Страшилка

Только я могу судить о цвете, - сказал дальтоник, - потому что я беспристрастен.
Этот рассказ стоит начинать именно так и именно сейчас. Не важно кто я и как меня зовут. Важно кто ОН.

Гуляя по ночному пляжу водохранилища, я заметил кипу листов бумаги, лежащую на кожаной куртке возле воды. Ветер был, довольно, сильный и брызги от волн бесшумно ложились на бумагу. И хотя, при таком ветре, страницы должны были разлететься, они лежали неподвижно, постепенно намокая и отражая лунный свет. Я подошел посмотреть, но всё, что мне удалось разобрать в темноте, было название рукописи. "Зеркальное окно". Принеся листки домой и положив их на стол, я принялся их разбирать. Передо мной лежали страницы чьего-то дневника, они все были пронумерованы. Почерк написанного был мне до боли знаком, но кто это, осознание пришло слишком поздно. Итак, я буду выкладывать по странице в неделю, ибо другого пути просто нет.

Страница 1. Озарение.

Когда всё началось, был конец весны. Оттуда и начнем. Я сижу на кресле и смотрю какую-то хрень по телевизора, впрочем по телевизору всегда идет только какая-то хрень. В правой руке у меня пульт от телека, в левой тлеющая сигарета. Курить лень, бессмысленный взгляд в 40-а дюймовый экран. И тут я слышу странный звук, доносящийся из туалета, это было действительно странно, ведь в квартире я был один. Звук напоминал туалетную бумагу, которую безбожно мнут. Затушив окурок о пепельницу, я направился к своему единственному белому лучшему другу. Нет, с черными я вообще не дружил, просто друзей, как таковых не было. Проходя по, довольно, маленькому коридору я заметил, что дверь на лестничную клетку открыта, хотя точно помнил как закрывал её. Захлопнув и повернув замок старой двери, я направился дальше. Открыв дверь сортира, моему взору предстала какая-то девушка, лет 20, сидящая на моем толчке. Короткая юбка и трусы были спущены, а выше пояса она была голая. Раздался крик, приказывая мне закрыть дверь или отвернуться. От неожиданности я поднял правую руку, в которой, как мне казалось, был пульт. На самом деле в моих ладонях находился пистолет. Машинально направил дуло незнакомке в голову, мой палец надавил спусковой крючок. Оружие было снято с предохранителя и пуля, пройдя сквозь симпатичное личико, пробило мою сливную трубу. Вода хлынула, смывая капли крови со стен. Я закрыл дверь.

Детство... для многих воспоминания из того времени подобны прекрасным снам о беззаботной жизни. Для многих эта пора - время, когда глупости не становятся ошибками. Чего только стоят эти чудные игры под открытым небом, эти веселые мгновения, когда весь мир для тебя представляется в виде огромного калейдоскопа переживаний и сказочных грёз. Детство... оно наивное, милое, беззаботное, подобно прекрасной бабочке порхающее во многих сердцах чудными воспоминаниями... во многих. Но не в моём. Нет, вы не подумайте, детство у меня было замечательное! И игрушек было много и друзей и родители просто отличные. И я бы, наверное, запомнила своё детство как самую хорошо написанную главу в истории моей жизни, если бы в записной книжке моей души воспоминания не сыграли со мной злую шутку.
Всем известно, что дети видят мир иначе и считается, что у малышей свой Бог. Иногда детей пугает мысль, что в каждом доме живёт монстр и если ребёнок жадничает, ябедничает и просто плохо себя ведёт, то в один прекрасный день чудовище вылезет из-под кровати или спрыгнет со шкафа и съест ребёнка. Конечно, по мере того, насколько взрослыми мы становимся, мы начинаем отличать реальность от выдумки. Но были, я уверенна, у каждого такие воспоминания из детства, что просто невозможно поверить, что это реальность и нельзя сказать, что это выдумки. То же очень часто случалось со мной.
Всё началось очень рано, мне было шесть лет. Родители мои развелись, но, тем не менее, даже после того, как моя мать вышла замуж, оставались с моим родным отцом хорошими друзьями. Мне исполнилось семь, когда мы переехали к отчиму. Мужик, конечно, не ахти, но поскольку безумно любил мою маму, всё для неё и только для неё делал, а мне дарил дорогие подарки, я начала его, может и не любить, но, по крайней мере, уважать. Так же вместе с ним жила его дочь от первого брака - моя ровесница. Ну, точнее, как жила - ездила к нему каждые каникулы в гости, но постоянным местом жительства считался дом её мамы. Я же к своему отцу ездила каждые выходные и очень любила тот момент, когда в субботу у меня заканчивалась учёба, - а в школу я пошла с шести лет и училась уже во втором классе - и, выбегая из учебного заведения, я видела отца, стоящего у ворот и махающего мне рукой. В машине меня всегда ждал какой-нибудь сюрприз - игрушка была это или какая-нибудь сладость, не имело значения. Я просто была рада, что папа любит меня, а я его, не смотря даже на то, что мы так редко видимся. И это было счастьем.

Почему они все так на меня пялятся?!
Я иду по улице. Снег вместе с холодным ветром бьет меня в изрядно замершее лицо. Холодно. Идет мать с ребенком. Ребенок смотрит на меня. Почему он так смотрит?! Что он хочет во мне увидеть? Это не выносимо. Люди на остановке тоже пялятся на меня. Они все знают! Они смотрят. Еле сдерживаюсь, чтобы не броситься бежать. Что им от меня нужно?
Я забираюсь в подъехавший старенький автобус двенадцатого маршрута. Люди отвлечены посадкой. На меня, наконец- таки, не обращают внимания. Я начинаю медленно успокаиваться. Паника уходит, оставляя меня в покое. Протягиваю свою карту кондуктору. Она не смотрит на меня. Она смотрит на экран своего приборчика для проверки карточек. Я успокаиваюсь. Все в порядке. Все обошлось.
Внезапно будто пощечина меня бьет чей-то взгляд. Девчонка лет двадцати пяти, стоит и смотрит прямо мне в лицо. Сука, она все обо мне знает! Не стесняясь, разглядывает как под микроскопом. Что ей надо? Паника волнами накатывает и застывает комком у меня в горле. Бежать! Срочно бежать! Она знает! Возможно, она все видела. Или нет? Я держусь. Отворачиваюсь от этой мрази, но все ровно чувствую, как она пялится мне в спину. Не поворачиваться. Сама уйдет. Уйдет? А если она знает? Нельзя давать ей уйти! Я оборачиваюсь и чуть ли не вскрикиваю. Девчонка стоит прямо за моей спиной.
- На следующей выходите? - Спрашивает она.
- Да. - Хрипло отвечаю. Я в панике.

Его глаза манили меня. Вроде бы, это просто тень. Но как же меня притягивала эта тень... Мне хотелось идти за этой тенью, быть с этой тенью. Быть этой тенью. Я не знаю того, что именно меня манило. Может быть кровь. А может, его глаза. Я медленно встала с постели и начала подходить к этой тени. Чем ближе я приближалась к ней, тем больше я хотела крови. Да, звучит странно. Я стою возле тени на расстоянии 2-3 шагов. Тень приобрела характерные черты человеческого тела. Это был крупный мужчина, полностью красный. Он имел одно крыло за спиной. Что выглядело комично. От этого "пейзажа" я очень громко засмеялась. Этот мужчина очень громко полузашипел, полузастонал. Вокруг меня завертелись какие-то непонятные бумажки и пыль. Я перестала наблюдать время. Мне было не до этого. Мне было интересно то, что будет дальше...

После всей этой шумихи, мимо меня словно пронесся ураган. Я посмотрела вслед этого "ветра".
Это мимо меня пронёсся тот мужчина или та тень... В общем, фиг знает что!
Он-оно находилось за моим окном и так выжидающе смотрел на меня.
- Что?
- Апши апши апши! - Произнёс он.
- Что? - глупо повторила я.

Вика подошла к турникету и приложила карточку "БСК" к светящемуся кругляшу. Но загорелся не зеленый огонек означающий, что она может пройти дальше, а красный означающий, что карта не принята. Она перевернула карту и приложила ее еще раз. Но и на этот раз аппарат выдал красный огонек. Сзади уже напирали другие пассажиры. Девушка выругалась сквозь зубы и отошла к кассе по продаже жетонов. Настроение, которое и так было никакое, испортилось окончательно.

Спускаясь по эскалатору, она вынула из сумочки небольшой смартфон и зашла на свою страничку в соцсети. Новых сообщений не было и она стала прокручивать ленту новостей. То и дело ей попадались пестрые фотографии с отпуска на море ее друзей. А вот она в этом году так никуда и не вырвалась. Она с завистью смотрела на голубую воду и рыжий песок. Тоска и жалость к самой себе тисками задавливали ее сердце. Скоро уже наступит осень, а за ней и холодная зима...

С такими мыслями девушка спустилась на платформу и не отрываясь от экрана своего смартфона стала продвигаться сквозь толпу людей ближе к поездам. Она прошла под одной из красивых гранитных арок, которую украшали причудливые узоры из гипсовых цветов и оказалась у края серой платформы. Она простояла минут десять, водя пальцами по сенсорному экрану телефона. Поезда все не было. Вика оторвалась от своего занятия и оглянулась по сторонам. На всей платформе кроме нее не было больше абсолютно никого. Девушка растеряно огляделась и в недоумении направилась обратно к эскалатору. По пути ей не встретилось ни одной живой души. Все люди, сквозь которых она пробиралась совсем недавно, внезапно куда-то пропали. Это стало пугать ее. На станции стояла полнейшая тишина, только ее шаги откликались эхом и затихали где-то под сводами высокого потолка. Подъемники не работали и света на всем протяжении подъема почему-то не было. В маленькой будочке, где обычно дремлет бабушка-смотритель, тоже никого не оказалось.
- Да, что происходит! - Выкрикнула уже изрядно напуганная девушка. - Где все?

Александр стоял на мосту, оперевшись о перила и смотрел в черную гладь воды. Которая как будто жидкая смола не спеша текла куда-то в ночную даль. Свет фонарей не отражался от поверхности, а будто поглощался ею, не просвечивая сквозь верхний слой воды ни на сантиметр. Редкие в такое время машины, светом фар, на миг выхватывали из темноты худощавую фигуру Александра и уносились дальше по мокрой от накрапывавшего дождя дороге. Черные волны будто тянули его к себе. Мысли о том, что бы прыгнуть в их смертоносные объятья все больше занимали его голову.
День был очень тяжелым. Сегодня он узнал, что болен. Головная боль, которая так часто мучила его вот уже как три месяца, была вызвана опухолью в мозге. Врач просто развел руками. Это оказался тот случай, когда медицина была бессильна, что либо сделать.
Сашке было еще только тридцать два года, он строил планы и смотрел в будущее с большими надеждами. Да и с Ленкой у них только-только стало все налаживаться. Он же добивался ее целых два года. Цветы, походы в кино. Весь этот так называемый "конфетно-цветочный" период был уже позади. Их отношения доросли до совместных поездок на море и знакомства с родителями друг друга. Правда она так и не сказала ему, что любит его, но уже и без этих слов, все было ясно. Пора делать предложение и жить вместе. Только вот Александр все никак не мог решиться. Ждал подходящего случая и немножко побаивался.
Но, сегодня выйдя из центра медицины, он вдруг осознал, что вся его прошлая жизнь поблекла и осталась где-то в прошлом. Теперь свое дальнейшее существование, он не представлял совсем. Что делать? Как теперь жить? Звонить Ленке? Рассказывать, что теперь все будет по-другому? Что скоро он сляжет и не сможет даже в туалет ходить самостоятельно. Или позвонить маме? Рассказать ей все. Выговориться или даже выплакаться как какая-нибудь сопливая девчонка. А выдержит ли ее и так больное сердце эту ошеломляющую новость?
Вопросов было так много, а ответов, к сожалению, не было совсем.

Глава 4. Я попал в...

Я забыл как произошло то что произошло тогда, но у меня всё равно память как у слона! (А кто доказал что у них хорошая память? Говорить-то они не могут) Я оказаться в темной комнате и был в маленьком помещении. Вдруг свет включился и я оказался в месте, похожем на телефонную бутку. Оно состояло полностью из стекла. На стене этой комнаты стоял экран телика. Тут же на экране появилась офигеть какая страшная кукла. Она как начала разговаривать. Всем привет, с вами Били! Сегодня мы будем играть в одну очень интересною игру. Видите этого грешника? Мы сегодня устроим ему испытания! Он должен вырезать ножом себе глазницы и уши или ему к чёрту разнесут психику ровно через час!

Я крайне не хотел отсекать себе очень нужные части и одновременно не хотел лишится психики! Я решил посмотреть что будет. Вдруг на экране появились огромными буквами слова ДОМ 2. Я понял, что это конец, хотя чуть-чуть и не понял. Прошло 59 минут и я начал писать завещание. И вот прошла последняя минута мучений и я не сдох! Били мне сказал несколько хороших вещей. 1 - я первый мужчина, который выжил после этого. 2 - стекло можно было сломать кулаками! Я крайне удивился. Особенно второму. Я тут же взял и плюнул в стекло. От моего убер-плевка стекло пропало, пройдя сквозь текстуры. Я выбрался с окровавленным мозгом из помещения. Вдруг стенки начали сужаться. Я сказал что всё не так плохо, как из стен вылезли шипы. Тролли, блин! У меня ещё оставались 2 артефакта но кто сказал, что они помогут. Я решил надеть кольцо!

Это переписка двух подруг живущих в Вашингтоне. Переписка произошла 17 августа 2013 года.
Нэнси: Приветики, как жизнь, где ты?
Люси: Да, у гаражей, помнишь?
Нэнси: Не поняла.
Люси: Ну, там. Где огромные старые гаражи.
Нэнси: А тебя не пугает? Мне там не нравится. Что-то не то там.
Люси: А мне там хорошо.
Нэнси: Что ты вообще пошла туда?
Люси: Да дома школьные задания и тут моя атмосфера...
Нэнси: Слушай, уходи оттуда.
Люси: Не напрягайся. О, тут кто-то есть. Девчонка, кажется...
Нэнси: Опиши её! Не задавай вопросов!
Люси: Ты странная. Ну, тут туман, плохо видно... Волосы распущены, очень высокая метра 2 примерно.
Нэнси: Уходи оттуда!
Люси: Что?
Нэнси: Не поняла?! Сгребай себя в кучу и бегом оттуда!
Люси: Ну, я за двумя поворотами. В чём дело-то?
Нэнси: Ты видела в нашем районе кого-нибудь в 2 метра?
Люси: Ой, да успокойся. Ничего страшного.
Люси: Ой, тут крик! Громкий!

Шел мерзкий, моросящий дождь. Лето в этом году как-то не задалось. За два месяца солнце показалось только несколько дней. Вадим шёл по улице, проклиная себя, за то что утром опять поверил метеорологам и так и не прихватил с собою зонт. Внезапно его взгляд привлекла маленькая, черноволосая девочка, которая сидела на скамейке рядом с одним из подъездов. На вид ей было около десяти лет. Одета она была в светлое платьице, которое уже промокло и прилипло к ее худенькому телу. Девочка плакала опустив голову и то и дело вытирала рукавом свой маленький хлюпающий носик.

- Что случилась, Малышка? - Обратился к ней Вадим, не в силах просто пройти мимо.
Но девочка только опасливо зыркнула на него красными от слез глазами и продолжила плакать.
Парень подошел к девчушке и присел рядом.
- Тебя кто-то обидел?
Дитя отрицательно покрутило головой.
- Тебе нужна помощь? - Не оставлял попыток разговорить ребенка, Вадим.
- Да. Моей маме плохо. - Девочка всхлипнула.
- А где твоя мама?
Ребенок показал пальцем на двери подъезда. - Там.
- Ну-ка, пойдем! - Вадим взял девчушку за руку. И решительно поднялся.
- А ты поможешь? - Спросила она, глядя на юношу с надеждой.
- Постараюсь.

Пустыня Сахара. XII век нашей эры. С трудом переставляя ноги по вязкому песку, на дюну взбирается одинокий араб. Мубарак отстал от каравана, с которым шел из Аль-Фейзара в Эль-Хазр, на каких-то 200 метров, как вдруг разыгравшийся песчаный шторм отрезал его от людей с верблюдами и тот мгновенно потерял ориентировку. Но Мубарак, дитя пустыни, не растерялся, он с детства знал, что нужно делать в таких ситуациях, так что, переждав бурю и определив где восток, двинулся обратно в родной город Аль-Фейзар. С ним такое случалось и раньше, так что он не воспринял это как очередное испытание на веру от Аллаха.
Запас воды подошел к концу, а палящее солнце все более немилосердно осушало истощенный организм. Нужно было срочно найти воду, но пустыня никогда не отличалась изобилием источников влаги. К тому же, нельзя было останавливаться, ведь сил на то, чтобы продолжать двигаться уже можно было и не найти. Мубарак прикинул, что до города оставалось полдня пути.
Араб поднялся на очередную дюну и тут его взору открылся небольшой оазис, который он раньше никогда не видел - водоем, шагов тридцать в самой широкой части, окруженный десятком невыскоих пальм, у подножия которых росши жухлые папоротники. Это была спасительная вода. Мубарак, воодушевленный этим подарком Аллаха, сбежал с дюны к оазису и замер в нерешительности. У кромки воды стоял человек, которого Мубарак не заметил ранее и задумчиво смотрел на воду. Здесь следовало проявить осторожность, ведь в пустыне есть немало опасностей, подстерегающих правоверного мусульманина - начиная с ядовитых змей и скорпионов и заканчивая разбойниками и бедуинами или еще чего хуже - джиннами и ифритами.
Поправив тюрбан, Мубарак окликнул человека и развел руки в знак того, что он безоружен и не имеет плохих намерений. К облегчению Мубарака, человек у кромки воды повторил его жест, тогда он подошел и представился:
- Приветствую, путник! Я Мубарак, простой торговец шелками, отстал от каравана и иду обратно в свой город Аль-Фейзар.
- Приветствую и тебя, - отозвался незнакомец, - меня зовут Алжир. Я заблудился в этой пустыне и искал воду...