры остался небрежный ёжик. Из довольно стройной и хрупкой девушки она превратилась в полную бабищу, обтянутую джинсами размера XL с заниженной талией. Стала оторвой.

Страх. Что можно сказать о нём? Это, очевидно, самая главная и самая важная эмоция человека, ведь именно она спасает его от большинства опасностей, заставляя бежать изо всех ног и пуская адреналин в кровь. Именно она позволяет телу сковываться, не давая сдвинуться с места, а кому в горле продвинуться глубже, затрудняя дыхание. Провоцируя панику и сдвигая критическое мышление в сторону, позволяя инстинктам взять верх, страх порой заставляет нас делать то, о чём мы будем жалеть чуть ли не до конца своих дней. Мы на мгновение становимся животными, убегающими от хищника. Нам нет дела до остальных, до их проблем, ведь самым важным является спасение своей задницы от когтей да пасти с клыками, которые с каждым мгновением становятся всё ближе и ближе, и ближе, и ближ-ж..

Хватаясь за невидимый уступ и жадно глотая воздух раскалённым горлом, я быстро поднял свой торс и стал панически оглядываться. Вспышка молнии на секунду озарила затхлую комнатку через старое, едва сдерживающее порывы ветра, окно и, узнав в этой полутьме очертания своей норы, тревога отступила. Сердце билось как бешеное, дыхание рвало пересохшую гортань, в висках стучала быстро гонимая кровь, заглушающая звук дождя за окном.
— Чёрт... — устало протянул я на выдохе и положил ладони на лицо, после чего бухнулся обратно в кровать. Кошмары всё никак не унимались, донимая меня почти каждую ночь. Когда я вообще в последний раз нормально высыпался без пробуждений посреди этой липкой, жуткой тьмы? Самое ироничное то, что как только бессонница прошла, я..

Череда описываемых тяжёлых событий происходила и продолжает происходить на протяжении последних восьми лет в одной обычной, вроде бы, квартире. Расположена она в ничем не примечательном доме, построенном в городе Минусинске на закате застоя и заре перестройки.

Семья из четырёх человек заселилась туда в 2010 году. Семья тоже самая обычная, среднестатистическая: мама, папа, дочь Аня, сын Сашка. Все без хронических болезней, вредных привычек и наклонностей. Считаю необходимым обратить внимание на этот факт перед описанием развития событий.

Поначалу ничто не предвещало беды. В новом жилище обжились быстро. Родители и старшая дочь работали, младший сын учился.
Всё было хорошо... и вдруг внезапно тяжело заболела мама. Назначенное лечение не помогало. Старания врачей и обеспокоенных родственников не приводили к обнадёживающему результату. С каждым днём женщине становилось хуже, хуже и вскоре она умерла.

Внимание! Это не история с определённым сюжетом, это "мистическое вырезки" из реальной жизни. Имена изменены. Приятного чтения.

Когда мне было 8 лет, мы с родителями часто ездили в один отель на берегу моря. Пляж, песок... Но там случилась одна реальная мистическая история, которую я сейчас опишу. Что мне запомнилось - в отеле были водяные горки. Их было 4: одна, голубая, с небольшой спиралью и открытая; вторая, белая, широкая и тоже открыта; третья была красно-оранжевая, очень закрученная и закрытая; последняя, четвёртая была чуть-чуть извилистая и зелёная. На этих горках катались дети и подростки. Взрослых не было: человек с большим весом просто-напросто застревал на горке, либо ехал на маленькой скорости, и от этого чувствовал швы. Не очень приятно, потому родители на горках не катались.
В один прекрасный день, в 11:50 я, Вероника и Саша пошли к бассейну покататься на горках. Не то, чтобы я была любителем аквапарков и подобных развлечений, нет, я просто пошла с девчонками за компанию. Кстати, горки работали не всё время. Они работали по расписанию: с 9:00 до 10:00, с 12:00 до 14:00, и с 16:00 до 18:00. В остальные часы горки не работали. Ну, вернёмся к нашей истории.

«О, Ра-атум, владыка великого дома, властелин всех богов! Избавь от этого бога, чьё лицо - морда борзой, но чьи брови - человечьи, и который живёт жертвами...»
Египетская Книга мёртвых.

Таинственная, укрытая необъятным снежным покрывалом Антарктида. Бескрайние просторы сияющих голубоватым сапфиром полей. Хрустальные изваяния материкового льда, стройными рядами протянувшиеся вдоль горизонта. Убийственный холод, пронизывающий ветер, и ни единой души на многие сотни миль.
На шельфовом леднике Экстрем, в окрестностях земли Королевы Мод посреди торосов приютилась исследовательская станция под красивым и сказочным именем «Ноймайер». Сотрудников здесь немного, и часть их работ засекречена. Однако, время от времени в прессу просачиваются сведения о поиске следов Новой Швабии, созданной нацистами во времена третьего рейха. В районе станции происходят необъяснимые аномальные вещи. Светящиеся шары, взмывающие прямиком из толщи льда, странные объекты, летающие в округе с немыслимыми скоростями, фантастический неземной свет, струящийся из глубоких шельфовых разломов. Работы ведутся полным ходом, и в некоторых учёных кругах полагают, что на станции открыли нечто важное. Чрезвычайно важное и опасное.

...Если вы читаете это, значит пакет с письмом отыскали. Мир ещё жив. Выходит, не зря я проделал здесь грязную работу. Мне не привыкать, и я постарался. Я поступил так во благо Великой Германии, и вторжение самого Люцифера в его уродливом обличии мне удалось остановить. Зачем я оставил послание? Всё просто. Мною руководит эгоизм и тщеславие. Но сдохну я не просто так. Обо мне ещё вспомнят, когда подобно крысам, попрячутся по норам.

- Что делать, что делать... Слесаря вызывайте!
- Так воскресенье же сегодня.
- Значит, в аварийку звоните. Если ваш слесарь не готов в выходной день на объект приехать.

Председатель правления ТСЖ чертыхнулся, достал мобильный телефон. Гудки тянулись долго, на том конце не желали брать трубку. Наконец щелкнуло, заспанный голос ответил: "Алло?".
- Иван Федорыч, это Всеславский. Да, с Обводного. У нас тут ЧП, трубу прорвало в подвале. Сможешь подъехать? Или мне в аварийку звонить?
Иван Федорович поворчал, но согласился. Смущал его отнюдь не выходной день, не сверхурочная работа, а сам дом. Припарковав старенькую "Ладу", он поздоровался с председателем, направился ко входу в подвальные помещения.

- У вас там сам черт ногу сломит. К некоторым узлам и не подберешься. И кто так строит?..
- Ну, вы же знаете, - оправдывался Всеславский, - Вояки не достроили, сбросили с баланса. А что у них там было запроектировано - кто теперь скажет?

Человек сидел на самом краю. Трудно решиться, даже если пришел самый край. Трудно сделать последнее движение. Он смотрел вниз и бездна вглядывалась в него и манила.

- Подвинься, - сказал голос справа.
Человек повернул голову. Большой черный кот с белой полосой на лбу стоял рядом. Человек не удивился. Чему ещё может удивляться тот, кто сидит на самом краю? Он подвинулся и кот сел рядом.
- Любовь, женитьба, дети, ссуда на квартиру и машину? - спросил пушистый.
- Точно, - ответил человек. - Всё правильно. А платить нечем, нет денег. Какой я им отец и муж, если не могу? Им будет лучше без меня.
- Вот оно, что, - протянул кот. - Да у меня то же самое, только без ссуды. Мы с тобой вроде как друзья по несчастьям. Видимо, прыгать вместе придется.

В мире существует немало вещей, овеянных мистическими, порой жуткими историями. Зеркала, приносящие несчастье, картины, вызывающие пожары, драгоценности, несущие семейные проклятия. Но ни один предмет не связывают с таким количеством смертей, как обычный деревянный стул, который хранится в одном из пабов небольшого британского городка Крикби.
Эта история берёт своё начало в 19 веке. В небольшой городишко Англии приезжает Даниель Отти. Он строит дом на окраине Крикби и вроде бы начинает вести «тихую» жизнь земледельца. Но всё это лишь прикрытие – на самом деле Даниель опытный фальшивомонетчик, а в подвале дома целый цех разной аппаратуры, которая по ночам выдавала звонкие монеточки и бумажные купюры.
Всё шло отлично, пока Даниель не принял решение работать с напарником. Он нанимает себе в подельники Томаса Басби. Томас – преступник и отчаянный пьяница, но он хорошо выполняет свою работу. Очень скоро он влюбляется в дочь Отти – Элизабет. О новом ухажере дочери узнаёт отец, и на этой почве у них с Томасом постоянно случаются ссоры. В один из таких конфликтов Томас до смерти забивает Даниеля молотком. Очень быстро об этом узнаёт полиция. В месте с этим полиция находит тайный цех, и Басби решают повесить на следующий день.
И вот настаёт день казни.