Страшилка

Прошел месяц с того случая. Я до сих пор думаю про Иру. Как вы поняли я думаю не только про нее... да, я уже месяц ничего ни ем, сижу на таблетках успокоительного... просто это мясо было таким вкусным. И... признаться про Ирку я не так вспоминаю... знаю, скажите, что я подонок, что совести и чувств нет, но если бы вы сами попробовали это мясо, то точно бы перестали так говорить.
Я собираюсь снова выйти на "охоту". В эту ночь. Хочу покончить с этой бандой...

Ночью я сразу же отправился к тому же подвалу, на мое удивление там их не оказалось, даже следов того, что там кто-то живет я не обнаружил. Вот, уже отчаявшись, я собрался идти домой, как вдруг услышал смех. Я, спрятавшись за углом дома, продолжал прислушиваться к тем или иным звукам. Но они вдруг стихли, начались разговоры, казалось что они отдалялись, а потом совсем перестали "шуметь". Я вздохнул с облегчением, вышел из своего "укрытия" и направился туда, откуда слышал звуки. Вдруг, пройдя по этому переулку может метров десять, я снова услышал смех, разговоры, споры, в общем, весь шум, который может издавать большое количество людей. Я увидел тени, уходящие за угол. Ни с того ни с сего, я просто взбесился, я стал зверем, не просто зверем, чудовищем, которое вечно жаждет крови и... мяса! Я выбежал и показался им во всей своей красе.

Меня выбрасывает из мягкого детского сна грубый пинок в кровать. Кровать скрипит и ходит ходуном. Я испуганно хлопаю глазами на низкорослого мужика у изголовья. Наркомански худой, скрюченный, испоганенный жуткими наколками урод. Жуткими не потому, что страшными, а потому, что убогими - кривыми и расплывшимися. Мне они напоминают поганые пятна плесени, разъедающие нездоровую кожу.
Дядя Коля. Очередной "дядя" в моей короткой, но уже изрядно посеревшей жизни.
- Подьем, ...! - орет дядя Коля. Это он так разговаривает. На полной ноте орет и матерится на восьмилетнего ребенка совершенно не парясь вопросами морали, культуры и прочей чуши. - Муська родила?
Сердце мое замерзшим комом проваливается куда-то вниз. Я испуганно отвожу взгляд в сторону.
- Не знаю... нет!
- Нет, говоришь? - тут же прилетает подзатыльник. Дядя Коля умеет бить подзатыльники. С проскальзыванием по голове. Кроме боли удара тебя накрывают ощущения, что с тебя просто через трение сдирают волосы. Очень больно, но я не плачу. Я уже давно не плачу от физической боли. - Где она?
- Не знаю, дядя Коля! Не трогай ее! У нее детки! Они маленькие!
- Ну и хорошо, что еще маленькие! Где? В последний раз спрашиваю!

Была глубокая ночь. Она спала крепким сном. Но ей пришлось проснуться...

Дождь стучал в окно. Новый порыв ветра, гром, а за ним яркая вспышка молнии. Она спала крепким сном, но почему-то проснулась посреди ночи. Хотя сама она не знала, который час. Она даже не могла различать день и ночь. Она не могла посмотреть на часы, что сделал бы каждый из нас, проснувшись. А все потому, что она была слепа... слепа с рождения. Девчонка лежала, подложив руку под голову и размышляла:
- Почему я проснулась? Где мама? Что происходит?
Будучи слепыми, мы бы вряд ли понимали что происходит вокруг. Так и эта девочка. Лежала и не знала что, как и где. Но тем не менее она чувствовала - сейчас ночь. Тем более родители не пришли будить ее, дома тишина, которую прерывала лишь буря за окном.
Девчонка снова погрузилась в мир своих мечт и вроде бы стала засыпать, как вдруг ее снова что-то разбудило. Какой-то странный шорох... Внезапно ушей коснулся громкий звон, то был звук разбитого стекла. Кто-то разбил окно, находящееся в ее комнате!
Это заставило ее вскочить и вскрикнуть. Сердце заколотилось в бешеном ритме, дыхание участилось. Девочка прижала к груди любимого плюшевого мишку и забилась в углу детской кроватки. Неимоверный страх сковал ребенка.

Признаюсь честно, раньше я не верила в подобные случаи и, натыкаясь в интернете на такие истории, я просто смеялась. Но на самом деле это действительно страшно, по крайней мере мне. Это было не так уж давно. Я возвращалась с очередной жёсткой репетиции. Придя домой, я откинула свою бас-гитару куда подальше, потому что вид её уже действовал мне на нервы. Не люблю я учить сложные партии, что тут поделать. Помню, что тогда я направилась в сторону кухни, чтобы заварить чай. Мой мобильный лежал на столе. Я присела на стул и поднесла к лицу чашку, чтобы сделать хороший глоток. Это у меня не удалось - послышался звук вибрации и привычное трезвучие. Сообщение, очень кстати. Я тогда подумала, что это либо мой оператор, либо кто-то из ребят спешит сообщить, что я что-то забыла на репетиции.

Нервно подхватив телефон, я посмотрела на экран - абсолютно неизвестный мне номер. Удивление? Нет, что вы, скорее наоборот: обычное дело. Текст был такой: "Мне очень одиноко, Вы не могли бы со мной поговорить?" На моём лице появилась ухмылка. Безусловно что-то новенькое. Но я проигнорировала и вернулась к своему чаю. Примерно минутой позже пришло новое смс: "Я понимаю, это выглядит очень сомнительно, но всё-таки". Однако не сдаётся ведь. Постепенно меня начало это веселить. Правда, никогда не видела подобных розыгрышей. Как я и ожидала затем вновь послышалось трезвучие. Я смотрю на экран: "Пожалуйста. Мне правда. трудно. Я не хакер, я просто ещё один человек. Поговори со мной". На этот раз я решила ответить, но разглагольствовать не стала, а просто спросила как его или её зовут. Но оно попросило пока что обойтись без имён. Меня смутило это "пока что", но я промолчала.

Все вы знаете про Великого Сленедрмена, который убивает людей и высасывает души, Оффендермена, который насилует девушек, Сплендормена, который спасает детей и Трендермен, он следит за модой... Но есть еще один Безликий... И он не принадлежит семье Слендера, хотите знать почему? А вот все началось с того...

Шестнадцатилетний парень Майк Стэйдж - черноволосый, слегка накаченный, добрый и искренний человек. У него была куча друзей, его всегда считали веселым и добрым, он никогда ни кому не вредил. Но, были и враги в классе, которые ему завидовали. Всякий считал этого парня очень хорошим, он только не верил в одно: Слендермен, все его боялись и знали, что все неизвестные убийства совершает именно он. Но Майк всегда на это махал рукой и говорил, что мол: "Забудьте, это просто маньяк обезумевший! Никакого Сленедера нет и не было!", но все его друзья уверяли, что это все Безликий. Ему было все равно, он не верил в Бога, он не верил в каких-либо духов, приведений, ангелов или вообще кого-либо! Но то, что он в Бога не верит, его иногда называли антихристом, и ему это было тоже все равно.

Заметив, что странные пассажиры окружающие Анфису, не отбрасывают теней, её тело оккупировал ледяной ужас, словно её, лежащую в гробу, живьём хоронят, но она почему-то не способна подать признаков жизни, чтоб это остановить. Она не выдержала напряжения и невольно закричала:
- Вы! Кто вы такие?! Что вам от меня надо?! - При этом, она в апатии держалась за голову. Из глаз у неё начали капать слёзы. Через пару мгновений, она пришла в себя и даже успокоилась. Но, было уже поздно. Женщина, сидящая перед ней, смотрела на неё в упор. Её взгляд не сулил Анфисе ничего хорошего.

- А вот это уже зря! - с шипящим голосом произнесла женщина и с замедленной тягучестью начала выражать искусственную улыбку на рту. Анфиса увидела её мелкие острые зубки, которые по бокам перерастали в клыки. На щеках женщины высветились вены, вернее тонькие красноватые капиляры, а на коже начали появляться точечные прыщи, полные гноя. Анфиса в ледяном ужасе наблюдала за ужасом, творившимся у неё перед глазами. Она не могла пошевелиться от шока. Она сумела окинуть взглядом вагон, тоже самое происходило и с осттальными пассажирами. Анфиса снова посмотрела на женщину, сидящую перед ней. Изо рта у женщины что-то выползало. Это был длинный, жирный язык, с острым концом, как у змеи, покрытый слизистым гноем.

Всякий бред рано или поздно заканчивается. Подходит к завершению и мой.
Предпоследнюю часть, последний сон - в студию!

Я - Автор.
Бьянка - см. части II - III.
Софи - чернокожая, маленькая девочка. Когда-то давным-давно её удочерили родители Бьянки.
Силя - Василисса. Странный персонаж - это как бы я, но старше на два года.
Том - см. часть III
Дерек - см. часть II
Кайя - красивая полячка, водящая небольшой табор, часто останавливающийся под городом сна.
Маня - младшая сестра Кайи.
И прочие.

- Иван Сергеевич, сколько раз я вам говорила, что гулять допоздна - это очень плохо! Того и ждёшь, что мы закроем тебя дома и пускать никуда не будем! - встретила меня криком мама из спальни. Хотя какой поздно - часы показывали только пол первого. Да тем более, я уже давно совершеннолетний, и мог гулять хоть до утра. Нет, не мог, но хотел бы.
- Маам, я пришёл, - с ухмылкой сказал я. Она уже знала, что её сын пришёл, но мне надо было сделать вид, что я ничего не слышал. В коридоре из зеркала на меня смотрел парень лет 18-19. Взъерошенные волосы, карие усталые глаза, худощавое тело. И это был я. Пройдя в кухню, я открыл холодильник, достал приготовленные мамой бутерброды в колледж и с жадностью съел половину из шести. Как же она все-таки умела вкусно делать их! Запив все соком, я прошел в свою комнату, разделся и лёг спать...
Я иду по какому-то тёмному коридору. Вокруг горят лишь факелы, освещая мне путь. Я не могу понять, где нахожусь, но ясно знаю, что надо идти вперёд. Вдруг слышу чьи-то еле уловимые шепоты. Кто-то разговаривает, тихо, чтобы не разбудить меня. И тут до меня доходит, что разговаривают вовсе не во сне, а наяву, тут, в моей комнате. Еле раскрываю веки и вижу, что в комнате стоят два человека. Их силуэты освещает светильник. Только потом разглядываю, что одели они плащи и на голову накинули капюшоны.

Замечательно. Просто зашибись. И почему мне в напарники досталась она? Нет, я не имею ничего против Плюща. Но... Ааааа... Она невыносима. Вот сейчас она себе на скамейке и качает туловищем взад-вперёд. Ритмично так качается. И ещё поёт. Ну как поёт. Мычит. На одной ноте. И ведь знает, что это меня бесит. Ей нравиться меня злить. И она знает, как это сделать лучше. Но я потерплю. Надо помнить про задание!

Сегодня оно: "встретить" двух подруг не старше 20 лет. Здорово, правда? А теперь вопрос: где же носит этих подружек?! Сегодня, видимо, не мой день...

Я достал свой кастет и решил его почистить. А что? Ночь на дворе и сами мы скрыты в глубинах двора. Никто не заметит этого. Но Плющ смотрит на меня, как на удав на кролика. Смешно так получается у неё...

Небольшая круглая комната, в заброшенной башне. Посередине нарисована пентаграмма, по пяти углам, которой горят свечи. В центре расположен каменный пьедестал, на котором лежит полуобнаженная девушка. К ней подходят шестеро, в черных балахонах, на головы их накинуты капюшоны. Пятеро встают по углам, а шестой, видимо, старший, подходит к пьедесталу и достает из-за пазухи кривой нож. Он заносит ритуальный клинок над несчастной девушкой, приготовленной в жертву.
- Мы призываем тебя, Великий Владыка Преисподней! - начинает говорить главный жрец загробным голосом - Прими нашу жертву тебе и предстань перед нами во всем величии.
Дверь в комнату открылась, и вошел разносчик пиццы.
- Кто заказывал пиццу? - спросил он - Пепперони.