Страшилка

(Для того, чтобы читать данный раздел и понимать, о чем он - нужно полностью прочесть роман, который имеется у меня в архиве).

***

Дэвид Маркович был из тех людей, которые не могли стерпеть хамства по отношению к ним, особенно, когда они хотели сделать, как лучше. Он изо всех сил старается перевоспитать своих трёх глупых учениц, которым совершенно всё равно на его потуги и старания. Светлана, которая была в него влюблена, неоднократно пыталась ему тематически нахамить за его равнодушие к ней. Дэвид - художник, а значит ему нужно вредить... рисунками. По ее мнению, он так лучше будет понимать, чего она желает добиться. Когда она в первый раз, на уроке искусства, быстро наляпала на бумаге его портрет, после того, как он ее вдохновил поступком, в котором он обратил внимание на себя, стукнув кулаком по столу двух гламурных девушек, он воспринял ее деятельность, как детскую шалость. Дэвид скомкал ее рисунок и бросил его на стол Светланы. Она прослезилась, но не отчаялась. Она смекнула: "Ничего, ничего, я вам отомщу за это на следующем уроке...".
Когда начался второй урок, для сладостной мести она применила задание учителя, которое он дал группе - нарисовать единорога. Она, привлекая внимание Дэвида своими странными движениями, какими-то недотанцами, рисовала месть учителю. Дэвид Маркович сразу обратил внимание на неадекватное поведение ученицы и подошел к ней с подозрительным взглядом. Когда Маркович потянулся рукой за рисунком, Светлана ехидно наблюдала за его действиями, сделала хитрую мордочку. Она прекрасно понимала, что учителя это может запросто обидеть. У нее была цель: пририсовать голову Дэвида к телу единорога, и затем на его лбу выявить рог, похожий на ... Как бы, вероятно, намекая на то, что у нее к нему имеются чувства.

Однажды мне попался на глаза рассказ про то, как к одному человеку пришла в гости его умершая мать. И вдруг во время чтения этого рассказа в голове возникает странная мысль: "А к тебе сейчас тоже придет твоя бабушка, готовься к встрече". Надо отметить, что к этому времени все бабушки, которые у меня были, уже умерли.
И сразу же звонок в дверь!
Подхожу, смотрю в глазок - вижу фигуру в белой накидке, на лицо спадает капюшон. Спрашиваю: "Кто там?" Ответ: "Бабушка. Я к тебе в гости приехала".

Я стою у двери и лихорадочно соображаю, открывать или нет. А в голове появляется еще одна чужая мысль: "Я все равно зайду, хочешь ты этого или нет. Так что лучше не зли меня, открывай по-добру да по-здорову".

Сам полумертвый со страху трясущимися руками открываю дверь. В квартиру вплывает фигура в белом капюшоне и без ног. Спрашиваю: "Вы к кому?". Она отвечает: "К тебе... или к кому-то из твоих родственников". "Проходит" по квартире, я иду за ней. Она меня спрашивает: "А мама с папой где?." Я говорю: "На работе". Следующий вопрос: "Как маму зовут?". Называю имя матери. "Как папу зовут?". Называю имя отца. Сам чуть не падаю в обморок от испуга.
"Бабушка" меня поддерживает, руки теплые. И говорит: "Не надо меня бояться, я никому ничего плохого не делаю, некоторым даже лучше становится после моего прихода". Потом спрашивает: "Как тебя зовут?". Называю свое имя. А потом следует вопрос: "Кроме вас троих тут еще кто-то живет?". Я говорю: "Нет".

Эта ночь обещала быть бессонной.
Я не стал пить кофе – адреналин и так сделает свое дело. Ноут был заряжен. Листы бумаги, тетради и блокноты, ручки и карандаши – все валялось повсюду. Не будем также забывать про белую доску и маркеры в большой комнате.
Я сел в кресло в спальне, надеясь немного передохнуть.
Из дремотного оцепенения меня вывел грохот в зале. С ноутбуком наперевес я аккуратно выглянул из-за двери.
Оно стояло возле окна среди комьев земли и осколков цветочного горшка. То, что раньше было моим кактусом – высокое... растение? Существо с крепким на вид зеленым стеблем, с шевелящимися щупальцами, все в шипах и иглах, а также с большими пурпурными цветами и «ртами», как у венериной мухоловки. Оно никак не отреагировало на меня. Я, превозмогая страх, на цыпочках вошел, сел на краешек дивана и защелкал по клавишам. Оно тут же оживилось и быстро поползло в мою сторону. Судя по всему, оно не видело, зато имело другие способы чувствовать реальность. Я вскочил и едва успел укрыться ноутбуком, когда оно плюнуло в меня светло-зеленой жидкостью. Выбежал в коридор и оттуда в спальню, заперев дверь на заблаговременно приделанную задвижку, и протер ноут спешно выхваченным из комода полотенцем.
«Среди цветов были пасти с направленными внутрь иглами, чтобы то, что попало внутрь, уже не смогло сбежать».
Пластиковый корпус ноутбука немного оплыл.
Я подождал немного, перебирая в памяти все, что успел разглядеть, и прислушиваясь к тишине, потом отворил приоткрыл дверь и высунул в щель щетку для мебели, помахал ей. Кислотной атаки не последовало. Я выглянул (очень кстати, что на мне очки).
Кажется, все.

Холодное солнце медленно покидало горизонт, уступая пламенеющий трон тихой ночи. Синяя кромка леса стала едва различима, вместе с тенью на землю опускался туман. Двоица запоздалых путников торопливо шагала по пустынной равнине к своему одинокому пристанищу. Вот уже несколько столетий подряд, вместо полчищ беспощадных врагов, лишь ветра и грозы осаждали эти стены.

— Доводилось ли тебе бывать здесь прежде? — обратился рыжебородый толстяк к сыну, едва их взорам предстали руины замка.
— Нет, — угрюмо отозвался Ханс. Отчего то останки каменного исполина порождали в душе непонятный страх.

В сумерках всё стремилось отогнать редкого гостя, наделяя каждый уцелевший угол причудливым подобием затаившейся жизни. За криками ночных птиц и шёпотом трав мрачная громада ревностно хранила свой покой. Если б юноша мог выбирать, то предпочёл бы провести всю ночь в пути, нежели беспечно «сомкнуть глаза» у древних развалин.

Пришлецы разожгли костёр на острове сторожевой башни и, устроившись подле тепла, принялись за нехитрую трапезу. Давеча им случилось помочь одному старику, за что были «щедро вознаграждены» двумя дюжинами яблок и горстью сушёной репы.

От Везеля до Меерсбурга три сотни миль, и я был на пол пути, как из леса на дорогу выскочил какой-то обезумевший зверь, испугав мою кобылу. Всё случилось в одно мгновение, а после я очнулся лежавшим навзничь под раскидистым ясенем. В лесу заметно стемнело, и я в который раз пожалел, что отказался переждать ночь в придорожном трактире. Верно, сам Дьявол, будь проклято его имя, надоумил меня искать иное пристанище и, как это обычно заведено у всякой нечисти, оставил ни с чем. К тому же я лишился лошади. Костюм мой был изорван и запачкан грязью; ладони кровоточили, а правую ногу обжигала нестерпимая боль. Стиснув зубы, я сумел подняться, но идти удавалось с трудом. Да и куда теперь? Прежняя дорога растворилась в густой траве; со всех сторон плотной стеной обступали деревья и тишину вокруг нарушал только стрёкот какой-то припозднившейся птицы и шелест ветра в листве.
Хромая, спотыкаясь и видя едва ли дальше вытянутой руки, я продирался наугад. Как вдруг до слуха донёсся протяжный вой. Он шёл из далека, но объятый страхом разум уже принялся пророчить мне встречу с голодным зверьём. Низко нависшие ветви яростно били в лицо, а вместо выбранного пути лес беспрестанно чинил преграды дикого терна. Желал ли он мне оступится? Или напротив, предостерегал от опасности? Бог весть. Но чрез некоторое время моего бесцельного движения во тьме, в воздухе ясно почуялась дымная горечь. Хижина в этой глуши вряд ли притаилась, а вот охотники или дровосеки вполне могли устроить ночлег у костра.

Взошла луна и осветила
Просторы средней полосы
Да, мне чуть-чуть не подфартило
Что челюсть выбила мне ты.

Меня на взлете подстрелили
Мечты мои прекрасны были
Добейте, жизни больше нет
Мне отключили Интернет

На море страшный ураган
Команда напрягает силы
Сказал устало капитан:
Мы на мели сидим, дебилы.

Телевизор шипел и хрипел, изображения не было. Лина села в кровати, окно было распахнуто, холодный ночной воздух шевелил занавески. Луна светила ярко, ее свет освещал комнату.
Раздался шорох под окном, Лина насторожилась и спустила ноги на холодный пол.
Вдруг в окне показалась рука в черной перчатке, Лина подскочила, как ужаленная и забыла вмиг, что она ничего не боится.

Как взрывом в сознании возникло воспоминание. Девочкой, возвращаясь из школы, она увидела мужчину в кепке, скрывающей глаза и черных перчатках. Он зашел за ней в подъезд. Малышка побежала вверх по лестнице, человек пошел следом. Испугавшись, успела увидеть его оскал, глаз видно не было. Он схватил ее за руку, что-то начал говорить, в руке его была веревка. Девочка завизжала как могла громко, дверь в какую- то квартиру распахнулась, и выскочил мужчина. Маньяк бросил веревку и сбежал...

Это событие стерлось из ее памяти, зато теперь всплыло. Алина бросилась к двери, но та была заперта, открыть ее не было сил. Вдруг она почувствовала руки на своих плечах и тяжелое дыхание.

Наконец свалили, можно телек смотреть, раз Гарик не хочет читать, - подумала Лина.
Вдруг раздался телефонный звонок, это были родители Игорька. Они сказали, что будут поздно, у них на работе вечеринка по случаю годовщины фирмы.
Алина обрадовалась, решила уложить племянника и полночи отрываться с ужастиками и пиццей.

Зайдя в комнату к Гарику, она увидела, что мальчик сидит с шкатулкой в руках и смотрит на шкаф. Мало того, он еще с кем-то разговаривает.
- А почему тебе грустно? А тебе было больно умирать? А почему ты теперь тут?

На вопрос с кем он разговаривает, Игорек ответил, что со Стеллой, что она плачет. Лина оставила его с воображаемой подругой и пошла смотреть телевизор. Скоро ужин, сама она наелась пиццы, а племяннику разогрела котлет с макаронами.

Клоун продолжал смотреть на меня, теперь он уже подзывал меня куда-то, я подумал, что сплю.
Если бы! Я зажмурился, посмотрел в окно, чудо, никого, только дерево с причудливо изогнутыми ветками.
Я решил пойти спать, но боковым зрением увидел за столом в полумраке его... клоуна. Он смотрел прямо на меня, хищно улыбаясь, между его губами показался отвратительный почему-то черный язык.

Я похолодел, страх парализовал меня, не давая сдвинуться с места. Клоун тем временем медленно поднялся, в руке его был длинный ржавый нож, я закричал. Вдруг вспыхнул свет, и на кухню зашла моя жена Наташа.
- Что с тобой, Андрей? Ты так резко закричал, что напугал меня! Тут крыса?
- Нет, просто ударился о угол стола, мне не спится, решил выпить молока.

С Наташей я пошел было уже спать, решив, что переутомился, как вдруг услышал крик сына.
- Ну что это такое?! - сказала жена и побежала наверх. Я отправился вслед за ней.
Игорек сидел на кровати, смотрел на потолок с глазами полными страха.
- Что случилось? - спросили мы с Наташей в один голос.
- Там тетенька, это зубная фея, она пришла взять мой зуб и выдрала его. Мне больно.

Я с детства не люблю клоунов. Не боюсь, нет, просто не нравились мне это причудливо разукрашенные куклолюди.
Но не о них речь. Мы с семьей наконец-то купили дом, большой, за городом. Копили долго, отказывали во всем себе, но ради будущего нашего сына, все же приобрели.

Сыну нашему на тот момент, после переезда, исполнялось 6 лет. Отмечали и День Рождения, и переезд. Мы подарили ему велосипед, о котором он так мечтал. Пригласили его друзей, их было немного, но дети прекрасно провели время.

После того, как все разошлись, Гарик (так мы его называли, на самом деле он Игорек), прийдя из сада возле нашего дома, принес какую-то шкатулку. На вопрос, откуда она, ответил, что ему подарила шкатулочку девочка, которая ему встретилась на улице сейчас. Кто такая, он не знает, наверно, новая соседка.

Я оглядел шкатулку, мало ли что. Она была не слишком большая, черная, на крышке нарисованы какие-то символы. Она была заперта на ключ и не открывалась.