Страшилка

Давным – давно в небольшом городке самым популярным видом транспорта среди населения были трамваи. Они весело звенели и колесили по рельсам. Водителями в них зачастую были женщины. На небольших остановках люди ожидали приезда трамвайчика, в основном, чтобы поехать в центр города, на рынок.
Когда были летние каникулы, подростки любили зайцем прокатиться по всему маршруту, от начала до конца. Но когда их ловили контролёры без билетов, приходилось слёзно просить, чтоб отпустили, притворяясь заблудившимися детьми. Но кататься на трамваях подростки не бросили. К слову сказать, многие в детстве ещё и на лифтах в многоэтажки бегали кататься. Туда, сюда, по сто раз. Но бдительные старушки прогоняли чужих из своих подъездов.
Вечером почти в каждом дворе все гуляли большими компаниями, человек по 20. В нашем заводском районе жили, в основном, многодетные семьи. Двое детей – это был минимум. У большинства было трое, четверо, а то и семеро детей в семье.

Вот так молодёжь однажды сидела возле дома на скамейке и обсуждала приключения на лифтах и поездках зайцем на трамвае. На что одна девочка сказала:
– Вы случайно не ездили на 13-ом трамвае?
– Нет. А что?
– А вы, что не знаете историю о нём?
– Нет!
– Вы что?! Никогда не садитесь в 13 трамвай! – Сказала эта девочка зловещим голосом.
– Но почему? – Спросили все.
– Кто сядет в него, того больше никто никогда не увидит живым, – жутким шепотом сказала девочка.
– Ой, ужас какой!
– Вот послушайте как всё было... - И девочка стала рассказывать страшную историю.

У одной женщины было два сына (честно сказать, непутёвых). Им было тогда лет 20 и 25 примерно. Жили оба у мамы, потому что были ещё неженаты, работали, гуляли, пили. В основном, деньги, которые заработают, пропьют. Мать была одинокая женщина, их растила с детства без мужа. Он уехал на заработки и пропал. Потом они узнали, что у него уже другая семья. Женщина работала на трёх работах, чтобы сынишки ни в чём не нуждались. Но когда они выросли, то пристрастились к алкоголю. Стали дома строить маму, она им слова поперёк не могла сказать.
Квартира у них превратилась во что-то типа пивбара. Старший водил дружков, чтобы побухать, подружек, со всеми вытекающими последствиями. Младший сын тоже не отставал, не стыдясь матери, устраивали дома всякие безобразия. Мать даже с работы уже не спешила домой, боялась попасть под раздачу в пьяном дебоше, деньги всегда носила с собой. Да и дома старалась быть тише воды, ниже травы.

Это рассказывала она. Случай произошёл на Новый год. Уже пробили куранты, по телевизору показывали «Голубой огонёк». Сынишки были дома, точнее сказать, уже пьяные валялись. В дверь кто-то позвонил. Мать пошла открывать.
«Кого это там нелёгкая принесла?» – подумала она.
На пороге стояла странная, бледная девица, пьяная и весёлая. Волосы мокрые, с комками грязи на концах, одета не по погоде, в красное бархатное платье, можно сказать, раздета. Как с панели только что.

Молодая пара шла, держась за руки и активно поглощая мороженку. Пареньку со светлыми волосами было двадцать пять, а девушке, которая казалась рядом с ним дюймовочкой - двадцать.
- Вика, ну пойми, что я не могу не поехать. Это все-таки командировка.
- Ну а почему так далеко-то?
- Потому что это встреча с очень важными людьми, солнышко.
- Я буду так волноваться... я понимаю, что для тебя это так важно...
Парень погладил девушку по волосам и поцеловал
- Не волнуйся, малыш, ты до десяти досчитать не успеешь, прежде чем я вернусь.

На майские праздники молодая семья: муж, жена и двое детей (один был совсем крошка, ещё ходить не умел, сидел у мамы на руках) – приехали дружно в гости к родителям мужа за город. Старики-пенсионеры ждали их, приготовили покушать, поставили в саду мангал для шашлычков. В общем, было всё как обычно.
Всё семейство отпраздновало «Первомай». Пообщались, повеселились. Дело шло к вечеру. Кстати, в доме была ещё старенькая бабушка лет 80-ти. Это была мать женщины-пенсионерки. Она болела и была прикована к кровати. Молодая семья уже засобиралась ехать домой, но родители-пенсионеры просили их остаться всем вместе заночевать у них. Чтоб им было веселей и поиграть в внучками. Но самый маленький малыш капризничал и девушка настояла, чтоб семья вернулась домой. Это было недалеко от посёлка. Они приехали на машине.
Старики-пенсионеры просили, чтоб хотя бы старший внук остался ночевать. Он уж было согласился, но мама отговорила. Сказала: «Ты мне нужен дома, поможешь мне, хорошо?»
Ну, и старший мальчик поехал с родителями домой.
Дедушка сказал внуку: «Приходи завтра, пойдём вместе на рыбалку».
«Хорошо, он завтра приедет! Муж привезёт к вам», – сказала мама.
Молодая семья благополучно села в машину и поехала в город, к себе домой.

Но оказалось, жива одна жаба
И в ней уползла Мелецкая баба.
Её не заметил и не уничтожил
И стала та бабка ещё помоложе.

Никитская бабка домой приползала,
Подпрыгнула и... снова бабкою стала.
Мелецкая бабка Никиту поймала
И ставить кастрюлю ему приказала.

А дальше огонь она изрыгала
И этим огнём плиту зажигала.
И гадкое снадобье стала варить.
Кору от рябины стала сушить.

Честно Вам скажу, что после этой игры я отходила меньшей мере сутки. У меня никогда такого не было. Любая мистическая игра веселила меня, но после этой я едва уснув, целый день ходила как в тумане.
Принцип игры заключается в том, что игрок ловит своеобразную шизу, примерно как герой сериала "Записки юного врача". Игра привлекла меня в том, что она весьма не затратна по времени (там всего около 4-х пунктов), и есть вероятность увидеть какого-то чудика 100/100.

Условия.
Должно быть ровно 12 часов ночи, когда Вы начинаете проводить ритуал, иначе ничего не выйдет. Вам понадобятся: свеча, деревянная дверь, по меньшей мере одна капля собственной крови, кусочек бумаги, спички/зажигалка и соль. Если Вы играете с несколькими людьми, им потребуются их личные вышеперечисленные предметы, и следовать шагам нужно отдельно от других игроков.

Играла я одна, все мои кореша покрутили у виска, назвав меня чокнутой.
Далее, правила для игры.

Молодая девушка в полночь шла одна домой по улице. Это было после долгого рабочего дня, летним вечером. Вы спросите, почему так поздно и одна? Потому что у неё был такой график там, где она работала, в уютном кафе маленького, тихого городка. Как говорится, до последнего посетителя. Для этой девушки – это было уже привычным делом, и она уже почти не боялась. Нужно было всего-то пробежать от остановки автобуса к дому.
Она шла торопливой походкой, громко стуча каблучками, по безлюдной аллее из низких клёнов, как по тёмному коридору. Где изредка появлялся проблеск света одиноких уличных фонарей. Девушка думала о своём, как в одном таком проблеске, увидела силуэт человека и ужасно испугалась.
«Только бы не маньяк!» – подумала она.
Когда она подошла ближе, то увидела, что это была старуха. Худая, сгорбленная, как баба Яга, в чёрной одежде и чёрном платке на голове, из-под которого торчали белые волосы. Бабка стояла под фонарём, не шевелясь, только водила глазами по сторонам. Она в упор смотрела на девушку, которой на мгновение показалось, что у старухи светятся глаза.
«Странно. Что эта бабка делает так поздно одна на улице?» – подумала девушка, спешившая поскорее домой. Жуткое ощущение нарастало.
Девушка уже приближалась к тому месту, где стояла старушенция, решив её обойти.
«Только бы она не прицепилась ко мне», – подумала она, заметив, что у старухи ужасно безобразное лицо.

Мелецкая бабка на кухне сидела,
Никитская бабка в окошко смотрела.
Мелецкая бабка сидела без дела,
Никитская бабка Никиту глядела.

Мелецкая бабка с кровати вскочила,
Дрожащей рукою баллончик схватила.
Никитская бабка во двор выбегала,
Мелецкая бабка травищу искала.

Травищу искала, травищу косила,
В квартиру травищу она заносила.
Никитская бабка к Миассу бежала,
И травку речную она выдирала.

- Максим! Ты собрал свои вещи как я просила? – нервным голосом и немного вскрикнув, спросила мама.
- Да, мамочка! Но можно...
- Никаких можно! Мы с папой уже всё решили! – оборвала мама, переходя на завышенный тон.
Она грозно на меня посмотрела давая понять, что разговора дальше не будет.
Я был очень мал, но даже тогда, в девять лет, мне хватило ума понять, что происходит. Это было трудно осознавать, но мои родители разводились. Не нужно быть взрослым или сильно умным, чтобы понять, что между ними не всё так гладко, когда каждый из них по очереди у тебя спрашивает с кем бы ты хотел жить, а встречаясь в дверном проёме не смотрят друг другу в глаза. Я не знаю что этому послужило, но они, видимо, больше не любили друг друга и чтобы я не присутствовал при сценах выяснения отношений меня попросту решили отправить подальше от всего этого.
Говоря: «Подальше», я именно это и имею ввиду. Подальше - это в далёкую деревню к бабушке на осенние каникулы. Они посчитали, что там мне будет лучше.
Я очень хотел остаться и помирить своих родителей и постоянно что-то придумывал. То разолью воду из вазы с цветами... мама говорит, что эти цветы подарил друг, но видимо, папе этот друг не особо нравился и он попросил меня выбросить этот «веник» в помойное ведро. Несколько шагов и я нарочно спотыкаюсь около чемодана со своей одеждой заливая водой всё вокруг. А вчера, к примеру, я со всей силы ударил ногой о ножку кровати, чтобы сломать себе несколько пальцев, тогда родители никуда меня не отправили бы, так мне казалось. Но пальцы я себе так и не сломал, а все эти «трюки» маму не убедили и я зря занимался членовредительством, так как родители были настроены крайне серьёзно.

Эта жуть была на работе, до окончания рабочего дня оставалось всего ничего, каких-то полчаса. Ну, я откинулся в кресле и прикрыл глаза на минуту (как мне тогда показалось). И тут слышу, кто–то подходит к двери моего кабинета и дергает за ручку. Открываю глаза — а в кабинете неожиданно темно, выхожу — в коридоре темно и пусто, даже сторожа Михалыча нет на своем месте, что странно. И в этой темноте из левого крыла коридора раздается стук каблуков, кто–то явно идет в мою сторону, но в темноте ничего не видно (там нет окон). Спрашиваю: "Михалыч, а что со светом?". В ответ — молчание. Достаю из кармана телефон, свечу в темноту, а там никого нет! Тут я понял, что означает выражение "леденящий ужас" — сердце как будто провалилось вниз и внутри стало холодно. В два прыжка я оказался в кабинете и запер дверь на ключ.

Шаги приблизились к двери и замерли. И я замер, не зная что делать. Убегать было некуда — окно закрыто решеткой, а за дверью находится хрен знает что. Я даже не мог кому–нибудь позвонить — мобильный перестал ловить сеть. Не знаю почему, но в тот момент я вспомнил своего кота, которого не стало два года назад и которого я очень любил. При жизни это был кот–железные яйца — самый доминантный доминант. Несколько раз он пугал меня тем, становился в стойку и рычал на что–то невидимое. И я внутренне попросил помощи у этого кота.