Страшилка

Деревня. 00:23
Марина не могла спать. Не могла плакать. Хотя очень хотела. В две недели она потеряла сестру, кота и зрение. Из-за терзающих ран Марине было очень больно плакать. Сердце разрывалось. Почему именно она? Какому ублюдку это понадобилось? Маринено зрение хотели спасти, найти донора. Но ни в Москве, ни в Питере, ни в Волгограде донора не оказалось. Да если б и нашли, все равно денег нету. Осталось надеяться на полицию. Может они найдут убийцу?
Внезапно Марина услышала отчетливый звук шагов в комнате матери. Нет, мама спит и Марина это точно знает! Взяв трость, Марина отыскала клетку и пошла в комнату. Тихо идя след в след, Марине удалось найти хвост Этого. Она схватила его и кинула в клетку, закрыла ее и кинулась к себе в комнату. Дальше было что-то странное. Марина включила свет и увидела Это. Оно было с тремя глазами, свисающей челюстью, с тремя хвостами: с двумя змеиными и с кошачьим. Телосложение было кошачье. Шерсть густая и рыжая.
- Что за хрень? - и тут Марину как водой окатили. Она же не может видеть! Перебирая воспоминания, Марина везде видела тьму. Нет, когда она вошла в комнату, все стало нормально.
- Нравиться, да? А я ведь могу вернуть зрение. - захрипело оно. - Я отнял - я верну. Только ты должна доверять мне. И не убить. Начнем знакомство. Я Блейк. Мутированый кот.
- Марина.

Я живу в Москве, а моя любимая бабушка в старой деревне. Там осталось очень мало людей. Во время войны там был концлагерь. Я не часто бываю там, но теперь мне пришлось поехать туда.
Я шла после школы. Очень хотелось лечь спать, но надо делать уроки. Хоть я и заканчивала в 10 класс, я вовремя делала уроки. Уже заканчивалась весна, скоро лето. Яркое солнце напоминало об этом. Я подняла голову вверх, закрыла глаза и подставила лицо палящему солнцу. Мысль, что через пару дней лето радовало меня.
Подходя к дому, я услышала крики. Я ускорилась, завернув к дому, я увидела то, что мне уже не забыть. Мой дом, мой родной дом полностью был в огне. Я вскрикнула и побежала к дому. Меня остановил сосед. Он держал меня за руку, а я смотрела и плакала.
Пожарные уже потушили дом. Папа приехал. Он плакал. Моего папу сложно довести до слез. Я сразу поняла. Что-то не так. Папа подошел ко мне и сквозь слёзы сказал:
- Вик. Доченька... Там мама была. Ей не удалось выйти. Она мертва.
Огромная боль взорвалась тысячами осколками, а из меня вырвались рыдания. Я плакала.
Похороны пошли незаметно. Всё было в тумане. Отец поселился у брата, а меня было решено отправить к бабушке.

Мой автобус тронулся. Ехать до деревни надо было пять часов. Я вздохнула и достала альбом. После смерти мамы я постоянно рисовала. Это занимало меня и немного приглушало мою боль. Все рисунки были мрачными и жестокими.
Пять часов прошли незаметно. Я вышла из автобуса одна. На этой остановке никто не выходил. Теперь мне осталось идти. Долго причем. Я огляделась. Около разбитой лавочки стоял полуразрушенный магазин. Кроме всего этого была чудесная природа: цветы притягивали своей яркостью и запахом, чудесные берёзки стояли рядом со мной, небо нежно голубого света притягивалось к ярко-зелёному лугу. Я достала альбом, села и начала рисовать. Когда я закончила уже темнело. Я опомнилась и быстро встала. Накинув мастерку я побежала.

"Да. Да, любимый. Я сдала, очередь за тобой!! Да, балл вроде проходной. Ладно, удачи, приезжай скорее". Вера достала из кармана 15 рублей и зашла в автобус. Сидеть, как обычно, было негде. Автобус плавно катил по городу, без дребезга и шатаний в разные стороны. Все мысли были об одном: сегодняшний вступительный экзамен. Вера почему-то была уверена, что поступит. Сознание рисовало красивые картины ближайшего высокообразованного будущего. Хорошая работа, машина, квартира, любимый рядом... Двери автобуса в очередной раз медленно открылись и Верина маленькая ножка в новенькой туфельке ступила на мощеную улицу. Девушка давно сама снимала квартиру и по дороге зашла в ближайший супермаркет. В глубокой задумчивости, Вера ходила между стеллажами, попутно закидывая что-то в корзину. Возле кассы почему-то стоял манекен. На манекене было платье. То самое платье!!! Около месяца назад Вера видела сон, который на удивление надолго врезался в память. Во сне она видела себя в этом платье. Оно так ей шло, так красиво подчеркивало ее тоненькую талию, ее красивые ножки... Вера не была любительницей платьев и уж тем более не тратила деньги на дорогие шмотки. А это платье стоило уж точно не дешево. И вот оно тут, стоит перед ней. Вера подняла глаза к потолку. Отдел назывался "Исполни желание". "Очень странное название для отдела", - подумала Вера. Она даже не хотела смотреть на ценник платья. "Душа", - было написано на маленькой бумажечке, висевшей на рукаве. "Что это значит?", - спросила девушка у подошедшего консультанта.
- Что именно? - поинтересовался продавец.
- Сколько стоит это платье?
- Всего ничего. Только ваша душа и оно ваше.
- Что значит "моя душа"?
- Вы подписываете контракт, как на кредит и платье ваше. Денег не надо.
- Не уходите от вопроса!
- Твою мать, придирчивая какая! Душу отдаешь, ненужный тебе нематериальный кусок!
- Дьяволу?
- Да, да, Дьяволу.

Я сижу с закрытыми глазами и пытаюсь расслабиться. Из прохода доносятся голоса, веселые и раздраженные, но я их почти не слышу. Во-первых, дверь моего купе изолирует часть шума, доносящегося снаружи, а во-вторых, у меня над самым ухом играет радио. Какая-то знакомая песня из 80-х или 90-х, название которой я никак не могу вспомнить. На верхней полке похрапывает бабуля лет восьмидесяти. Солнечные лучи снаружи то и дело появляются из мелькающих за окном деревьев и падают мне на лицо. Поезд издает постоянно повторяющиеся звуки соприкосновения колес со стыками на рельсах. Это успокаивает. В мое купе стучится проводница. Она спрашивает, не принести ли мне чай или кофе. "Нет" - говорю я, не открывая глаз. Вдруг поезд тряхнуло достаточно сильно и я уже не могу расслабиться.
Я открываю глаза. Голоса снаружи постепенно стихают. И вновь я сижу в своем купе один. Наверху нет никакой бабушки. Солнечные лучи не падают мне на лицо. Солнца вообще нет. Я даже не знаю, сколько сейчас примерно времени. Я медленно выхожу из купе. Я мог бы и остаться, но песня, которая играет по радио уже в тридцатый раз, мне порядком надоела. Я двигаюсь вдоль прохода. Двери всех купе открыты, внутри нет никого. Я один в поезде. Да, именно! Я в поезде совсем один. Здесь нет проводников или проводниц, которые могли бы предложить мне белье. Машиниста тут тоже нет. Он выпрыгнул, когда поезд только набирал ход.
Возможно, вы спросите, как так получилось, что я нахожусь в поезде совсем один, при этом поезд находится в движении. Нет, правда, спросите меня! Так вот, это я его угнал. Угнал пассажирский поезд, но вы не волнуйтесь, пассажиры просто не смогли сесть на него. Когда я угонял поезд, все проводники и прочий персонал сочли благоразумным покинуть вагоны. Как только машинист объяснил мне основной принцип управления этой огромной машиной, я позволил ему выпрыгнуть на полном ходу. Вообще, угнать поезд - это намного сложнее, чем, скажем, угнать самолет. Ты не можешь одновременно находиться во всех вагонах, если ты действуешь в одиночку. Ты можешь только объявить по громкой связи, что состав захвачен, но волноваться не надо. Надо просто покинуть вагоны.

С детства мама учила Дашу одному простому правилу: "Зло должно быть наказано! Это означает: если человек сделает плохой поступок, то его нужно наказать!" - поясняла мама. Даша всё понимала и старалась меньше проказничать. Но девочка росла, а правило изменяло смысл...

В тот день Даше исполнилось 16, она созвала всех друзей в кафе. Они все смеялись и шутили. Но три девочки: Настя, Вика и Диана из этой компании совсем не любили Дашу, а пришли чтобы унизить её и привели некоторых своих помощников. Это был Андрей и Максим. Они были два самых классных парня из школы, а Дашу презирали.

И вот, все дарят подарки. Даша с радостной улыбкой их раскрывает, один за другим. И вот она дошла до двух последних подарков. Она с той же улыбкой на лице отрывает обёртку. Внутри лежат чьи-то сгнившие волосы. Даша с криком роняет на пол коробку и испуганными глазами осматривает гостей.
- Смотрите, наша бояка парика испугалась! - сказала Диана.
- Это не парик! Это настоящие! - со слезами на глазах кричит Даша.

- Мам, а скоро мы приедем?
- Скоро, сынок, скоро...
- Мам, а бабушка нас ждет?
- Да, ждет.
- Мам, пап, посмотрите, как красиво!
Они ехали уже 6 часов по заснеженной трассе. Ветра не было и снег падал крупными хлопьями.
- Держитесь! - закричал папа, нажимая на педаль газа и выкручивая руль вправо. - Кажись пронесло...
Мимо, гудя сигналом, пронеслась фура.
- Мам, почему мы остановились?
- Папа очень переволновался, ему надо немного прийти в себя.
Через несколько минут машина тронулась и поехала дальше.
- Мам, а вот и бабушкина деревня! Вон там горка, где мы с ребятами на лыжах катались. Помнишь, как я пришел домой с поломанными лыжами и разбитым носом? А ты мне тогда пообещала, что мы купим новые лыжи, а нос заживет.
- И мы на следующий день поехали в райцентр и купили тебе самые классные лыжи.
- Да, мам, мне тогда все завидовали! А вон магазин, мы туда ходили за мороженым.
- Да, сынок, посиди спокойно, мы уже почти приехали.
- Мам, а вон бабушкин дом! Пап, посигналь скорее, чтоб бабушка услышала.

Мои родители, обладая немаленьким состоянием, купили большущий частный дом. Я постаралась приехать туда как можно раньше. По прибытию, я пообедала с родителями, осмотрелась в комнате, которую они для меня приготовили, поскольку приехала я к ним примерно на неделю. Первым делом я решила осмотреть улицу. Здание было старое, это сразу видно. На участке находился сад, пруд, сам дом, колодец и остатки детской площадки. Возле главного входа была табличка, на ней были выгравированы слова, половина из которых была стёрта временем. Я смогла прочитать "Детская школа-интернат" и начало года: 18**. Затем, обследовав сад, я нашла дневник. На обложке было написана фамилия и имя девочки, но время стёрло половину букв и я увидела лишь "оия" то есть, имя девочки София (потом я узнала, что это так) И ещё: "Николай Васильевич Гоголь".

Я открыла этот дневничок и начала читать. Первая страничка была титульная. Там было написано: "Меня зовут София. Меня очаровал писатель Н.В. Гоголь. Теперь я хочу знать о нём как можно больше и все свои находки я буду записывать в этот дневник". Я перевернула страницу и начала читать текст. Он был написан красивым, разборчивым почерком. Я не увидела ни одной ошибочки, а как прекрасны были изложены мысли автора! Сколько новых фактов я узнала об этом прекрасном писателе. Иногда встречались рисуночки, они были очень красивы. Я прочитала чуть меньше половины дневника и решила отдохнуть. Мне так понравилось читать дневник Софии, что я решила дочитать его до конца, а заодно получше осмотреться и может найти ещё какие-нибудь интересные вещи.

Весь остаток дня я исследовала первый этаж. Я нашла много аксессуаров того времени и несколько медных ложечек. Не спала я долго и когда всё-таки заснула, мне даже не приснился ни один сон. По крайней мере, если они и снились, то я их не помню. На следующий день, я встала и провела "ежедневный ритуал". То есть умылась, причесалась и т.д. Затем, я решила дальше читать дневник некой Софии. И как тогда, я снова забылась в чтении прекрасных записей.

Мой дед страдал от синдрома беспокойных ног. По крайней мере, так он говорил мне об этом в течении многих лет. Ему редко удавалось спокойно поспать. Его нога слишком сильно болела и ему необходимо было вставать и ходить, чтобы притупить боль. Моя бабушка рассказала, что у него это началось с тех самых пор, когда он вернулся с войны. В тот день, когда он вернулся с войны, она ждала его на вокзале с цветами. Он хромая шел по платформе и упал в её широкие объятия. Она рассказала, что дедушка всегда отказывался использовать трость или костыль и не важно, как тяжело ему было ходить.

Одной тёмной, дождливой ночью, дедушка проковылял к себе в постель по коридору. Я шла за ним, следя, чтобы он не упал. В этот момент за окном сверкнула молния. Это был первый раз, когда я увидела это. Мне показалось, что я заметила, как что-то было обвернуто вокруг его ноги.

- Что это? - спросила я встревожено.
Когда дедушка вошел в спальню и включил свет, я увидела, что на его ноге ничего нет.
- Что это было, у тебя на ноге? - спросила я снова. - Мне показалось, я что-то увидела... лишь на долю секунды... что-то странное... Что это было?

Катя сидела в своей трех комнатной квартире. Она любила сидеть с ноутбуком, забравшись с ногами на кровать. Неожиданно вдруг она захотела кофе. Хотя никогда не пила его ночью... Она встала. Было одиннадцать часов ночи. Катя всегда сидела допоздна. Она пошла на кухню и потрогала чайник рукой (привычка). Он был горячим... Катя ошарашенно смотрела на чайник. Дело в том, что она разогревала его 7 часов назад... Катя подумала, что просто была жара и чайник не смог остыть. Глупо конечно... Ведь было всего 15 градусов... Но Катя не могла найти другого объяснения.

Она сделала себе кофе и вдохнула потрясающий аромат. Она быстро забыла обо всем на свете. Она не любила себя накручивать. А лучше было было задуматься. И вот так Катя, попивая кофе и сидя ВКонтакте, услышала хрип... Ну подумаешь, хрип... Но Катя была одна в квартире... Ей стало не по себе. Но она быстро отвлеклась, когда ей пришла смс от ее парня.

Шаги... Катя прислушалась... Шаги были на кухне... Может это Барсик. Он спит на кресле... Свист. Такой свист издавал закипающий чайник и... Катя побежала на кухню... Чайник не свистел... Шаги уже были в зале... Катя была как маленький ребёнок, во всех комнатах включала свет. Даже днём. Может это и правильно, а может и нет. Шаги были за ещё спиной... Такие тихие... Кто-то дышал ей в шею... Она оглянулась...

Мне было 8-9 лет. Я гуляла в своем маленьком дворике всегда одна, потому что в нашем старом домишке из детей были только подростки лет 14-17, но им было не до меня. Мать и отец всегда вели себя со мной странно, как будто внутри них есть страшная, окутанная тьмой тайна.
Однажды летним деньком я вышла во двор и вместо привычной пустоты увидела на качелях девочку моего возраста. Она была похожа на мою мать и меня, такого же цвета морской волны глаза. Она меня заметила, подошла:
- Я Милена. - пожала она мне руку.
- Я Лена.
- Хихи, Лена-Милена, забавно. - хихикнула она.
Мы с ней гуляли очень много времени. За эти годы мы сроднились.
Но однажды я задала интересующий меня так долго вопрос:
- В какой квартире ты все-таки живешь? Почему я никогда не была у тебя в гостях?
- Мне кажется пора. - сказала она и побежала в подъезд.
Ладно, это же не так страшно, - успокаивала себя я, никакой мистики.
На следующий день мы весело проводили время, пока она не усадила меня на лавку и сказала:
- А ты знаешь?!
- Что я должна знать?
- Ничего, забудь. Не время. Скоро узнаешь. Пока. - она побежала.